Чтение онлайн

Я бил. Мои удары приходили в слабые и незащищённые места. Критические — вырубали противников. Удачные — пробивали и заставляли их отступить. Меня тоже били в ответ. Я ставил блоки, уворачивался, кружился на месте, пытаясь поставить врагов в ряд, чтобы они мешались друг другу.

Мои кулаки не знали жалости. Мы выжили в мясорубке с орками, я не дал сраному шаману убить мой отряд. В конце концов, я — сын великого человека! И великим он был ещё до того, как попал в этот мир и стал Архонтом.

Можно проиграть битву, но не войну. Эта «война» на стоянке для путешественников, не пострадавшая от нашествия орков, закончится уже утром, когда все разъедутся в разные стороны. И новой битвы не будет. Поэтому и проиграть я не могу. Я буду бить так, чтобы они падали. И если они смогут встать и попросят добавки, мои удары станут ещё сильнее. Пускай хоть кости ломаются в возбуждённых мордобоем телах этих засранцев.

Не люблю выпендрёжников… И тех, кто рассчитывает на численное преимущество, кто предпочитает молотить толпой одного, тоже не люблю. Они попали сразу в два моих «не люблю»… Надо сбить с них спесь!

Удар ногой, мой любимый лоу-кик. Он не обязательно заставит врага валяться на земле, но правильно выполненный, быстрый и точный он лишит врага ноги на время. И всё, что противник сможет, — это попятиться прочь, сжав зубы от боли.

Лезешь в клинч? Думаешь, друзья твои сейчас набросятся и помогут тебе? Я бы с удовольствием с тобой поборолся и повозил бы лицом по грязи, но сейчас не то место и время. Ты полон уязвимых мест, а я умею работать не только ногами и кулаками.

Удар головой? Легко!

Резкий рывок и удар локтем с разворота? Уносите этого кретина и давайте мне следующего!

— Осторожно, у него кастет! — предупредила Мария, душащая одного из здоровяков.

Я уже и сам видел… Восприятия хватило, чтобы заметить, Ловкости хватило, чтобы изогнуться, опыта хватило, чтобы развернуться, а ярости в душе было столько, что, увидев слабую точку, я от души впился в неё. Хруст. Минус челюсть у любителя кастетов… В ближайшее время будешь только кашкой питаться, урод!

— Кастет! — рявкнул Саня во всё горло.

— КАСТЕТ! — повторила за ним, оглушая всю стоянку, Джоана.

Звон извлекаемой из ножен стали за секунду пронёсся по полю боя, и пятеро членов отряда Лари ощутили касание смерти, прижавшейся к их шее.

— Дёрнетесь — и от вашего отряда останется только воспоминание, — предупредил Саня главу их отряда.

— Какого хрена?! Кто оружие достал на стоянке? — продираясь через толпу зевак из других отрядов, примчался мужик в одних семейниках, с мечом и щитом в руках.

— Лупатый из ребят Лари с кастетом кинулся, — подсказал один, а следом и другие указали на держащегося за челюсть ублюдка, крутящегося на земле.

Он так и не снял оружие, подтверждая мои слова и наблюдателей.

Тут и Граф очнулся. Увидев обстановку, сразу наполнил руки магическим сиянием готового сорваться заклинания. Джованни же подготовил к стрельбе арбалет Марии, а варги поднялись и втиснулись между нами, угрожающе рыча.

— Евпатий Коловрат… Да у них ещё и маг в отряде есть… — подал голос один из вернувшихся после нокаута в реальность бойцов.

— Ясен красен, что есть. Иначе как, ты думаешь, они бы смогли с варгами путешествовать? — усмехнулся один из зрителей, прикладываясь к баклажке с чем-то горячительным.

Тут и ещё один командир не принимавшего участия в «веселье» отряда показался:

— Лари! Да ты охренел!

— Я не при делах, Гутенберг. Этот утырок сам вытащил железо… Он больше не член моего отряда. Делайте с ним что хотите. А мы признаём поражение, — тут же ответил Лари своему, как оказалось, знакомому.

— Сам не сам — плевать. Закон стоянок един для всех. Пошли на хрен отсюда.

— Но только после оплаты потраченного на ваше воспитание время… — предупредил Саня.

— Да, без вопросов. Наш косяк — с нас и загладить. Сколько?

— Таланты? Подотрись ими. Вон ту палатку хочу.

— Это же мой офицерский шатёр! По живому режешь! — возмутился Лари.

— Пока не режу, но могу это устроить. И я в своём праве.

Лари проглотил ком в горле и с ненавистью посмотрел на воющего любителя кастетов.

— ****** тебе. Готовься отрабатывать долг, мудила… — сухо произнёс он и посмотрел на Саню. — Полчаса. Вещи вынесу, и забирай.

— Можешь её не складывать. И не вздумай колышки забрать и прочее. Я проконтролирую, как ты сваливаешь.

Саня убрал кинжал от горла Лари и вальяжно подошёл к Герде, с нежностью смотря на неё, пока проигравший отряд, постанывая, уползал прочь.

Наша богиня битвы, нанёсшая превентивный удар по провокатору, что целый вечер доставал нас, даже смутилась от его пристального взгляда. А я убедился, что она убрала свой кинжал… Так в зоне риска будет только нос нашего командира, а не вся его жизнь.

— Ну и чё ты зыришь, маньячелло?

— Гердушка, солнышко моё. Эта палатка — тебе! От всей души дарю! И если тебе будет одиноко и холодно… У-у-у-у-ы-ы-ы-ы.

Герда встряхнула кулак, которым вдарила в солнышко нашего лидера.

— В солнышко за солнышко… Если мне будет одиноко, я возьму вина. Если холодно — ещё больше вина. И спасибо за подарок. Иди, смотри, чтобы там ничего лишнего не спёрли…

— Хо…рошо… — проскрипел Саня и побрёл в сторону нового трофея нашего отряда.

— А всегда проигравшая сторона платит? — уточнил я у Маши.

— Ага. Но это если две стороны приняли бой. Если не приняли — страдает только репутация. Но так как первый удар нанесли мы…

— То мы и бросили вызов… Понятно. И что? Отдадут всё, что потребуют?

— Вообще, да. Но если оставить отряд ни с чем, подвергнуть его выживание риску, то это считается за проступок. Тогда могут пожаловаться на тебя и начнётся проверка. Архонт, в чьих владениях случилась стычка, отправит специального проверяющего, а то и целую комиссию. Можно получить много проблем из-за этого. И расследованию нужно время. Никто не потерпит беспредела.

— Понятно… А свод правил какой-нибудь есть? — уточнил я, и на этот вопрос ответил уже Граф, поглаживая место ушиба.