Чтение онлайн

— Куда они собрались? — спросила Силона, которая не все поняла из пламенной речи оратора.

— Воевать с Глюкосом.

— В который раз? — Владар, наконец, справился с одолевавшим его приступом смеха. — Уже завтра они займутся своим обычным делом — разведут огонь и поджарят несчастную пленку.

— Вряд ли им это удастся, — сказал Андрис и опустил закопченный трофей в карман.

Мы поспешили удалиться.

— Какие мысли? Глюкос живет эмоциями, страстями и маниями.

Андрис чистил пленку и объяснял нам с Силоной простые истины.

— Как же тогда странные призраки пишут записки людям?

— Не людям вообще, а тем, кто в состоянии понять. В стране Безумия свой, особый вид письма. Образная речь не оставляет следов, потому что невозможно скопировать образ. Но чернокнижники иногда разгадывают. На то, видно, и был расчет, когда выбрасывали пленку.

Мы устроили небольшой привал на опушке леса неподалеку от замка. Конный отряд проковылял мимо, не обратив на нас никакого внимания. Проводив взглядом шумное разноцветное шествие, я расстелила скатерть и заказала самое-самое, так, чтобы всем угодить. Кто знал, чем закончится авантюра с проникновением в страну Безумия и скоро ли удастся снова спокойно поесть!

— Странные призраки детища правого полушария головного мозга, — рассказывал умнейший из магов, уже поглощая солидные куски мясного рагу, — а там скрыта особая сила. Интуиция, вдохновение, озарение, фантазия, страсть, забвение — вот чем оперирует Глюкос.

— Неплохой наборчик! — восхитилась Силона.

— Да, но там же и азарт, и варварство, и тщеславие и тому подобные прелести.

— А почему щипцы рвались из рук оратора? — спросила я, бережно сворачивая скатерть-самобранку.

— Потому что фантомная петля живая. Чудная вещь, малейшие призрачные флюиды улавливает. Вокруг Неправильной Сферы их уйма, вот она и кидалась во все стороны, в неумелых-то руках.

Закончив с едой, мы вошли в лес, и поразились, какая там стояла тишина. Бравые стаккато трубы Репейника, сбивчивый стук копыт и заунывный хор женщин, оставшихся ждать воинов в замке, давно стихли, а новые звуки не появились. Им и неоткуда было здесь взяться. Деревья с высокими гладкими стволами тянулись высоко в небо. Их кроны, едва различимые со столь большой высоты, сливались в сплошной темный покров. Ни пение птиц, ни хруст веток не нарушали покой дремучих мест. Под ногами не росла трава, и даже не валялись листья. Может быть, их и вовсе не было?..

— Через Плаунище разгуливать не рекомендуется, — сказал мой друг, — но другого пути к фиолетовым горам нет.

— Плаунище? Что-то очень древнее, да?

— Первобытный лес из какого-то мира. Феерия много чего прихватила из черной дыры.

Не отставая от клубочка, мы шли по очень широкой, хорошо утрамбованной дороге. Видимо ею часто пользовались, и не только тяжелая кавалерия, прошагавшая тут совсем недавно. Среди отпечатков лошадиных подков виднелись многочисленные следы звериных лап.

— У них водопой недалеко, — пояснил Андрис, и я не стала уточнять, у кого "у них", и так понятно.

В самый разгар дня в лесу было почти совсем темно. И то там, то здесь между деревьями вспыхивали яркие огни, или же белые прямые лучи вдруг выбивались прямо из-под причудливо изогнутых корней и устремлялись ввысь, туда, где смыкались густые кущи. Временами тишину нарушали еле слышные шумы — то приглушенный топот, то надрывное пыхтение, то тяжкие вздохи. Несколько раз я видела боковым зрением дым, валом валивший без всяких признаков костра, и искры столь же необъяснимого происхождения, моментально исчезавшие при попытке рассмотреть странное явление нормальным способом. Очевидно, происки невидимых соглядатаев не представляли для нас какой-либо опасности, потому что шерстяной поводырь их полностью игнорировал.

Выйдя из чащи, мы увидели вдали гряду сияющих фиолетовых скал, а над ними черно-белую струйку дыма. Небо было затянуто серыми облаками — палитра короля странных призраков не отличалась особым разнообразием. На ярком горном фоне, однако, виднелись пятна совсем другой расцветки, гораздо более живописные, которые быстро двигались в нашу сторону. Вместе с ними усиливались и еле слышные поначалу звуки, вроде бы чем-то знакомые. Наконец загадочная процессия приблизилась настолько, что среди невнятного гула уже различались дикие вопли, стук копыт и скрежет металла. Навстречу нам мчались лошади без всадников, а следом за ними беспорядочно бежали рыцари во главе с Репейником. Вид у магистра был жалкий: шлем сбился набок, страусиное перо переломилось, клочья разодранного плаща болтались и путались под ногами, трубу он где-то потерял. За славными воинами, пыхтя и подвывая, неслась свора бешеных зверей. Отчаянные крикилюдей тонули в реве и ржании.

Молодые маги повторили недавний трюк, и мы вновь одеревенели. Я уже навострилась прятать клубочек за пазухой и успешно справилась с этим нехитрым делом, прежде чем ощутила себя кактусом. Толпа рыцарей, а затем и безумная стая проскочили мимо нас с невероятной скоростью и скрылись в первобытном лесу.

— Что там с ними? — спросила я у Андриса. — Ты видишь?

— Не волнуйся, все в порядке, если не считать некоторых потерь в обмундировании. Герои благополучно достигли спасительного лона Неправильной Сферы, укрепленного камешками ненавистного Модерста. Женщины и дети счастливы и уже поздравляют победителей.

Мы дождались возвращения бешеной своры, стремительно пронесшейся мимо разбросанных по округе обглоданных мечей, щитов и лат — рыцари выкидывали оружие и доспехи на бегу, чтобы хоть как-то задержать своих преследователей. Ненормальные животные вскоре достигли фиолетовых скал и словно слились с ними.

— Там точно проход есть! — обрадовалась Силона. — Вон как сиганули.

— И не надейся.

— Но я видела! Был и пропал… И куда-то ж эти пумы с тиграми делись?

Вот только куда? И издалека было видно, что никаких лазеек в непрерывном горном массиве не было. Казалось, будто какой-то настырный великан-строитель тщательно уложил и приклеил друг к другу ровные и гладкие фиолетовые глыбы. Ни деревьев, ни кустов, ни отверстий. Безжизненные бока голых скал плавно, без углублений и выступов, переходили в заостренные вершины. Можетбыть, моей подруге показалось?

Мы шли к неприступной каменной стене, и с каждым шагом чувствовали, как воздух все больше насыщался терпким запахом. У подножия горной гряды, уходившей вправо и влево на неопределенное расстояние, клубочек остановился, немного посуетился для приличия и, не найдя ни столбиков, ни стебельков, застыл на месте. На всякий случай я снова спрятала его за пазуху.

— Ну вот, приехали! — Владар посмотрел на друга. — Попробовать просверлить?

— Ты же знаешь, что бесполезно. Лучше используем проверенный метод. Не зря же профессор расстался с купюрами.

Мы с Силоной не сразу поняли, что имел в виду Андрис.

— Пылесосить будем, — объяснил Владар.

Он достал свое многопрофильное устройство и развернул один из его носиков в сторону зловонной черно-белой струйки.

Чудо-прибор в течение получаса без устали поглощал ядовитые пары. Куда девалась едкая снедь, которую жадно уминал ненасытный "чайник", осталось загадкой. Во всяком случае, сам он нисколько не пострадал от неимоверной прожорливости и даже ничуть не потолстел. Зато полосатая струйка накренилась в нашу сторону и заметно поредела. Еще несколько минут "уборочных работ" сделали свое дело — неприступная стена сдалась и раскололась с жутким дребезжанием, образовав широкую арку. Вероятно, пропускавшие нас невидимые охранники решили, что в страну Безумия направлялся, по крайней мере, полк солдат, жаждущих прикурить из заветной изогнутой трубки.