Молчит сомнительно Восток,Повсюду чуткое молчанье…Что это? Сон иль ожиданье,И близок день или далек?Чуть-чуть белеет темя гор,Еще в тумане лес и долы,Спят города и дремлют селы,Но к небу подымите взор…Смотрите: полоса видна,И, словно скрытной страстью рдея,Она все ярче, все живее —Вся разгорается она —Еще минута, и во всейНеизмеримости эфирнойРаздастся благовест всемирныйПобедных солнечных лучей.
Вот бреду я вдоль большой дорогиВ тихом свете гаснущего дня…Тяжело мне, замирают ноги…Друг мой милый, видишь ли меня?Все темней, темнее над землею —Улетел последний отблеск дня…Вот тот мир, где жили мы с тобою,Ангел мой, ты видишь ли меня?Завтра день молитвы и печали,Завтра память рокового дня…Ангел мой, где б души ни витали,Ангел мой, ты видишь ли меня?
43
4 августа 1864 г. – день смерти Е. А. Денисьевой.
3 августа 1865
По дороге из Москвы в Овстуг
* * *
Как неожиданно и ярко,На влажной неба синеве,Воздушная воздвиглась аркаВ своем минутном торжестве!Один конец в леса вонзила,Другим за облака ушла —Она полнеба обхватилаИ в высоте изнемогла.О, в этом радужном виденьеКакая нега для очей!Оно дано нам на мгновенье,Лови его – лови скорей!Смотри – оно уж побледнело,Еще минута, две – и что ж?Ушло, как то уйдет всецело,Чем ты и дышишь и живешь.
5 августа 1865
Рославль
* * *
Ночное небо так угрюмо,Заволокло со всех сторон.То не угроза и не дума,То вялый, безотрадный сон.Одни зарницы огневые,Воспламеняясь чередой,Как демоны глухонемые,Ведут беседу меж собой.Как по условленному знаку,Вдруг неба вспыхнет полоса,И быстро выступят из мракуПоля и дальние леса.И вот опять все потемнело,Все стихло в чуткой темноте —Как бы таинственное делоРешалось там – на высоте.
18 августа 1865
Овстуг
23 ноября 1865
Нет дня, чтобы душа не ныла,Не изнывала б о былом,Искала слов, не находила,И сохла, сохла с каждым днем, —Как тот, кто жгучею тоскоюТомился по краю родномИ вдруг узнал бы, что волноюОн схоронен на дне морском.
23 ноября 1865
* * *
Как ни бесилося злоречье,Как ни трудилося над ней,Но этих глаз чистосердечье —Оно всех демонов сильней.Все в ней так искренно и мило,Так все движенья хороши;Ничто лазури не смутилоЕе безоблачной души.К ней и пылинка не присталаОт глупых сплетней, злых речей;И даже клевета не смялаВоздушный шелк ее кудрей.
21 декабря 1865
Петербург
Графине А. Д. Блудовой
Как жизнь ни сделалась скуднее,Как ни пришлось нам уяснитьТо, что нам с каждым днем яснее,Что пережить – не значит жить, —Во имя милого былого,Во имя вашего отцаДадим же мы друг другу слово:Не изменяться до конца.
1 марта 1866
* * *
Так! Он спасен – иначе быть не может!И чувство радости по Руси разлилось…Но посреди молитв, средь благодарных слез,Мысль неотступная невольно сердце гложет:Все этим выстрелом, все в нас оскорблено!И оскорблению как будто нет исхода:Легло, увы! легло позорное пятноНа всю историю Российского народа!
4 апреля 1866
* * *
Когда сочувственно на наше словоОдна душа отозвалась —Не нужно нам возмездия иного,Довольно с нас, довольно с нас…
12 апреля 1866
Князю Суворову
Два разнородные стремленьяВ себе соединяешь ты:Юродство без душеспасеньяИ шутовство без остроты.Сама природа, знать, хотелаТебя устроить и обречьНа безответственное дело,На безнаказанную речь.
Апрель 1866
* * *
И в Божьем мире то ж бывает,И в мае снег идет порой,А все ж Весна не унываетИ говорит: «Черед за мной!..»Бессильна, как она ни злися,Несвоевременная дурь, —Метели, вьюги улеглися,Уж близко время летних бурь.
11 мая 1866
* * *
Когда расстроенный кредитНе бьется кое-как,А просто на мели сидит,Сидит себе как рак, —Кто ж тут спасет, кто пособит?Ну кто ж, коль не моряк.
3 июня 1866
* * *
Тихо в озере струитсяОтблеск кровель золотых,Много в озеро глядитсяДостославностей былых.Жизнь играет, солнце греет,Но под нею и под нимЗдесь былое чудно веетОбаянием своим.Солнце светит золотое,Блещут озера струи…Здесь великое былоеСловно дышит в забытьи;Дремлет сладко, беззаботно,Не смущая дивных сновИ тревогой мимолетнойЛебединых голосов…
Июль 1866
Царское Село
* * *
На гробовой его покров…Мы, вместо всех венков, кладем слова простые:Не много было б у него врагов,Когда бы не твои, Россия.
2 сентября 1866
* * *
Когда дряхлеющие силыНам начинают изменятьИ мы должны, как старожилы,Пришельцам новым место дать, —Спаси тогда нас, добрый гений,От малодушных укоризн,От клеветы, от озлобленийНа изменяющую жизнь;От чувства затаенной злостиНа обновляющийся мир,Где новые садятся гостиЗа уготованный им пир;От желчи горького сознанья,Что нас поток уж не несетИ что другие есть призванья,Другие вызваны вперед;Ото всего, что тем задорней,Чем глубже крылось с давних пор, —И старческой любви позорнейСварливый старческий задор.