Стихотворения
Шрифт:
Не нужны им тучи.
При луне, при луне, при луне
глаза любимых видно лучше,
видно лучше, видно лучше.
БАЛЛАДА О ТОМ КАК ЖЕНИЛСЯ КОВБОЙ
Когда-то я, друзья, мальчишкой
Рыжим был,
Купался как-то я в реке.
И хоть одежду я сложил невдалеке,
Но брюки кто-то утащил.
Мне стыдно голым среди дня
Идти домой.
Но выход я нашел простой:
И стал на дереве, чтоб время скоротать
Свое я имя вырезать.
Много лет протекло с этих пор,
И однажды
Я встретил красавицу гордую Лиззи.
Конечно влюбился,
Конечно на ней я женился
И в первую ночь я в спальню с ней
Удалился.
Но в спальне Лиззи, мой прелестнейший
Цветок
Вдруг челюсть достает, увы,
Наивен был я, но понять я все же смог,
Мешает челюсть ей в любви.
И кудри золотистые снимает вдруг
И череп голый предо мной.
Не видел в жизни я таких умелых рук,
Доволен я своей женой.
Из платья красотка
Вдруг ватные штуки добыла,
Что, честно признаться, меня слегка огорчило.
Но я улыбнулся, собравши последние силы,
Что делать мне было?
Но только ногу отвинтила вдруг она,
"Конец!" - когда я закричал.
И тут узнал на деревяшке письмена,
Что сам когда-то вырезал.
БАЛЛАДА О ТРАНСПОРТИРОВКЕ
Сестре Сердюковой В.В.,
нестарой и грубой вдове
поручили шизоида грустного Спицу
перевезти в другую больницу.
И дали бумагу, в которой Спица
представлен один в тринадцати лицах -
Кеннеди, Гоголь, Танеев, Капица,
Троцкий, Бах и другие лица.
И пероральпо ему на дорогу
дали всего понемногу:
две таблетки аминазина,
две таблетки тизерцина,
две таблетки димедрола
и сто миллиграмм корвалола,
чтобы маньяк параноидный Спица
(Кеннеди, Гоголь, Танеев, Капица,
Троцкий, Бах и другие лица)
не смог убежать, не смог удавиться.
Чтобы заснул он на время в пути
и к старенькой маме не смог уйти.
Приехала тачка в зеленых крестах,
Спицу связали во многих местах,
занесли в машину пластом
и сверху накрыли железным листом,
чтобы в дороге выкрасть не смог
свихнувший его диссидентский кружок.
Вдове Сердюковой В.В. в пути
вдруг захотелось с машины сойти,
чтоб посмотреть - на месте ли Спица
(Кеннеди, Гоголь, Танеев, Капица,
Троцкий, Бах и другие лица).
Нестарой вдове пришлось изумиться...
Задняя дверь распахнута лихо,
нет железа и нету психа...
Во сне по дороге выпали лица -
Кеннеди, Гоголь, Танеев, Капица,
Троцкий, Бах, а с ними и Спица.
Во сне об дорогу легко убиться...
И все тринадцать в образе психа
(мир их праху!) лежали тихо...
Сердюкову В.В. пожурили немного,
дали выговор, но не строгий.
Все хорошо, но в тринадцати лицах
(Кеннеди, Гоголь, Танеев, Капица,
Троцкий, Бах и другие лица)
маме спициной снится Спица.
1975
БЕЗОТЦОВЩИНА
Мама, что-то долго очень
Папа наш не едет.
Я к нему поеду ночью на велосипеде.
Постучусь к нему в окошко
И скажу: "Простите,
Что-то я замерз немножко,
Вы меня впустите".
"Дождь такой, что даже нервы
Просушить мне надо
Может, быть дадите мне вы
Плитку шоколада.
Даже можете на терке
Натереть морковки.
А "четверки" и "пятерки"
Все в командировке".
Он тогда меня узнает,
Скажет: "Здравствуй, Вовка!
Будешь жить со мной до мая
Ты в командировке.
Есть кино. Вместо обеда
Будем пить мы соки".
Я верхом на нем проеду -
Он у нас высокий.
Мама, что-то долго очень
Папа наш не едет.
Я к нему поеду ночью
На велосипеде.
БЕСЕДА В РИТМЕ ВАЛЬСА
У мягкой и ласковой девушки Лены,
На киноактрису похожей немножко,
На ласковых кино- и фотоколенях
Сидела мурлыча соседская кошка.
А Лена, беседуя с грубым мужчиной,
Незваным и очень невежливым гостем,
Тихонечко гладила кошкину спину
И думала, думала: "Вот в стенке гвоздик".
А грубый мужчина ходил по квартире
И все объяснял он, что есть дважды два,
Которые вовсе не пять, а четыре,
И что на плечах - лишь одна голова.
А Лена была терпелива на диво,
Почти что настолько, насколько красива,
И по носу кошки мизинцем водила,
И очень печально и тихо спросила:
"Скажите, а есть ли такие трамваи,
Которые прямо въезжают в квартиры,
Чтоб сели в них гости, одна голова и
С ней заодно дважды два и четыре".
БЕСКОНЕЧНЫЕ ДОРОГИ
Дороги, столбов телеграфных кресты,
и холод и затхлость гостиниц,
и бездорожье российской версты,
и черствый буфетный гостинец,
и высокомерье столичных чинуш,
и провинциальное хамство,
и сплетни, и слухи и честную чушь
терпи с благородным упрямством.