Чтение онлайн

Университетские годы. Глобальная беззаботность. Локальные радости и огорчения в общем, движущемся широким шагом учебном процессе. Через шесть лет после приезда в новую страну у меня университетский диплом. Какой-то новый этап. Тоже важ- ная дата и радость родителей. Провёл ещё одну черту отсчёта и пошёл дальше... Уже три месяца в должности инженера. Светлый кабинет, прекрасный вид из окна. Можно добавить ещё кучу все- го посередине, но кого это интересует?.. Много фактов, событий, историй, анекдотов, встреч, прощаний.

– Давно не виделись! Как жизнь?

– Может, посидим в баре вечерком?

– Ну, как-нибудь. Запиши телефон.

– Как работа? Всё хорошо? Ну слава богу.

– А как вообще? Бывало и лучше? А хуже?

– Тренькни мне через неделю и забегай.

– Ну, давай по-малой - за встречу.

– Алё, Лара? Пригласи меня на глупость. Когда

заканчиваешь? В восемь? Я заеду.

– Ну, давай попоём?! Ой мороз, мороз.

Не морозь меня,

Не морозь меня,

81

Моего коня...

Анекдот старый слышал:

– Посетители дожидаются в приёмной у врача.

Выходит мужик: - Кто вчера кровь сдавал?

– Я.

– А рост какой?

– Метр семьдесят пять.

Уходит.

– Доктор, доктор, а рост зачем-то?

– Да не доктор я, - плотник.

– Может на море в субботу?

– Ну давай уже спать - завтра рано на работу.

...Обниму жену,

Напою коня...

– Завтра брат отца прилетает из Питера - поеду встречать. Мы с ним шесть лет не виделись.

– Две трефы - не одна трефа.

– Они плохо о тебе говорили.

– Да плевал я на них.

– Ты на всех плевал?!

– Да.

– Так нельзя.

– Ну ты же видишь, что можно.

– Понадеемся, что поутрянке будет клёв нормальный.

– Ну, давай на посошок... подожди, давай, чтоб прошлое не предавалось.

Сколько прошло событий, настроений, веяний, волнений, радостей. Сколько ещё будет.

Сколько было человеческого ума, человеческой тупости, надёжности и предательства, нужности и ненужности, широких и узких объятий, искренних и неискренних улыбок, желанных и нежеланных женщин и много слов, слов...

Мне кажется, в моей жизни были три важные даты. Такие короткие строки автобиографии. Вот они:

1971г.
– первый крик.

1989г.
– инициация.

21/08/96 - сегодня.

82

О себе со стороны...

...умную, лукавую улыбку, её ямочки на щеках. Он хотел бы об- нять её. Он знал, что обнимет её. И, обняв, будет нежно при- жимать к себе, а она положит ему на грудь обе свои ладошки и между ними поместит свою голову. Они будут молчать... По- том он медленно нагнётся поцеловать её в шею, и она, дождавшись его, прижмётся своей щекой к его. Он почувствует её запах, который когда-то сражал его насмерть. Он, он, он...

Её умную, лукавую улыбку...

Позже он найдёт такую улыбку у Алины и тоже потеряет её...

Я в последнее время часто зло говорю о Боге.

83

У меня есть большая матерчатая сумка. Старая и очень удоб- ная. Я захожу в зал, где собрались люди, и поднимаюсь на сцену. Опускаюсь в кресло и бросаю сумку подле себя. Она мягкая и почти бесшумно сдаётся притяжению. Включите, пожалуйста, все люстры... Я вижу себя в зале, и тот я смотрит на меня. Тела людей исчезают в пространстве, а лица блекнут, и лишь одно - его - смотрит на меня. Без укоризны, без улыбки, но просто смот- рит.

– Опиши, когда хорошо.

– Когда хорошо? До сна, когда уже согрелся и все мышцы рас- слаблены, после доброго сна, в любовной игре, с любимой после акта любви, у моря, но всё - когда любишь себя. Тогда ощуща- ешь, осознаёшь, дышишь этим хорошо, а иначе хорошо по-со- бачьи.

– Амбиции - всегда?

– Конечно, легче, когда амбиций нет или их мало (имеется в виду не только материальный смысл - Прим. авт.), пусть даже при оп- ределённом присутствии ума. Тогда происходит следующая простенькая схема:

Нет амбиций у него,

у неё,

у их ребёнка,

у ребёнка похожей пары,

у их ребёнка...

Я, конечно, взял крайний вариант, но, когда я порою срывался на людей по этой самой причине, всплывала именно такая картинка. Хотя опять же не суди, да не судим...

– Продолжай.

– Я однажды забежал в какое-то учреждение. Весь взмыленный. Зарабатывал сумасшедшие деньги, что давно потратил. Вдруг смотрю, в углу сидит такой смотритель холла, - ну там подсказать этаж иногда, вызвать кого-нибудь. Спокоен. Ровен. Одухотворён... Я не выдержал и говорю: "Я иногда тебе завидую", а он в ответ: "А я тебе".

– Но есть какое-то минимальное количество общепринятых прин- ципов? Ну, не убий, там...

– Нет, нету.

84

– Ясненько.

– Ничего не ясненько.

(Пауза.)

– Ты часто вспоминаешь о Кристине?

– Уже нет и уже не так. Кристина превратилась для меня в книж- ного героя, и это явно положительный факт.

– А Алина?

– Я убеждён, что мы ещё будем вместе, ведь мы любим друг друга.

– Ты не из тех, кто живёт ради детей?

– Чтоб потом они жили ради своих?! У них будет прекрасный пример!

– Перетерпеть - это сила или слабость?

– Не знаю. Мне кажется, что всё должно быть проще и, следова- тельно, естественнее. Не надо подвигов. Не нужно духовных Курских дуг и душевных блокад Ленинграда.

– А что тогда нужно?

– Маршал Жуков, что всегда может выиграть войну, и тихая гавань: с хорошим театром, библиотекой, винным погребом и рыболовными снастями, - ты защищён со всех сторон и ни на кого не нападаешь. Сбылась мечта! Всем хорошо!

– Ты прощаешь?

– Да, но запоминая. А если ставлю точку, то это точка, но не точка с запятой. Помнишь у Высоцкого: "Ты его не брани - гони", хотя есть люди, с которыми захочу поговорить при любых обстоятельствах (противоречу себе).

– Короче, думай о себе!

– Вообще не думай (улыбаюсь), но без локального, отнимающего силы презрения, если так можно выразиться. Имей свой мир, умей делиться им, прятать его, умей понимать.

– А главное?

– Фильтр! Фильтр восприятия, понимания, отношения...

(Смотрят друг на друга.)

– Пишешь, только когда всласть?

– Да. По-другому просто не получается... Хорошо, что я не зара- батываю литературой на жизнь, а то пришлось бы заложить в ломбард вдохновение за пару-тройку лет вперёд.