Чтение онлайн

63. Когда ты забеременеешь, ты узнаешь, как звучит по-грузински «Я очень сильно тебя люблю».

64. Если ты забеременеешь от меня один раз, велика вероятность, что у нас будет куча детей. Потому что я думаю, что на одном мы не остановимся.

65. Когда наши дети будут хулиганить или плохо вести, ты всегда можешь мне высказать: «Вот, это ты хотел, чтобы я их родила, вот теперь иди и разбирайся с ними!»

66. Если ты забеременеешь, то я буду каждый день целовать тебе руки так, как ты это любишь.

67. Если ты не найдешь общего языка с моей сестрой или мамой, я не особо огорчусь и не буду тебя ругать. Буду защищать тебя от них.

68. Когда тебе захочется обозвать меня нехорошими словами, ты всегда сможешь позвонить моим маме и сестре и перетереть мне косточки. Они всегда тебя поддержат. В возможных конфликтах между тобой и мной они всегда примут твою сторону.

69. Ты всегда будешь умнее и образованней меня. Ты закончишь вуз, а я уже его точно не закончу. Никакой и никогда.

70. Ты мне нравишься такая, какая есть. Никогда не буду тебя пытаться переделать.

71. Пока ты будешь беременная, всегда буду делать тебе массаж ног, чтобы ты не уставала.

72. Когда ты забеременеешь, мы отметим это событие танцами на берегу океана. Ты умеешь танцевать? Я умею!

73. Забеременев от меня, ты подаришь мне новый смысл жизни. Старые у меня как-то внезапно все закончились. Поможешь мне успешно преодолеть кризис среднего возраста. Поверь, я никогда не забуду, что это сделала именно ты».

Не хочу выбирать и покупать подарки одной. Хочу дождаться Гошу. Хоть всю ночь готова его дожидаться. Хочу купить вместе с ним подарки его сестре, которая подарила мне минанкари, и маме, которая передала мне привет. Уже выбрала, что куплю любимому. Теплые вязаные шарф и варежки. С оленями и снежинками. Чтобы грели его в самые холодные дни.

А пока, чтобы убить этот длинный и пустой день, решаю убраться в квартире. Должна же от моего присутствия в квартире быть хоть какая-то польза. На кухне после готовки Гоша всегда наводит порядок сам, меня не допускает. «Это профессиональная привычка, кыш отсюда», – доходчиво объяснил он мне. Иногда мне милостиво разрешается после наших совместных трапез вымыть посуду. У Гоши есть посудомойка, но мы с ним любим обедать и ужинать на глиняной посуде ручной работы, которую нельзя в ней мыть.

А еще у Гоши есть моющий робот-пылесос, домашнее животное, которое бесшумно подкрадывается к моим ногам сзади, тыкается в них и пугает меня. Благодаря его отличной работе, мы ходим с Гошей по квартире босиком.

Но ведь остаются еще ванная и туалет! И пыль на горизонтальных поверхностях! И окна! И занавески можно постирать! После нескольких дней прогулок, любви и ничегонеделания руки нестерпимо чешутся замутить генеральную уборку. Гоша придет домой в три часа ночи и обалдеет! Пусть знает, что я не какая-нибудь белоручка или светская барышня, я по хозяйству шуршать умею и люблю. На самом деле я и готовить умею. Даже заикнулась об этом Гоше, но он насмешливо посмотрел на меня и ласково сказал: «Заяц, я тебе верю. Когда мне надоест готовить, тогда подхватишь эстафету. И придется уже тебе приносить мне завтрак в постель. А пока мне не надоело, расслабься и получай удовольствие!» Вот такой он, мой Гоша. И как его можно не любить?

Натягиваю свой неизменный спортивный костюм, косу закручиваю на затылке в огромную шишку, чтобы не мешалась, и сверху еще и косынкой затягиваю для устойчивости конструкции. С удовольствием оглядываю себя. Подумав, делаю несколько гламурных селфи, вытянув губы дудочкой. Со средством для мытья унитазов в одной руке и шваброй, найденной в кладовке, в другой. Отправляю фото Гоше – пусть полюбуется, какая я у него деловая колбаса и вообще красотка.

Уборка в ванной в самом разгаре, когда в дверь звонят. Сердце радостно ёкает: может, в ресторане Гошу кем-то заменили, и у него получилось вырваться домой? Даже не сняв с рук перчаток, несусь к входной двери и открываю ее. И тут же понимаю, что совершила фатальную ошибку.

На пороге стоит молодая девица модельной внешности. Очень красивая. Очень стильная. Смотрит на меня недоуменно.

– Ты кто? – спрашивает невежливо.

Я опускаю глаза на ее ноги. Тридцать шестой-тридцать седьмой размер. Все ясно. Владелица красных ботинок, по совместительству Гошина бывшая, заявилась по мою душу. А я, идиотка, даже не посмотрела в глазок, прежде чем открыть дверь.

– Ааа, понятно, ты новая уборщица Гоги, – глядя на мои руки в перчатках, надменно говорит девица и решительно заходит в квартиру. По пути больно бортанув меня плечом.

До слез не хочу выяснения отношений, поэтому готова на все, даже временно побыть уборщицей. На лице у незваной гостьи застыло злое, решительное выражение. Она пришла сюда не с миром, это понятно. Если я буду молчать и отвечать на вопросы односложно, может, у меня получится спровадить ее без скандала.

Маргарита разувается, скидывает модный полушубок и заглядывает в гостиную, потом в спальню. Поняв, что в комнатах никого нет, идет на кухню. Включает свет, привычным движением открывает бар и достает оттуда бутылку с янтарной жидкостью. Видно, что отлично осведомлена, где на кухне что находится. Наливает себе почти полный стакан. Я стаю на пороге и таращусь на нее. Внутри меня все дрожит противной дрожью. Я не должна ревновать, но ничего не могу с собой поделать. Она спала с моим Гошей.

– Где Гоги? – спрашивает меня девица, одним глотком отпив сразу полстакана. Нет, без скандала вряд ли получится.

Она красивая, очень красивая. Яркая белокурая красотка. И очень молодая, это видно по шее и по нежной коже зоны декольте. Моложе меня лет на десять.

Но это же было до меня. А потом Гоша выкинул ее вещи на помойку и сказал, что меня любит.

Беру себя в руки. Ну уж нет, ни на ту напала! Одариваю ее дерзким взглядом. Что я, с бухой фифой не справлюсь? Да я килограмм на двадцать, а то и на все двадцать пять ее тяжелее! Если начнет скандалить, вытолкаю за дверь силой, еще и по лестнице спущу. Она Гошу из машины на зимней трассе выкинула, и я не буду с ней церемониться.

Я злюсь, очень сильно злюсь. Но внешне держусь спокойно.

Девица неожиданно начинает противно хихикать. Господи, да она сюда заявилась уже навеселе.

– Что пялишься? Нравлюсь? Хозяин квартиры, говорю, где? Ты глухонемая или просто недоразвитая? – издевается она.

– Георгий Иванович на работе, – сухо отвечаю я.

– Что так? А как же отпуск? Придет, конечно, теперь только ночью?

– Именно так.

– Тебя как зовут?

Так я тебе и сказала, сучка крашена.

– А вы, собственно говоря, кто? – вместо ответа начинаю я наступать на Марго. – Мне Георгий Иванович запретил кого-либо пускать в квартиру!

– Эй, ты, полегче! А я, собственно говоря, это я! – кривляясь, передразнивает меня веселенькая Марго. – Не хочешь говорить, как зовут, буду тебя звать Золушкой. Слушай, Золушка, мне нужны мои вещи. Я тут жила. Дай мне осмотреть комнату и кое-что забрать, и я тут же исчезну, обещаю.

– Ваши вещи Георгий Иванович лично собрал в мусорный пакет и вынес в мусорный контейнер, – злорадно говорю я ей. – И ботинки тоже. Я сама видела.