Чтение онлайн

– И моя невинность доставит вам больше удовольствия, чем опытность зрелых женщин?

– Вы вновь разговариваете об удовольствии там, где речь идёт в первую очередь о долге. Значит, время объяснений пришло. Все, что случится сегодня, должно быть результатом Вашего понимания и Вашей свободной воли. В исполнение долга перед мужем и родом Вы не должны идти с закрытыми глазами.

***

Дело в том, моя леди, что Ваши благородные родители могли и не знать того, что я сейчас Вам доверю. Вопросы чистоты крови и чистоты невесты всерьез беспокоят лишь несколько родов, тех, кто сохранил кровь изначальных владетелей земель, а не выслужил свое благородство заслугами перед земными владыками. Таких родов в Империи менее дюжины – и Цанага один из них. Наш род древнее, чем императорский. Мои предки правили здесь ещё тогда, когда жалкие остатки Народа Волка бежали мимо, ища убежища в Степи. И императорскому роду известны, но не важны наши тайны, ибо сам Единый определяет, кого он готов принять наследником Империи.

Суть супружеской магии опирается на два факта – один общеизвестный, другой – тайный.

Вам наверняка известно, что Ваш батюшка разводил собак – его псарни славятся на все графство. Вероятно, Вам приходилось слышать и то, как оберегают породистых сук от связи со случайным кобелем? Такая матка никогда уже не будет рожать щенков с нужными качествами, ее кровь уже «грязная». Это широко известный факт.

Моника кивнула.

Факт был действительно общеизвестный. С этим фактом была связана даже одна неблаговидная батюшкина тайна: он всегда вязал перед продажей породистых сук с дворовыми кобелями – чтоб никто не мог конкурировать с его псарней.

А вот то, что я сейчас скажу Вам – это уже оберегаемая тайна.

Власть исконных владетелей земель опирается на родовые договора с Гением Места – с духом плодородной долины Цанага. Гении – существа столь долгоживущие, что кажутся вечными. Они не вступают в договора с мотыльками-однодневками, с краткоживущими людьми. Они вступают в договор с родом, а принадлежность к роду определяют по крови. Некоторые рода приняли это «правило крови» буквально – они женились на сестрах и даже матерях. Но где те рода? Давно выродились и сгинули во времени. Безумцам не поможет даже помощь гения.

Другие же – как мой, а теперь и Ваш, Моника, род нашли способ не терять чистоту крови, принимая здоровых невест. Ибо девственное тело может запечатлеть в себе кровь рода. Отсюда и телесный ритуал принятия семени.

В прежние времена, для большей чистоты крови, «запечатлевал» невестку самый старший по крови – свёкор, а то и дед жениха. Но нынче это невозможно – я самый старший из исконных Цанага.

– Если род так беспокоится о чистоте крови, то зачем тогда «право первой ночи», зачем тащить в постель каждую крестьянку?!

Не каждую. Меня не интересуют смерды. Это они налог на брак назвали «выкупом девства». А вот те, кто и «кон-» и «зун-», они, как и «ап-» - все дети мои, пусть и рождённые вдали от отца. И я отношусь к ним как к детям своим, опекая и направляя. Родовые слуги и их семьи находятся под покровительством гения. Это не потомки Цанага, но щенки из его стаи. В семьях родовых слуг – холопов – редкость детские смерти и тяжкие болезни. Они рожают здоровых сыновей и дочерей, и процветают на землях Цанага. А отступники, покинувшие родовые земли, очень быстро лишаются древнего благословения.

***

– Тогда я готова, мой лорд. Что мне надо делать? Это не будет, - тут ее голос предательски дрогнул, - слишком больно?

– Я буду очень осторожен...

Но некоторые обещания легче дать – чем соблюсти.

Преграда неожиданно оказалась слишком прочна, однако многоопытный граф пустил в ход острие кинжала прежде, чем Моника успела испугаться всерьез.

(Много лет спустя, уже во вдовстве своем, Моника с некоей даже бравадой объясняла ухажерам свою «железную» непоколебимость и неизменное отсутствие естественных женских влечений тем, что девственность ее была взята стальным жалом клинка.)

Перед самым рассветом новобрачная графиня Моника ап-Цанага, утомленная, но гордая участием в сакральном магическом ритуале, забылась в беспокойном сне.

И лишь некая, самая примитивная часть ее души, твердила, что Монику только что цинично и низменно поимели во все дыры.

В каждой воспитанной девушке,

В самой застенчивой лапушке

Где-то точно упрятана

Блядская сучность прабабушки!!!*

***

А назавтра муж отвёз Монику на встречу к гению рода Цанага.

Но это уже совсем иная история.Призрак кавалера ап-Грие

***

ФРАКТАЛ ШЕСТОЙ. Призрак кавалера ап-Грие

День летнего солнцестояния

Империя

Шепчущий лес

– Уф! Успели! – две девчушки привалились худенькими спинами к потемневшей от возраста дощатой двери, на которую только что накинули массивный засов.

За дверью нечто взвыло явно огорчённо, и начало скрестись в потемневшие доски.

Потом завывания и вопли стали смещаться против солнца вокруг избушки, прерываясь странными выкриками, похожими на нечленораздельные проклятия.

Девчонки оглядывались в темной избушке и пытались отдышаться после бега.

Девочкам было лет по двенадцать. Одна худенькая, угловатая, с тонкими ручками и ножками, разрумянившееся личико сердечком. Но правильные гармоничные черты лица, большие выразительные глаза, врожденная грация и тяжелая пшеничная коса обещали, что вскоре она сложится в настоящую красавицу.

Вторая – покрупнее, русоволосая, с круглым лицом и яблоками румянца во всю щеку. В отличие от совсем еще плоской подружки, у этой, после стремительного бега, волнующаяся грудь явственно натягивала уже тесное платьице.

И если белобрысая худышка еще выглядела сущим ребенком, то у второй уже играли блядовитые чертенята под густыми ресницами, а выглядывающие из-под детской короткой юбчонки коленки аппетитно округлились.

Она явно была заводилой в этом дуэте.

Отклеившись от двери, она ощупью, вдоль стены, пыталась сориентироваться в избушке.

Где-то должен быть очаг.

Вторая все еще подпирала собой дверь.

– Ты уверена, что он не ворвется?

– Конечно. Это ж не людских рук избушка, это же убежище дриады. Здесь и дверь никогда не рассохнется и крыша не провалится. И духу ни одному сюда не ворваться. Этой избушке лет, наверное, тысяча.