Чтение онлайн

Зрители следили за процессом горения так пристально, как будто ожидали увидеть что-то из ряда вон выходящее. Стоявшие близко люди картинно закатывали глаза, откидывали назад головы и простирали вперед руки, словно собираясь схватить невидимый шар. Я тоже осторожно повернула ладонь в ту же сторону и ощутила едва заметное покалывание. Даже жар костра не мог приглушить прохладное дыхание Сферы.

Пламя разгоралось. Магистру подали большие, явно самодельные, щипцы. Собственно, то были и не совсем щипцы, а просто толстая проволока, закрученная в двойную петлю. Глава Ордена зацепил бесхитростным приспособлением какую-то пластинку, похожую на фотографическую пленку, быстро опустил ее в костер и тут же вытащил обратно. Он повторил эту манипуляцию несколько раз под восторженный рев вспотевших и раскрасневшихся, но еще более воодушевившихся рыцарей. Петля крутилась и изгибалась, будто пытаясь вырваться из рук своего мучителя, но тот умудрялся очень ловко ее удерживать.

— Что он делает? — спросила я у Андриса.

— Вызывает Глюкоса.

— Нагревая какую-то пленку?

— Она выпала из Сферы, — объяснил мой друг. — Не случайно, конечно. Кто-то ее выбросил. В таких местах случайности исключены.

— И кто же выбросил, Глюкос?

— Нет, кто-то другой. Тот, кто жаждал ему навредить, я думаю. Пленка хранит фантомные следы странного короля, и много о чем могла бы рассказать. Не каждому, конечно, а только тому, кому предназначена. С помощью таких весточек духи иногда переговариваются с людьми. Но Сфер везде полно, и отмеченную не стали бы использовать.

Репейник сделал знак помощникам, и те загасили пламя. Магистр с торжествующей улыбкой продемонстрировал публике закопченную пленку. Она пошла по рукам, и со всех сторон послышались сначала восторженные, а затем негодующие выкрики.

— Ты видишь? — толкнула я друга. — Смотри, смотри, они что-то там читают!

— Да уж, конечно, прочитают они! Для этого сверхчувствительность нужна или темная магия, а здесь умеют только орать.

Почерневшая от пламени пленка вновь вернулась к главе Ордена, но он пренебрежительно отбросил ее в сторону и произнес еще одну страстную речь. Теперь уже в ней звучали призывные нотки — Репейник объявил о начале боевых действий:

— Рыцари Феерии! — кричал он, заметно распалившись от собственного успеха. — Мы не позволим энерговампиру по имени Глюкос хозяйничать на дикой планете! Бешеный монстр расставил повсюду астральные ловушки, чтобы странные призраки могли питаться нашей жизненной силой. Мы слабеем и погибаем, убиваем друг друга или гложем сами себя изнутри, и в том повинны они! Они, живущие за счет нас! Они, готовые поглотить всю энергию мира! Они, прожорливые твари, которым с каждым разом нужно все больше и больше. Я призываю вас быть беспощадными к ненасытной нечисти. Нет жалости мерзким призракам! Смерть энерговампирам!

— Смерть энерговампирам! — повторил нескладный хор.

— Я призываю вас действовать, и действовать незамедлительно! Ура!

— Ура! — подхватило собрание, и лес копий взлетел вверх.

Закованные в доспехи воины вопили так яростно, так самозабвенно, что сомнений не оставалось — королю страны Безумия и его приспешникам на сей раз уж точно не поздоровится.

Затем все рыцари по очереди плюнули на Неправильную Сферу. Она, тем не менее, никак не ответила.

Покорная толпа ушла за Репейником, а мы остались стоять возле дымящего кострища. Первой молчание нарушила Силона:

— Вот почему Орден так называется, — сказала она. — Огонь им помогает. Наверное, что-то показывает…

— Ничего он не показывает, только копотью покрывает.

— Но ведь рыцари читали, я видела! Где, кстати, пленка? Магистр ее вон туда, под забор бросил.

— У меня, — Андрис злорадно ухмыльнулся.

— Ты ее украл?

— Скажем так, взял. Репейнику она больше не нужна. Он прекрасно знает, что Глюкос неуловим, но делает вид, будто может его поймать.

Вблизи Неправильной Сферы и без манипуляций с руками чувствовалось прохладное покалывание во всем теле. И необычное состояние странным образом завораживало, одновременно и притягивая, и отталкивая.

"Может, из нас энергию выкачивают?" — подумала я.

Здесь, рядом с необъяснимой тайной, казалось, что магистр Ордена не так уж и далек от истины. Хоть он и чудаковатый, и неумелый, но как-то же надо бороться со злом!

— Что-то мне тут напомнило, — включился в разговор Владар. — Энерговампиры Первого Клана… Раньше Репейник не служил Бесцветному, а теперь, значит…

— Значит. У бывшего черного властелина длинные руки.

— Постойте-ка, — вмешалась в слаженную беседу двух друзей Силона. — Припоминаю ваши рассказы. Что-то такое там было у тех, ну, у первых людей, но ведь не только у них! Вот мы тут стоим и чувствуем, как из нас чего-то тянут. А ведь энергию вытягивают!

Андрис улыбнулся. Я уже почти привыкла к его улыбке и воспринимала ее, если и не с полным безразличием, то достаточно спокойно. И вот сейчас на меня вдруг опять нахлынуло… И ко всему — полное отсутствие желания противиться чувствам. В общем, какое-то жалкое бессилие. Наверное, из меня уже всю энергию высосали!

— Энерговампиры, — говорил между тем мой друг, — такое понятие, под которое можно подвести любого. Все люди постоянно обмениваются энергией, и это нормально. Прохожий улыбнулся, и у тебя улучшилось настроение. Бывает, конечно, и по-другому. Понятно? Но никто не сможет вытянуть из тебя энергию, если ты сама ее не отдашь. Просто не надо поддаваться провокациям, раздражаться, бояться и суетиться. Лучший способ — уйти в свой внутренний мир, создать отвлеченные образы или вызвать чувство счастья. И все будет в порядке.

Пожалуй, упомянутое чувство с некоторых пор меня и не покидало. То есть получалось, вся моя энергия была со мной, а может быть, даже и многократно увеличилась. Я покосилась на Неправильную Сферу:

"Дудки! Не отдам тебе ничего! И никому не отдам".

Молчаливый шар, казалось, не возражал.

А мою подругу, у которой энергии было не занимать, уже интересовала другая проблема:

— Так что там на пленке, все же написано чего-то или нет?

Андрис достал из кармана почерневшее послание Глюкоса, и мы увидели кривые буквы, нацарапанные чем-то острым. Надпись на местном языке гласила "Я, великий король страны Безумия, явился, чтобы уничтожить ненавистное людское племя!"

— Кто это написал? — удивилась Силона. — Неужели он сам?

— Самопишущий грифель, — уверенно заявила я. — Узнаю его почерк. У меня дома такой же есть. Вряд ли призраки пользуются подобными штуками.

Владар посмотрел на друга:

— Ну что, убедился? Зря теряем время.

— Не думаю. Кое-какие сведения все же добыли.

— И нужны они нам?

— Ему.

Мы с подругой возмутились:

— Снова говорите загадками! Что за сведения? Кому они нужны?

До меня уже и так дошло, что Глюкосу, но хотелось подробностей. Все-таки нам предстояло беседовать с "бешеным монстром", как назвал его Репейник. А тут такая возможность — обменять дружеское, а может и любовное послание безумного короля на древнюю карту Феерии. Конечно, шантаж не самый честный способ борьбы, но когда имеешь дело с подобными типами, выбирать не приходится.

— Какие сведения, мы никогда не узнаем. Под копотью и дурацкой надписью их словно и нет, — сказал Андрис. — Очищу пленку, увидите. Вернее, ничего не увидите.

— А следы мыслей? Разве им такая ерунда мешает? Дай, попробую…

Силона не успела взять пленку. Опять послышались призывные ноты трубы Репейника. Теперь она играла что-то наподобие торжественного марша. Я оглянулась и увидела, что по двору замка вышагивает конница.

Даже под металлической броней, в которую были упакованы лошади, ощущалось, какие они истощенные и напуганные. Выстроенные ровным клином, несчастные еле передвигали ноги, таща на спинах таких же, полностью экипированных, всадников. Сами воины, разодетые в новенькие блестящие доспехи, украшенные орденскими лентами, победоносно потрясали мечами и щитами, на которых красовались рыцарские гербы. Сверкала латунь, скрипела кожа, бряцало оружие, развевались флаги. Позади торжественной процессии, ведя за руки детей, шли женщины. Многие из них плакали и вытирали слезы рукавами ветхих платьев или уголками рваных платков, видимо прощаясь с мужьями навек.