Чтение онлайн

— Собственно говоря, тут особо нечего разглагольствовать. Мы отправимся в Миртран сегодня вечером, это уже точно. Вы четверо остаетесь здесь и должны быть готовы в любое время прийти на помощь. Родителей мы предупредили, что “заезд в лагере” длится около месяца и там часто пропадает связь, мы же типа будет вдали от цивилизации. Огромный багаж с собой брать бессмысленно, я даже не знаю, что нам там может пригодиться, — Максим развел руками.

— Одежду брать нужно только самую необходимую, — вмешалась Эрика, — еду… Ну, если совсем немного. Телефоны там ловить не будут, поэтому оставляем их вам на хранение. Следовательно, идем налегке.

Я подумала и решила все-таки взять с собой плеер. Слишком долго я жила без музыки и теперь хотела, чтобы она всюду была со мной, с ней и воевать не так страшно, наверное, станет. Вот бы где найти парочку ножей… Если стащу кухонные, папа заметит?

— Короче говоря, будем надеяться, что Грета и остальные после встречи обеспечат нас и едой, и одеждой, — заключил Глеб.

— А где Проход-то находится? — спросил Богдан.

— В старинном маяке. Мы там ни разу не были и понятия не имеем, как его открывать, но Грета уверяла, что сообразим. Хочется ей верить, — я попыталась улыбнуться. Глядя на друзей, хотела лишь одного: защитить их. Такие все молодые, полные энергии, веселые, необыкновенные — они заслуживают жить. Я боялась заводить новых друзей, потому что потом страшилась их потерять. Идиотская фобия, от которой я не могу избавиться и по-прежнему боюсь полюбить. Я украдкой посмотрела на Максима. Он что-то сосредоточенно объяснял ребятам, но я даже не пыталась прислушаться. Каждый раз, когда он рядом, со мной начинает твориться что-то безумное. Раз за разом огненный лед его глаз словно бензин в мое сердце вливает, и оно начинает работать лучше любого самолетного двигателя. Но я боюсь. Боюсь, что полюблю его больше собственной жизни, а потом эта самая жизнь заберет его у меня. Тогда мир для меня точно перестанет существовать. Ну что я за человек? Думала, что справлюсь, а сама два года потихоньку схожу с ума. Максим сказал, что нужно себя простить, но почему-то осуществить это не так легко, как сказать. Они же знают мою историю, неужели моя вина не очевидна? Наверняка никогда не перестану казнить себя, но, чтобы как-то искупить свою вину, хоть чуть-чуть, постараюсь защитить друзей. Таких молодых, веселых и необыкновенных.

— Ну, Ника, что скажешь? — посмотрел на меня Макс. Я вернула себе осмысленный взгляд. О чем он говорил-то?

— В общем, мы всех порвем, — сказала я первое, что пришло на ум. Глеб недоуменно на меня посмотрел и переглянулся с сестрой. Ян почесал затылок.

— А что, — проговорил он, — коротко и ясно. Главное, в тему.

Я уже догадалась, что выбрала не самую удачную фразу, но не спрашивать же, о чем они говорили! Скажут, совсем обнаглела и даже не слушала.

— Ладно, Ник, надо идти собираться и все такое, — Эрика встала со своего места и остановилась в дверном проеме зала. — Точно решили, что встретимся в пять вечера?

А мы договаривались на пять часов вечера, да? Я кивнула.

— Конечно. Я провожу, — я тоже встала и прошла в прихожую. Глеб с Максом отправились за мной, остальные остались на месте. Я прислонилась к косяку и стала наблюдать за тем, как Эрика поправляла макияж. Так, встречаемся мы в пять часов, а где? Черт, надо же было мне прослушать.

— До встречи на площади, — словно прочитав мои мысли, с усмешкой сказал Максим и, когда брат с сестрой уже вышли на площадку, добавил:

— А то мысленно ты уже явно в Миртране, раз все прослушала.

Раздраженно зыркнув на наглого брюнета, захлопнула дверь. Нет, ну вот он никогда промолчать не может! Как можно умудряться сочетать в себе какую-то невероятную серьезность и глубину с вечным желанием докопаться и выбесить? Это для баланса, что ли? Набрав в легкие побольше воздуха, я заставила себя успокоиться и вернулась в зал. Думала, что застану ребят в том же положении, в каком и оставила их, но они уже успели поудобней развалиться на диване и теперь смотрели какой-то боевик. Я поражаюсь им все больше.

— А вы времени зря не теряете, — усмехнулась я, поставив телефон на подзарядку.

— Мы решили, что лучше пожить еще денек обычной спокойной жизнью, чем сидеть, кусать локти и переживать из-за вашего скорого отъезда, — мудро изрек Данила. Да он чертовски прав.

— Ладно, любители обычной жизни, отдыхайте.

Я отправилась на кухню. Раз собирать вещи не нужно, займусь мойкой посуды ради убийства времени. К тому же, за таким медитативным занятием голова свободна для раздумий.

Несколько часов. У меня есть несколько часов, чтобы надышаться воздухом нашего мира, а потом мы уйдем. До сих пор окончательно не могу поверить во все происходящее. Какой Миртран, какая война? Нас четверо, ну ладно, восемь, а их тысячи, разве не бред? А может, это действительно бред, и я сейчас лежу в палате психиатрической больницы? Ну уж нет, они здесь, они реальные — мои друзья, мой прекрасный брат, Максим… Ага, оказывается, Макс уже не входит в раздел «мои друзья»? Куда же он тогда входит, скажите, пожалуйста? Раздела «любовь» в моем сознании все еще нет, его тщательно стерли страхи. Противно это признавать, но я совершенно запуталась. Мне бы сейчас сюда Дарину, свою драгоценную всепонимающую подругу. Рассказать бы ей и о магии, и о параллельном мире, и о дурацких странных чувствах. Но поздновато, Ника, осталось несколько часов, так что дыши местным воздухом, пока можешь.

Я усиленно пыталась представить себе Миртран. Что мы увидим, когда перешагнем из одного мира в другой? Крики, взрывы, дым, разорванную землю, кучу мертвых тел? Вдобавок к этому в голову настырно лезли образы средневековых рыцарей в доспехах с мечами и щитами на конях и драконах. Воздух пропитан боевой магией, дрожит земля, небо затянуто черными облаками… Да уж, насмотрелась фэнтези. А если нас выбросит прямо в эпицентр сражения? Надеюсь, я успею скоординироваться. Нашлем с Эрикой туман и успеем скрыться до того, как противник нас заметит и раздавит, ведь наша задача состоит в секретной миссии, а не в боях с вражескими войсками. Потом найдем Грету, и она познакомит нас со своим миром. На словах получалось проще некуда, а на деле вечно все происходит наоборот. Хоть я и уверена в своих силах и в своей Стихии, пессимистическая часть меня не переставала капать на мозг.

Вечер подкрадывался незаметно. В четыре часа спал самый убийственный жар, позволяя выйти на улицу, не боясь расплавиться. Я бродила по квартире, словно привидение, молча и бесшумно. Бросила в рюкзак бутылку минеральной воды, кое-какие максимально удобные и практичные вещи. Открыла шкатулку и достала подвеску: небольшой аквамарин на темно-сером шнурке — подарок моей матери. Она сказала, что он будет меня оберегать, когда подарила, и я не снимала его до самой трагедии. После случившегося я убрала камень в шкатулку, разозлившись на него за то, что он не смог уберечь меня от огромнейшей потери в жизни. Теперь же я разглядывала его с глухой тоской и крохотной частичкой надежды. Мама сказала, что он меня сбережет, значит, сбережет. Повесив аквамарин на шею, я задвинула шкатулку обратно, взяла рюкзак и вышла в прихожую. К моему удивлению, парни уже был готовы. Да когда они все успевают?

— Богдан, ты помнишь, где дача расположена? — спросила я, медленно завязывая шнурки, будто они враз потяжелели. Брат утвердительно кивнул.

— Не бойся, найдем. Сразу туда отправимся, только вас проводим.

«Проводим»! Как будто мы отдыхать в Миртран уезжаем в веселом плацкарте.

— Ладно, идемте, к пяти часам как раз до площади доберемся.

Друзья уже ждали нас на скамейке в тени деревьев. Для прохожих мы были просто молодежью, собравшейся в поход. Может быть, лет через сто люди узнают, что мы ушли спасать два параллельных мира. Но для того, чтобы они узнали, надо бы вернуться домой живыми и невредимыми.

Перекинувшись парой слов, все двинулись в сторону маяка. Напряжение, пронизывающее нас, разве что не искрило, но заставляло молчать и прокручивать в голове снова и снова жуткие предположения о том, что может нас ждать впереди.

Маяк, к счастью (или к сожалению), мирно стоял на том же месте в мрачном, пустынном районе. По-моему, люди здесь вообще редкость. Подойдя к маяку и осмотрев его со всех сторон, мы обнаружили лишь одну старую-престарую, но массивную дверь. Максим дернул за почерневшую ручку.

— Закрыто, — оповестил он всех. Ну, никто и не удивился.

— Значит, ее нужно открыть, — изрек Ян, для пущей убедительности подняв указательный палец вверх.

— Да ну? Никогда бы не догадалась, — с сарказмом заметила я. — Глеб, может, ты откроешь?

— Стойте, а без грубой силы никак не обойтись? — спросила гуманная Эрика. Ее брат покачал головой.

— Не будем терять времени, Рик. Я аккуратно.

Глеб приложил ладони к стене, и вокруг двери, по периметру, пошли трещины. Вскоре дверь стояла, привалившись к стене, а на ее месте гордо зияла большая прямоугольная арка.