Чтение онлайн

– Ну, полежать-то хоть вместе можно? – тоном обиженного подростка хнычу я ей на ухо. – Я не могу нормально спать, когда на меня никто не закидывает ногу.

– Ладно, пошли. Полежим. Только обещай мне, что не будешь лапать.

Тяжко вздыхаю.

– Обещаю.

Ложимся в кровать. Чтобы отвлечь свои руки от лапания, распускаю и начинаю переплетать ее косу. Женушка эротично забрасывает на меня свою ножку. Это движение опять будоражит меня, и я какое-то время усилием воли утихомириваю свое взбунтовавшееся тело. Утыкаюсь носом в подушку, стискиваю зубы, сжимаю и разжимаю кулаки. Потом внезапно вспоминаю о своих подозрениях и решаю расспросить обо всем Зою. Знаю, что мне она не сможет соврать. Слишком простодушна.

– Я вижу, вы постоянно с мамой о чем-то шепчетесь, – захожу издалека. – Я рад, что вы с ней нашли общий язык.

На самом деле совсем я этому не рад. Нутром чую, что там созревает целый заговор против меня. И мама – мозговой центр.

– Твоя мама совершенно необыкновенный человек, – открыто улыбается Зоя. – С ума сойти, твой дед – прямой потомок грузинских князей, а твоя мама – настоящая грузинская княжна! Такая красивая, такая умная, в ней столько врожденного благородства! Я покорена твоей мамой. Надеюсь, смогу от нее хоть чему-то научиться.

– После свадьбы свожу тебя в соседнее селение, покажу развалины княжеского замка, – отвлекаюсь я. – Там очень красиво. Вообще здесь есть много красивых мест, которые я люблю с детства. Я очень хочу показать их тебе. Только чтобы мы были только вдвоем. Помнишь, я обещал встретить с тобой рассвет в горах?

Говорю, и сам себя останавливаю. Мама. Я хотел спросить про маму.

– Так чему ты собираешься у нее учиться? – опять возвращаюсь к основной теме разговора.

– Ну, например, изящно и со вкусом одеваться, – улыбаясь, перечисляет Зоя. – Рукодельничать. Постоянно развиваться как личности. Уметь быть интересной и загадочной…

– … для собственного мужа. Блть, так я и знал, – в сердцах ругаюсь я. – Зоя, очень тебя прошу – не ведись на ее дешевые манипулятивные приемчики. Как только я увидел, что она взяла тебя в оборот, сразу подумал, что она будет пытаться тебя переделать. Я люблю тебя такую, какая ты есть, Заяц.

– Я знаю, что ты меня любишь, Гоша, – улыбается мне в ответ Зоя. – И я тоже тебя люблю. Но я ведь понимаю, что простовата на твоем фоне. Ты такой классный: ты красивый, харизматичный, активный, с интересной профессией, обаятельный, на тебя обращают внимание женщины. А я…

– Стоп, это что еще за бред? Это тебе такие вещи моя мама внушила?! – я прихожу в ужас.

– Да нет же. Я же не слепая, все сама вижу. Вы с ней и с Катей аристократы. А я слишком обычная.

– Зоя, тебе противопоказано общение с моей родней, – хватаюсь я за голову. – Ты не слишком обычная, а слишком впечатлительная. Так нельзя. Учись критически относиться к окружающим. Посмотри на моих бабушку и деда. Они тоже княжеского рода, но в них нет ни капли рисовки. Они простые люди, всю жизнь проработавшие на земле. Значит, мама сказала тебе, что тебе нужно развиваться? Чтобы быть интересной собственному мужу?

– Чтобы поддерживать твой интерес. Твоя мама прожила с твоим папой тридцать шесть лет. Такое постоянство заслуживает уважения. Я тоже хочу прожить с тобой как можно дольше. Для этого…

– Для этого достаточно родить мне ребенка, Заяц, – обнимаю ее.

– Я хочу успеть подать документы в ВУЗ, – гнет свою линию Зоя. – Если мы до конца июля вернемся в Москву, я с сентября смогу пойти учиться. Ты мне обещал. Хочу получить высшее образование.

– Я тебе обещал учебу в ВУЗе, если ты забеременеешь.

Сразу смягчается. Улыбается мне.

– Гоша, я же не против. Давай сразу после венчания начнем пытаться. Я очень хочу от тебя маленького. Но только и документы в ВУЗ я хочу подать.

– Я согласен, Заяц. На пару дней еще здесь задержимся, и вернемся домой. Я ужас как соскучился по уединению с тобой. Никогда не думал, что буду так сильно плеваться от своих родственников.

Мы с улыбкой смотрим друг на друга, прикасаемся пальцами к губам друг друга.

– Значит, мама поддержала твою идею учиться в институте, – опять возвращаюсь я к интересующей меня теме.

– Да, она мне сказала, что там у меня появятся интересные друзья, я стану уверенней в себе, буду общаться с мужчинами, наберусь опыта…

Я кубарем скатился с кровати и побежал к двери.

– Мама!!! – завопил на весь спящий дом.

– Опыта общения! Опыта общения, Гоша! Ты все не так понял!!!

А дальше был скандал.

Зоя Павловна

На следующее утро после венчания и, соответственно, очередной нашей «первой» брачной ночи, Гоша будит меня затемно и везет в горы. Позади остаются мирно спящие гости и родственники, столы на улице под крытыми тентами.

Машину мы бросаем у начала узкой тропинки, ведущей куда-то ввысь. Гоша ведет меня за руку вверх. Мне холодно и немного страшно, я цепляюсь за мужа и смотрю себе строго под ноги, чтобы не испугаться высоты и не запаниковать. Обращаю внимание, что всюду растут красивые цветы, но, пока солнца нет, они еще закрыты.

Лезем мы долго, но вот подъем резко заканчивается, и мы оказываемся на вершине. Здесь, на возвышенности, довольно большая площадка, с которой отлично просматриваются окрестности: ущелье и река, несколько небольших селений, прилипших к склонам гор, старинная каменная церковь с окнами-бойницами, в которой мы вчера дали клятву перед Богом и людьми принадлежать друг другу. Из-за соседней горы, поросшей деревьями, расползается по небу розово-золотое утреннее зарево. Дальше, за деревьями, встают уже другие горы, с заснеженными вершинами и шапками облаков на изголовье.

– Гоша, как здесь красиво, – выдыхаю. Жмусь к любимому. Гляжу во все глаза, стараясь охватить всю окружающую меня красоту и запечатлеть ее в моей памяти.

Гоша подталкивает меня к старой деревянной скамейке, непонятно как оказавшейся здесь, на вершине горы.

– Садись. Эту скамейку поставил здесь мой дед. На ней влюбленные вырезают свои инициалы. Это традиция. Смотри, это инициалы моих родителей, – нежно прикасается кончиками пальцев к буквам. – До нее здесь стояла скамейка, которую поставил мой прадед. А вон там развалины замка, про которые я тебе рассказывал. Видишь?

Гоша достает перочинный ножик, аккуратно вырезает на внешней стороне спинки наши инициалы и дату. Потом заботливо кутает меня в куртку, пониже нахлобучивает шапку – ночью и утром в предгорьях холодно. Садится рядом, обнимает меня, прижимает к себе. Ловлю на себе его пристальный, завораживающий взгляд. Думала ли я, гадала ли, что ночью тридцать первого декабря найду в нашем поселке в сугробе свою судьбу?

– Я тебя люблю, Гоша, – тихо говорю ему.

– Я тоже тебя люблю, жена, – сегодня он необычайно серьезен, не улыбается мне. Трется носом об мой холодный нос. И начинает рукой показывать мне отдельные дома и детали пейзажа, рассказывая историю этого края и своей семьи. Я слушаю его и думаю о том, что сегодня ночью мы, очень надеюсь, зачали с ним нашего первого ребенка. И когда-нибудь мы приведем его с собой на эту скамейку.