Стихия
Шрифт:
Была практически полночь, но спать, разумеется, никому не хотелось. Парни осматривали вокзал и все вокруг него, что попадало в поле зрения.
— Ну, поехали, что ли? — спросил Богдан.
— Давайте пешком пойдем, погода отпадная, я не заблужусь, — предложила я. — И вы город посмотрите. Когда мы еще сможем вот так собраться у нас здесь?
— Когда еще раз поедем в археологический лагерь, — ухмыльнулся Ян.
— Вот, кстати, на даче у меня раскопки проведете. Когда вернусь, чтобы все было перекопано и прополото.
— Что-то я уже не рад… — пробормотал Сеня.
— Ладно, пойдемте. Надеюсь, полиция не проявит желание познакомиться с пятью молодыми туристами-археологами, разгуливающими ночью по всему городу.
— Да ладно, мы же с документами, трезвые и совершеннолетние, — сказал Данила и, посмотрев на меня, добавил:
— Ну, почти все.
Я картинно закатила глаза и вздохнула.
— Что, почти все трезвые? — решил уточнить Ян.
— Нет, почти все с документами, — откликнулась я.
Так мы и дошли до моего дома ближе к часу ночи. Надеюсь, ребята не возненавидели меня за пристрастие к пешим прогулкам. Рюкзаки у них вроде не слишком тяжелые…
— Здесь совсем ничего не изменилось, — заметил Богдан оглядываясь.
— Знаешь, ваш двор тоже остался точно таким же, — буркнула я в защиту своего двора.
— Да я же просто констатирую факт! — пояснил брат.
— Обычно констатируют смерть, — ни к селу ни к городу ляпнул Данила. Ян повернулся к нему.
— Давай я тебя сейчас законстатирую?
— Спасибо, обойдусь. Ну, мы во дворе, что ли, ночевать будем? — возмутился парень. Я улыбнулась.
— Идемте.
Расположившись сначала на кухне, решили попить чайку. В результате чаепитие растянулось до четырех утра, хотя никто не выпил больше одной чашки, а когда все ложились спать, уже давно рассвело. В это время труднее всего уснуть. К тому же, я боялась, что мне опять приснится этот дядька и начнет орать, а тут еще старая подруга жара никак не хотела нас покидать. Я снова взяла одеяло с подушкой и, тихонько прокравшись мимо спящих в зале Данилы и Яна, пробралась на балкон. Свежий воздух сделал свое дело, и я крепко уснула.
Когда проснулась, бодрствовал только Арсений.
— Ничего, что я тут похозяйничал? — невинно поинтересовался он, указывая на накрытый для завтрака стол. — Доброе утро.
— Доброе, — я улыбнулась и сладко зевнула. — Все нормально, молодец, что сориентировался. Давно проснулся?
— В восемь. Когда слишком поздно ложишься, почему-то рано встаешь, — философски изрек Сеня. Я недоверчиво усмехнулась.
— По-моему, на остальных это не действует.
Ближе к одиннадцати часам встали все, причем жутко голодные. Пришлось вздохнуть, поискать в квартире еду, запрячь в помощники пару ребят и готовить.
— Вы сегодня отправляетесь? — спросил Богдан, имея в виду, конечно же, Миртран. Я вздохнула.
— Должны как можно скорее, но, когда именно, понятия не имею. Надо Максиму позвонить, — сказала я и бросила брату телефон. — Номер там найдешь, — подсказала я, продолжая готовку. Богдан включил громкую связь, и в специфических паузе и гудках мы распознали переадресацию.
— Слушаю, — раздался милый женский голос. Я чуть не выронила сковороду и все равно обожглась. Что еще за девушка?! Очень захотелось сейчас кому-нибудь врезать этой самой сковородой. Мой мимолетный психоз заметил только Сеня, но, к счастью, ничего не сказал.
— А можно Макса к телефону? — вежливым тоном спросил Богдан.
— А кто его спрашивает? — осведомилась девушка. «Тебе какая разница?!» — мысленно орала я на нее. Богдан ненадолго задумался.
— Друзья из археологического лагеря, — ответил он, и все дружно усмехнулись. Все, кроме меня. «Давай уже отвали от телефона».
Девушка позвала Максима, и тот появился минуты через полторы. В квартире заблудился, что ли? Или он там гулял, а она его с балкона домой звала, как в детстве?
— Здорово, ребят, — раздался его голос, — как добрались? Давно?
— Отлично, в полночь приехали. Ну что, надо собраться?
— Ясное дело.
— Приходи ко мне, — я подала голос. — Захвати Эрику с Глебом.
— Нет проблем, скажи адрес, — потребовал Максим.
— Девятый этаж, квартира в правом отсеке с темно-фиолетовой дверью.
— А на домофоне так и будет написано, да? — язвительно заметил Макс. Неимоверно злясь от того, что он вечно оказывается прав, сквозь зубы проговорила номер квартиры.
— Ждем вас через двадцать минут, — напоследок бросила я и снова обожглась. Разложив еду по тарелкам, обессиленно плюхнулась на табуретку, мечтая о начале нового ледникового периода.
— Ты нас сегодня на дачу отправляешь? — спросил Данила, подозрительно разглядывая завтрак. Что он такого страшного нашел в омлете с ветчиной и помидорами?
— Если сегодня мы уйдем в Миртран, то да. Там недалеко есть магазин с продуктами и озеро, так что от голода или жары не умрете. Но постоянно будьте настороже, мало ли, вдруг папа приедет или миртранцы найдут.
— А когда он приезжает? — решил уточнить Сеня.
— Я сказал родителям, чтобы они его задержали на максимально долгое время, — вместо меня ответил Богдан. От разговора меня отвлек звонок лучшей подруги, и я с радостным воплем унеслась на балкон, болтая с ней без остановки вплоть до прихода друзей. Как же я по ней скучаю! Может, мы бы и дальше разговаривали, если бы ребята возмущенно не начали на меня орать. Пришлось прощаться с Дариной и топать на кухню.
— Что разорались-то? Не у себя дома, между прочим, — заметила я. — Привет, ребят.
— Между прочим, где-то сейчас идет война, а мы теряем время, — в тон мне ответил Ян.
— Если нам судьба его спасти, то мы его спасем. Что-то здесь тесно стало, перебирайтесь-ка в зал, — скомандовала я и покидала посуду в раковину. Друзья тут же развалились, кто где успел.
— Итак, — начала я, оглядев замершую в ожидании группу спасения, — слово предоставляется капитану команды Максиму!
Ян с Данилой усердно захлопали, но серьезный Макс не подхватил игру и растерянно почесал затылок.