Чтение онлайн

– Значит, отказываетесь?

– Снимать вашу сестру? Да.

– Даже при условии денег на двести серий?

– Да, – уверенно ответил Волк, – простите, ангел, вы обратились не по адресу.

– Интересное дело, а как же Мила Звонарева?

– Что такое? – вздернул косматые брови Никита.

– Вы же с ней работали?

– Конечно, – кивнул мэтр, – какая трагедия! Погибнуть в зените славы, не реализовав в полной мере данный Господом талант! Эта ситуация ждет своего Эсхила [13] или Софокла [14] ! Говорят, муж убил бедную детку в порыве ревности.

– Значит, Милу снимали, – упорно гнула я свою линию, – ради Звонаревой вы поступились принципами.

– Какими? – заморгал Волк.

– Не иметь дел с профанами.

Никита воздел руки к потолку.

– О чем вы! Людмилочка талант, она почти гений, к тому же работоспособна… была. Увы, была!

– Карьера Милы началась с сериала «Стужа».

– Верно.

– Ваша работа?

– Да, я получил за нее престижную премию, – не упустил возможности похвастаться Никита. – Первые две серии народ воспринял вяло, зато после! Людмила бесподобно сыграла Марию, тонко, с нервом, она…

– До «Стужи» Мила была малоизвестной, никому не нужной актрисой, отчего вы изменили своим принципам и связались с женщиной не первой свежести, совершенно не замеченной никем из других постановщиков?

Никита захлопнул рот.

– Только не говорите про найденное случайно в базе фото Звонаревой, – предостерегла я его, – сейчас-то вы даже не захотели разговаривать об Оксане, а ведь у нее с Милой совершенно одинаковая стартовая позиция!

Волк уставился в окно.

– Я не подошла вам в качестве спонсора? Мои деньги плохо не пахнут, они честные.

– Деточка, как вы могли подумать такое! У вас вид ангела, случайно спустившегося на землю.

– Спасибо за комплимент, вернемся к Звонаревой. Кстати, кто дал денег на «Стужу»?

– Э… не помню!

– Да ну?

– Не в том смысле!

– А в каком?

– Спонсор пожелал остаться неизвестным, мне просто перевели сумму на счет.

– С условием, что снимите Милу?

– Да! То есть нет, – начал выкручиваться Волк, – я имел в виду совсем другое. Сам захотел снять Звонареву, она пронзила мою душу удивительным взглядом и волнующим голосом.

– Разве фото могут болтать? Вы же уверяете всех, что приняли решение, только посмотрев на снимок, так откуда сведения про тембр голоса? – ядовито поинтересовалась я.

Целый час я пыталась «расколоть» Волка, но режиссер, словно намыленный уж, выскальзывал из рук.

Потом он хлопнул себя ладонью по лбу.

– Господи, ангел небесный! Совсем забыл, меня же Андрей Семенович ждет! Как же я так запамятовал. Лена, Лена! Куда подевалась!

За дверью кабинета послышался шорох и быстрый, тихий разговор.

– Подвиньтесь, Илья Никитович.

– Куда прешь, дура-баба!

– Меня хозяин зовет.

– Это еще не повод, чтобы остальных людей с ног сшибать.

– Да пустите, тороплюся!

– Не фига, подождет, не барин.

Никита нахмурился, потом решительным шагом подошел к двери, распахнул ее и велел:

– Елена! Сколько тебя звать можно?

– Так Илья Никитович…

– Замолчи и проводи гостью, она спешит, – велел хозяин.

– Вовсе нет, – быстро ответила я, – я совершенно свободна, мы еще не договорили.

– Увы, душенька, у меня назначена встреча с очень важным человеком, готовым дать денег на проект.

– Так я тоже не с пустыми руками пришла!

– Ваши условия неприемлемы!

– Мила Звонарева…

– Она умерла, – перебил меня Волк и протянул руку. – Прошу!

Я машинально пожала повисшую перед носом длань и в ту же секунду оказалась выхваченой из кресла и дотащенной до выхода.

– Прощайте, ангел, – улыбался Волк.

Я попыталась сопротивляться, но уже давно не молодой режиссер обладал просто чудовищной силой. И куда было деваться? Пришлось признать полное поражение и спуститься во двор. Сами понимаете, в каком настроении я оказалась около «Пежо». Садится за руль совершенно не хотелось, оглядевшись по сторонам, я увидела небольшое кафе и решительно направилась в его сторону.

– Мадам, – послышался за спиной сиплый бас, – мадам! Остановитесь. Вас зову! Ау! Куда летите!

Я обернулась, ко мне торопился обрюзглый дядька неопределенного возраста. Красавцу можно было дать от тридцати до шестидесяти, в его темно-каштановых волосах не блестело ни одного седого волоса, но уголки рта съехали вниз, а на переносице виднелись две глубокие морщины.

Одет незнакомец был с деревенской кокетливостью. Широкие брюки, ботинки на высокой подметке, темно-красная короткая курточка, на шее шелковый платочек цвета фуксии. Впрочем, тужурочка была расстегнута, объемистый живот «Аполлона» не желал умещаться в прикиде тинейджера.

– Экая вы, несетесь, словно трамвай, – укорил незнакомец, распространяя сильный запах мятной жвачки.

Я отметила опухшие веки, красные белки, слегка выцветшую радужку глаз и поняла – передо мной хронический алкоголик, изо всех сил пытающийся казаться нормальным человеком.

– Что вам нужно? – резко спросила я.

Мужик улыбнулся.

– Нужно вам.

– Мне? От вас? Поверьте, ничего!

– Хотели снять сестру в сериале? – продолжал демонстрировать хорошо сделанные протезы незнакомец.

Я моргнула, значит, это Илья, неудачный сын режиссера Никиты Волка.

– Могу вам помочь, – закашлял алкоголик, – за небольшой процент.

– Что вы имеете в виду? – осторожно поинтересовалась я.

– Даете мне десять тысяч баксов, – алчно воскликнул пропойца, – а за это получите услугу.

– Интересно, какую?

– Сведу вас с Никитой Михалковым. По рукам?

Я не выдержала и засмеялась.

– Насколько знаю, он не снимает сериалы.

– Хорошо, – моментально пошел на попятную Илья, – есть возможность за те же бабки отвести вас к Сергею Козлову и Игорю Толстунову, они кучу всего выпускают. Начну перечислять – упадете! Лучшие сериалы – их!

– Спасибо, не надо.

– Всего десять кусков.

– Благодарю, не стоит утруждать себя.

– Девять.

Я повернулась и пошла к кафе.