Заполнены дворы собачьим лаем,На улице гудит нетрезвый бас…В век синхрофазотронов мы седлаемлошадкупод названиемПегас.Вокруг неё — цветочки и зловонье.И дождь идёт,как будто напоказ…Мотает непокрытой головоюлошадкапод названиемПегас.Она бежит, она слюну роняет.И всё-таки —уже в который раз —тихонечко ракеты обгоняетлошадкапод названиемПегас…Пустынный пляж тепла у солнца просит.Закатный лучик вздрогнул и погас…А мы себе живём.А нас вывозитлошадкапод названиемПегас.
[1967–1970]
" Над головой "
Над головой созвездия мигают.И руки сами тянутсяк огню…Как страшно мне, что люди привыкают,открыв глаза,не удивляться дню.Существовать.Не убегать за сказкой.И уходить, как в монастырь, в стихи.Ловить Жар-птицудля жаркого с кашей.А Золотую рыбку —для ухи.
1970
Подкупленный
"Все советские писатели подкуплены…"
(Так о нас пишут на Западе)
Я действительно подкуплен. Я подкуплен.Без остатка. И во сне. И наяву.Уверяют советологи: "Погублен…"Улыбаются товарищи: "Живу!.."Я подкуплен ноздреватым льдом кронштадтским.И акцентом коменданта-латыша.Я подкуплен военкомами гражданскойи свинцовою водою Сиваша…Я ещё подкуплен снегом белым-белым,Иртышом и предвоенной тишиной.Я подкуплен кровью павших в сорок первом.Каждой каплей. До единой. До одной…А ещё подкуплен я костром. Случайным,как в шальной игре десятка при тузе.Буйством красок Бухары. Бакинским чаем.И спокойными парнями с ЧТЗ…Подкупала вертолётная кабина,ночь и кубрика качающийся пол!..Как-то женщина пришла. И подкупила.Подкупила — чем? — не знаю до сих пор.Но тогда-то жизнь я стал считать по вёснам.Не синицу жду отныне, а скворца…Подкупила дочь характером стервозным, —вот уж точно, что ни в мать и ни в отца…Подкупил Расул [1] насечкой на кинжале.Клокотанием — ангарская струя.Я подкуплен и Палангой, и Кижами.Всем, что знаю. И чего не знаю я…Я подкуплен зарождающимся словом,не размененным пока на пустяки.Я подкуплен Маяковским, и Светловым,и Землёй, в которой сбудутся стихи!..И не все ещё костры отполыхали.И судьба ещё угадана не вся…Я подкуплен. Я подкуплен с потрохами.И поэтому купить меня нельзя.
1
Расул — поэт Расул Гамзатов.
1969
Баллада о спасённом знамени
Утром ярким, как лубок.Страшным.Долгим.Ратным.Был разбит стрелковый полк.Наш.В бою неравном.Сколько полегло парнейв том бою —не знаю.Засыхало — без корней —полковое знамя.Облака печально шлинад затихшей битвой.И тогдас родной земливстал солдат убитый.Помолчал.Погоревал.И — назло ожогам —грудь своюзабинтовалон багровым шёлком.И подался на восток,отчим домом бредя.По земле большой, как вздох.Медленной, как время.Ползпустым березняком.Шёллесным овражком.Он себя считал полкомв окруженье вражьем!Из него он выходилгрозно и устало.Сам себе и командир,и начальник штаба.Ждал ончаса своего,мстил врагу кроваво.Спал он в поле,и его знамя согревало…Шли дожди.Кружилась мгла.Задыхалась буря.Парня пуля не брала —сплющиваласьпуля!Ну, а ежели бралав бешенстве напрасном —незаметной кровь была,краснаяна красном…Шёл он долго, нелегко.Шёл по пояс в росах,опираясь на древко,как на вещийпосох.
[1967–1970]
" — Отдать тебе любовь? "
— Отдать тебе любовь?— Отдай…— Она в грязи…— Отдай в грязи.— Я погадать хочу…— Гадай.— Ещё хочу спросить…— Спроси.— Допустим, постучусь…— Впущу.— Допустим, позову…— Пойду.— А если там беда?— В беду.— А если обману?— Прощу.— "Спой!" — прикажу тебе…— Спою.— Запри для друга дверь…— Запру.— Скажу тебе: убей!..— Убью.— Скажу тебе: умри!..— Умру.— А если захлебнусь?— Спасу.— А если будет боль?— Стерплю.— А если вдруг стена?— Снесу.— А если узел?— Разрублю!— А если сто узлов?— И сто.— Любовь тебе отдать?— Любовь.— Не будет этого!— За что?!— За то, что не люблю рабов.
1969
Признание кинодублера
Я — кинодублёр.Не слыхал о профессии этой?Пока не воспетой.И правильно, что не воспетой!Понять не могу,почему мне ещё не обрыдлапрофессия драться, профессия прыгать с обрыва,во имя искусстваидти на волков и на тигров…Плевать мне,что имя моё не указано в титрах!Хоть там, где я падаю,редко лежат поролоны.И ноютк дождливой погодемои переломы…Я кинодублёр.Я летаю, бегу и ныряю.Не верю в страховку.Себе одному доверяю…Допустим, идея сценария всех полонила.Картина — в работе.Отснятапочти половина.Герой закапризничал.Начал канючить и плакать.В такую погодугерою не хочется плавать.Натура "горит".Режиссёр шевелюру лохматит.Менявызывают.И я говорю им: "Снимайте!"И вот я плыву.Я скачу на коне.Я фехтую.Пью чай в перерывах. На руки озябшие дую.Разбито колено.Плечо под кровавой корою.А рядом снимаютсякрупные планы героя.Я — мышщы его.Я — бесстрашье его.Я — решимость.Я — кинодублёр.А дублёрам нужна одержимость!И снова я лезу куда-то по чёртовой стенке.А хилый геройрепетирует сцену в постельке.Я в нём растворюсь, как река растворяется в море…Наверное, после он будет и в славе и в моде.Наверно, потомон расскажет, как падал, как дрался.И как ему было приятно.И чуточку страшно…Я — кинодублёр.Я, наверное, злюсь, без причины…Пусть девочки верят,что он — настоящий мужчина!А этот мужчина с гримёршей ругается долго.А в нём от мужчины,пожалуй что, брюки.И только…Я — кинодублёр.А сегодня я пью и тоскую.Давай за дублёров,которые жизнью рискуют!Ты — тоже дублёр.Ты порою вопишь исступлённо.Другие — молчат.Им легкоза спиною дублёра.
[1967–1970]
Баллада о бессмертии
Хотя гудят: "Пора!" —изящные валторны,забудьтесь, тенора!Остыньте, баритоны!..Я расскажу теперь, —жаль,если не сумею, —как наш товарищ пелв двадцатом.Перед смертью.Он умер для того,чтоб мы не умирали…Карателиего,израненного, брали.Заржавленным прутомиспытывали силу.Умаялись.Потомвелели рыть могилу…Надутый,будто ёж,увешанный оружьем. —"А может, ты споёшь?.." —смеясь,спросил хорунжий…Луна ползла, как тиф.Безжизненно.Сурово…И вздыбился мотив!И прозвучалослово!Пел песню комиссар.Пел,выбрав гимн из гимнов.Пел,будто воскресал.Пел,голову закинув.Пел,будто пил вино.Пел,хвастаясь здоровьем."Мы наш, — он пел, — мы но —вый мир, — хрипел, — построим!!"Был тёмным, как земля.И мокрым,как из бани.Пел,еле шевеляразбитыми губами.Шептал слова не в такт,упрямо повторялся…И получалось так,что он не пел,а клялся!Литые фразы жгли,с зарёй перемежаясь…Хорунжий крикнул: "Пли!!"А песняпро-дол-жа-лась.Была грозе сродни,светиласьи трубила!..В руках у солдатниплясали карабины.Дрожали молодцы —ни статии ни прыти…Великие певцы,пожалуйста, замрите!..Пусть видит комиссар,как в озаренье аломвстаёт высокий залс "Интернационалом"!И солнечно в судьбе.И ощущаешь гордость.И веришь, что в тебе —тот комиссарский голос!
[1967–1970]
" На Земле "
На Земле безжалостно маленькойжил да был человек маленький.У него была служба маленькая.И маленький очень портфель.Получал он зарплату маленькую…И однажды —прекрасным утром —постучалась к нему в окошконебольшая,казалось,война…Автомат ему выдали маленький.Сапоги ему выдали маленькие.Каску выдалималенькуюи маленькую —по размерам —шинель……А когда он упал — некрасиво, неправильно,в атакующем крикевывернув рот,то на всей земле не хватило мрамора,чтобы вырубить парняв полный рост!
1969
Иногда публикуется под названием "Баллада о маленьком человеке".
" Нахожусь ли "
Нахожусь ли в дальних краях,ненавижу или люблю —от большого, от главного я —четвертуйте — не отступлю.Расстреляйте — не изменюфлагу цвета крови моей…Эту веру я свято хранюдевять тысяч нелёгких дней.С первым вздохом, с первым глоткомматеринского молокаэта вера со мной. И покая с дорожным ветром знаком,и пока, не сгибаясь, хожупо не ставшей пухом земле,и пока я помню о зле,и пока с друзьями дружу,и пока не сгорел в огне,эта вера будет жива.Чтоб её уничтожить во мне,надо сердце убить сперва.
?
" Я жизнь люблю "
Я жизнь люблю безбожно!Хоть знаю наперёд,что рано или позднонастанет мой черёд.Я упаду на камнии, уходя во тьму,усталыми рукамиземлю обниму…Хочу, чтоб не поверили,узнав, друзья мои.Хочу, чтоб на мгновениеохрипли соловьи!Чтобы впадая в ярость,весна по свету шла…Хочу, чтоб ты смеялась!И счастлива была.
?
Коррида в Лиме
А бык играл с людьмив расцвеченном овале.Один из тех восьми,которых убивали…О, как прекрасна кровь,когда она —чужая!..Занятною игройорущих потешая,быкзлиться не хотел.А публика дурела!И бёдрами вертелпроворненький тореро.На пальчики вставал.Силён.Самоуверен.Бык недоумевал,Но притворялся зверем…Не сладко попадатьВ такую передрягу.Зачем ему бодатьзамызганную тряпку?!Чуть-чуть левей бы: — На!!На!! —если хочешь крови…Но у того — жена.А может, дажекроме —мальчишка.Карапуз.Рыданьями разбудят…И бык решился:пусть!Всё будет так, как будет.Сопящая гора.Накатится — раздавит.Он знал:идёт игра.Подразнят — и отстанут!Поэтому —щадил.Играл с людьми в охотку…Не сразу ощутилклинок, вошедший в холку…И на песок осел.В малиновую тьму.И прогуделсовсемпо-деревенски: "Му-у-у…"Он умирал,покахлестала кровь из ранына впалые бока…Убили…Рады?