Стихи и песни
Шрифт:
РАЗГОВОР НА КРЫЛЬЦЕ
ДЕТСТВО
Играйте же, дети, растите на воле,
На то вам и красное детство дано.
1
Давно это, помнится, было со мною, — В смоленской глухой стороне, В поля, за деревню, однажды весною, Пришло мое детство ко мне. Пришло и сказало: — Твои одногодки С утра собрались у пруда. А ты сиротою сидишь на пригорке, А ты не идешь никуда. Ужели ж и вправду тебе неохота Поплавать со мной на плоту, Ручей перепрыгнуть с разбегу, с разлета, Сыграть на лужайке в лапту; На дуб, на березу вскарабкаться лихо Иль вырезать дудку в лесу?.. — Мне очень охота, — ответил я тихо, — Да, видишь, свиней я пасу. Такое они беспокойное племя, Что только гляди да гляди. И бегать с тобой, понимаешь, не время, Ты как-нибудь после приди… 2
Пришло мое детство, пришло золотое Июльской порою ко мне. И так говорит, у завалинки стоя: — Ты что же, опять в стороне? Наверно, забыл, что поспела малина, Что в лес отправляться пора? Наверно, не знаешь — какого налима Ребята поймали вчера?.. — Я знаю, — со вздохом сказал я на это, — Да только уйти не могу: Все наши работают в поле с рассвета, А я вот избу стерегу. Двухлетний братишка со мною к тому же, Не смыслит еще ничего: Уйдешь — захлебнется в какой-нибудь луже, Иль бык забодает его. И куры клюют огурцы в огороде, — Хоть палкой их бей по ногам! — Сгоню их — они успокоятся вроде, А гляну — опять уже там… Так я говорил — деловито, печально, Желая себя оправдать… И, палочкой белой взмахнув на прощанье, Ушло мое детство опять. 3
Пришло оно снова холодной зимою В наш бедный, нерадостный дом, Взяло меня за руку жаркой рукою: — Идем же, — сказало, — идем! Могу я придумать любую забаву, Любую игру заведу: С тобою мы вылепим снежную бабу И в бабки сразимся на льду; На санках с горы пронесемся, как ветер, Сыграем с друзьями в снежки… — Мне б очень хотелось, — я детству ответил, Да руки, видать, коротки. Ты разве забыло, что нынче не лето, Что не в чем мне выйти за дверь? Сижу я разутый, сижу я раздетый, И нет у нас хлеба теперь. Ты лучше б весной… — попросил я несмело, — Тогда и в рубашке тепло… — Безмолвно оно на меня посмотрело И, горько вздыхая, ушло. Ушло мое детство, исчезло, пропало, — Давно это было, давно… А может, и вовсе его не бывало И только приснилось оно. ХОРОШО ВЕСНОЮ БРОДИТСЯ
МЫ С ТОБОЮ НЕ ДРУЖИЛИ
ПЕСНЯ О РОДИНЕ
Александру Фадееву
Трансвааль, Трансвааль — страна моя,
Ты вся горишь в огне.
1
Та песня с детских лет, друзья, Была знакома мне: «Трансвааль, Трансвааль — страна моя, Ты вся горишь в огне. Трансвааль, Трансвааль — страна моя!..» Каким она путем Пришла в смоленские края, Вошла в крестьянский дом? И что за дело было мне, За тыщи верст вдали, До той страны, что вся в огне, До той чужой земли? Я даже знал тогда едва ль — В свои двенадцать лет, — Где эта самая Трансвааль И есть она иль нет. И все ж она меня нашла В Смоленщине родной, По тихим улицам села Ходила вслед за мной. И понял я ее печаль, Увидел тот пожар. Я повторял: «Трансвааль, Трансвааль!..» И голос мой дрожал. И я не мог уже — о нет! — Забыть про ту страну, Где младший сын — в тринадцать лет Просился на войну. И мне впервые, может быть, Открылося тогда, Как надо край родной любить, Когда придет беда; Как надо родину беречь И помнить день за днем, Чтоб враг не мог ее поджечь Погибельным огнем… 2
«Трансвааль, Трансвааль — страна моя!..» Я с этой песней рос. Ее навек запомнил я И, словно клятву, нес. Я вместе с нею путь держал, Покинув дом родной, Когда четырнадцать держав Пошли на пас войной; Когда пожары по ночам Пылали здесь и там И били пушки англичан По нашим городам; Когда сражались сыновья С отцами наравне… «Трансвааль, Трансвааль — страна моя, Ты вся горишь в огне…» 3
Я пел свой гнев, свою печаль Словами песни тон, Я повторял: «Трансвааль, Трансвааль!» — Но думал о другой, — О той, с которой навсегда Судьбу свою связал, О той, где в детские года Я палочки срезал; О той, о русской, о родной, Где понял в первый раз: Ни бог, ни царь и не герой Свободы нам не даст; О той, что сотни лет жила С лучиною в светце, О той, которая была Вся в огненном кольце. Я выполнял ее наказ, И думал я о ней… «Настал, настал суровый час Для родины моей; Настал, настал суровый час Для родины моей, — Молитесь, женщины, за нас — За ваших сыновей…» 4
Мы шли свободу отстоять, Избавить свет от тьмы. А долго ль будем воевать — Не спрашивали мы. Один был путь у нас — вперед! И шли мы тем путем. А сколько нас назад придет — Не думали о том. И на земле, и на воде Врага громили мы, И знамя красное нигде Не уронили мы. И враг в заморские края Бежал за тыщи верст. И поднялась страна моя Во весь могучий рост. Зимой в снегу, весной в цвету И в дымах заводских — Она бессменно на посту, На страже прав людских. Когда фашистская чума В поход кровавый шла, Весь мир от рабского ярма Страна моя спасла. Она не кланялась врагам, Не дрогнула в боях. И пал Берлин к ее ногам, Поверженный во прах. Стоит страна большевиков, Великая страна. Со всех пяти материков Звезда ее видна. Дороги к счастью ей одной Открыты до конца, И к ней, к стране моей родной, Устремлены сердца. Ее не сжечь, не задушить, Не смять, не растоптать. Она живет, и будет жить, И будет побеждать! 5
Трансвааль, Трансвааль!.. Я много знал Других прекрасных слов. Но эту песню вспоминал Как первую любовь; Как свет, как отблеск той зари, Что в юности взошла, Как голос матери-земли, Что крылья мне дала. Трансвааль, Трансвааль — моя страна, — В лесу костер ночной… Опять мне вспомнилась она, Опять владеет мной. Я вижу синий небосвод, Я слышу бой в горах: Поднялся греческий народ С оружием в руках. Идет из плена выручать Судьбу своей земли, Идет свободу защищать, Как мы когда-то шли. Идут на битву сыновья С отцами наравне… «Трансвааль, Трансвааль — страна моя, Ты вся горишь в огне…» Пускай у них не те слова И пусть не тот напев, Но та же правда в них жива, Но в сердце — тот же гнев. И тот же враг, что сжег Трансвааль, — Извечный враг людской, — Направил в них огонь и сталь Безжалостной рукой. Весь мир, всю землю он готов Поджечь, поработить, Чтоб кровь мужей и слезы вдов В доходы превратить; Чтоб даже воздух, даже свет Принадлежал ему… Но вся земля ответит: «Нет! Вовек не быть тому!» И за одним встает другой Разгневанный народ, — На грозный бой, на смертный бой И стар и млад идет. И остров Ява, и Китай, И Греции сыны Идут за свой родимый край, За честь своей страны; За тех, что в лютой кабале, В неволе тяжкой мрут, За справедливость на земле И за свободный труд. Ни вражья спесь, ни злая месть Отважным не страшна. Народы знают: правда есть! И видят, где она. Дороги к счастью с ней одной Открыты до конца, И к ней, К стране моей родной, Устремлены сердца. Ее не сжечь, не задушить, Не смять, не растоптать. Она живет, и будет жить. И будет побеждать! Поделиться с друзьями: