Чтение онлайн

— Кто ты такой? — с тревогой спросил хозяин дома Блюма.

— Эмм… — он был в некотором замешательстве. — Моё имя Блюм, но можешь звать меня Селькис, Тофос или Риши.

Незнакомец выглядел растерянно. Он прожигал взглядом юного путешественника, и никто не мог понять, в чём дело. Всё же хозяин дома сумел совладать с собой и отвёл испытывающий взгляд. Мужчина устало потёр глаза.

— Простите, что-то я… ужасно устал за сегодня… Не могли бы вы повторить.

— Мята, — девочка улыбнулась.

— Меня зовут Альфред. Спасибо ещё раз, что впустил.

— Не за что. Мой дом всегда открыт для тех, кто ищет. Моё имя Мирас. Я мастер росписи на теле.

У него был очень приятный голос. Низкий грудной звук как будто гипнотизировал и, услышав всего несколько фраз от него, Мята сделала вывод, что этот человек очень мудрый. Странно делать такие выводы по голосу, но ей так показалось.

Его движения были лишены суетливости, а лицо — абсолютно спокойным. Хотя он был наполовину обнажен, но это совершенно не сковывало его, — тело было расслабленным, а жесты естественными.

Только ЭрДжей всё это время стоял молча и сохранял спокойствие по мере возможности. Ему не нравился ни этот дом, ни этот странный изрисованный тип.

— Ты так и не назвал себя, это невежливо, — обратился к нему Мирас.

— Меня зовут ЭрДжей1-25-67-9, — холодно ответил тот. — А чем здесь так воняет?

— ЭрДжей, просто ЭрДжей! — быстро вмешалась Мята. — Цифры это его причуда, извини за это… — в отличие от ЭрДжея, ей очень понравился этот человек и она боялась его обидеть.

— Хорошо, буду звать тебя ЭрДжей, а насчёт запаха — это аромат тлеющих трав. Они служат, прежде всего, для успокоения. Рисование на теле сопряжено с болью.

— А мне нравится запах, — еле слышно сказала Мята. И улыбнувшись, добавила: — но от них очень хочется спать.

— Это не только из-за трав, это ещё потому, что вы устали с дороги. Не волнуйтесь, здесь вы можете отдохнуть и телом и душей, но прежде, чем впустить вас дальше, я попрошу вас разуться — в моём доме ходят босиком. Вещи тоже оставьте здесь, — сказав это, Мирас развернулся и пошел по узкому не освещённому коридору, и свернул в другую комнату, в которой ещё не были зажжены свечи.

Когда Мирас уходил, их взгляды с Блюмом снова пересеклись. Фантаст не сводил с него глаз до тех пор, пока тот не скрылся в другой комнате.

Ребята быстро сняли обувь и принялись рассматривать этот чудной дом, который по своей странности спокойно обходил все дома отшельников.

Сразу с прихожей можно было попасть в мастерскую Мираса, но там не горели свечи, а света из прихожей не хватало, чтобы рассмотреть её, как следует. Прихожая плавно переходила в узкий коридор, по обе стороны от которого находились комнаты, но они были закрыты. Открытой была только самая дальняя комната, в которую только что и зашел Мирас.

Они не решались пойти за ним, поэтому всё, что оставалось — изумляться богатствам прихожей. В углу стоял ветхий шкаф, полностью забитый книгами. На стенах висело множество рисунков, и содержание некоторых оставалось полнейшей загадкой.

Странные символы, ритуалы из других эпох, астрономические карты, изображения людей, пирамиды, руины древних городов, созвездия, солнечная система, объёмные геометрические фигуры — всё это было изображено с величайшим мастерством, и даже незначительные наброски выглядели как произведения искусства. Но чтобы детально рассмотреть каждый рисунок, ребятам не хватило бы и целого дня, — так много их здесь было.

Одни рисунки висели поверх других, перекрывая те, что висели позади. ЭрДжей бегло обвёл их взглядом, но живописью он никогда особо не интересовался, поэтому не стал задерживать ни них внимание. Он подошел к книжному шкафу и принялся читать названия на корешках. Многие книги лежали горизонтально, поверх стоящих, поэтому приходилось наклонять голову.

— Только ничего не трогай… — предостерегла его Мята.

Но он и не думал слушать и вытащил одну из книг с очень заинтересованным видом, но стоило ему открыть её, как выражение его лица мгновенно изменилось.

— Какой ужас!

— Что?

— Что случилось? — испугались ребята.

— Он изрисовал теоретическую механику! У него нет сердца… Бесчувственный рисовака! Как можно так издеваться над великой книгой?!

И в доказательство беспрецедентного кощунства он повернул к ребятам открытую книгу, в которой схемы были дорисованы карандашом, и из обычных технических чертежей они превратились в загадочные образы из головы художника.

— Не пугай нас так… — прошептал не на шутку испугавшийся Альфред.

ЭрДжей положил эту книгу не туда, откуда взял, и потянулся за следующей. На этот раз вместо интереса на его лице было недоумение. Он взял ещё одну с полки пониже и его левая бровь озадачено приподнялась.

Мирас как раз вышел из той комнаты и принялся доставать что-то из ящика, стоящего в прихожей.

— Извини за любопытство, а эти книги?.. — начал ЭрДжей.

— Это книги собирали люди, жившие в этом доме до меня. В них можно найти ценные знания. Та, которую ты сейчас держишь, о древней науке астрологии, а вон те рассказывают о магии чисел. Там на второй полке сверху очень познавательные трактаты по герметизму, агностицизму, сонники и мистические знания древних цивилизаций. Чуть ниже можешь поискать труды по космо и биоэнергетике, нетрадиционной медицине, психологии, а так же йоге и духовных практиках. На третьей полке книги по геометрии, физике, экономике, истории, философии, астрофизике и многих других науках, а на самой первой — религии, легенды и мифы разных народов. Вон в той отдельной стопке собраны особые учения: буддизм, индуизм, даосизм, конфуцианство, а ещё основы медитации. Особенно рекомендую вот ту с красной обложкой — афоризмы и цитаты древних восточных мудрецов. Я зачитал эти книги до дыр, так что спрашивай, если что-то заинтересовало.

— Ооо… — задумчиво протянул ЭрДжей. — Я, кажется, отвлёк тебя, ты что-то делал, извини.

Мирас ничего не ответил, только улыбнулся и скрылся в дверном проёме.

— Пора сваливать.

— Чего? — в один голос опешили ребята.

— Вы что, не поняли что это? И кто он? Эти карты, рисунки, тлеющие травы. Это же… это… не рационально! Не хочу нарушать вашу идиллию, но с этим парнем явно что-то не так. Я говорю вам, он, — ЭрДжей обернулся проверить, нет ли сзади Мираса, и продолжил более тихим голосом: — он здесь явно что-то покуривает. Что-то, что я и сам не прочь покурить, только без него, он мне не нравится. Он вам такого навешает, это лженауки! — процедил громким шепотом Изобретатель и для большего эффекта постукал пальцем по обложке книги с изображением человека, у которого на месте головного мозга была нарисована космическая воронка.

— Ты ведёшь себя глупо! — возмутилась девочка. — Мирас — добрейший человек, который не оставил нас на улице умирать от холода и молний. Впустил в свой дом! А ты говоришь про него гадости.

— У этого человека сильное сердце, ЭрДжей… — задумчиво произнёс Фантаст.

— А вообще, ЭрДжей, ты прав. Пора валить, — неожиданно для всех сказал Лекарь.

— Вот! Вот умный человек.

— Вон дверь, а за ней непроглядная стена из дождя и молнии в придачу. Удачи.

ЭрДжей хотел было открыть рот, чтобы ответить, но его аргументы закончились на очередном раскате грома.