Стопы благовестника
Шрифт:
Одесские неустройства и торжества в Таврической губернии
— Вы совращаете православных, а совращаемые упоминают Ваше имя на исповеди духовным лицам. Мы не допустим этого, — следовали категоричные предупреждения из государственных учреждений.
В середине апреля Василия Гурьевича пригласили на юбилейные торжества в село Астраханку Таврической губернии. Павлов бывал в этой местности в восьмидесятые годы прошлого столетия. Глухая часть Крымского полуострова называлась Молочные Воды и сюда в начале девятнадцатого века административным порядком и добровольно переселились духоборы и молокане. Духоборы продержались здесь недолго, начальство переместило их в Закавказье. Молоканские общины представляли собой разнородные группы, отличающиеся друг от друга по обрядам и происхождению. В Таврию неправославных переселенцев судьба забросила из Владимирской, Тамбовской губерний и области Войска Донского. Они принесли с собой местный народный говор, специфические религиозные традиции. Тамбовские молокане долго практиковали общее лобзание во время богослужебных собраний, а Владимирские начисто отвергали это установление. А молокане донского толка строго держались двух церковных обрядов: крещения и причастия. Они подходили к этим священнодействиям с точки зрения православного богословия, утверждая, что акт крещения сообщает силу для духовного возрождения, а причастие есть таинство пресуществления хлеба и вина в Тело и Кровь Христа. Евангельскую проповедь здешние молокане впервые услышали из уст сириянина Якова Делякова. Воспитанный американскими миссионерами в духе протестантов-реформаторов, он признавал крещение младенцев, но учил, что этот обряд сам по себе не возрождает душу, что в святой вечере мы воспринимаем Тело и Кровь Христову духовно и уверенность в прощении грехов человек обретает через веру и искреннее покаяние. Беседы Делякова заставили некоторых молокан пересмотреть свои убеждения. Семена, посеянные Деляковым, усердно взращивал баптистский проповедник Александр Феодосьевич Сторо-жев и к новому взгляду на Евангелие пришел сын пресвитера молокан донского толка Александр Андреевич Стоялов. Со временем баптистские воззрения принял и его отец, в результате молитвенных размышлений о целесообразности причащения младенцев. Он согласился с тем, что хлебопреломление и крещение предназначены для сознательно уверовавших. По приглашению отца и сына Стойловых с проповедью Евангелия на Молочные Воды из Тифлиса приезжал Павлов. Василий Гурьевич проводил собеседования среди молокан в Нововасильевке и Астраханке. Воронин, Богданов и Скороходов, навестившие тавричан впоследствии, преподали водное крещение нескольким душам, перешедшим из молоканства в баптизм под влиянием духовных общений с Василием Гурьевичем. Стояловы, как одни из активных проповедников Евангелия, испили страдальческую чашу. Отец по приговору суда был направлен в арестантские роты, откуда вернулся с подорванным здоровьем и прожил недолго. Сына осудили на поселение в Туруханский край, там в невыносимых условиях он вскоре и закончил свое земное странствование. Избежал жестоких гонений в то время только Федор Прохорович Балихин, пресвитер общины села Астраханки, рукоположенный в 1886 году Иоганном Вилером. В апреле 1911 года Астраханская община отмечала двойной юбилей: тридцатилетие образования и двадцатилетие пресвитерского служения Балихина. Когда Федор Прохорович подал уведомление Таврическому губернатору о предстоящих торжественных собраниях, от Правления губернии последовал строгий указ, в котором говорилось, что празднование всяких юбилеев запрещается, закон не разрешает устраивать в молитвенных домах "чай и закуски", можно дозволить только богослужение. К началу утреннего богослужения в баптистскую церковь прибыл отряд стражников, возглавляемый приставом и урядником. Возвышаясь неприступной стеной над молящимися, они зорко всматривались в проповедников, выискивая взглядами приезжих из других городов. Юбиляра поздравил семидесятишестилетний старец Зиновий Данилович Захаров, отметив, что Балихин и его община умели жить в мире с верующими различных течений, что является знаком присутствия благодати Божией.— Ты же, человек Божий, преуспевай в правде, благочестии, вере, любви, терпении, кротости, — прочитал из Вечной Книги пожелание Балихину Захаров. — Подвизайся добрым подвигом веры, держись вечной жизни…
Василий Романович Колодин от имени Нововасильевской общины вручил в подарок Балихину большую Библию с золотым тиснением. Василию Гурьевичу предоставили слово в заключение.— Наш дорогой брат Федор Прохорович и все мы знаем о том, как пророк Самуил после чудесной победы, дарованной Израилю над филистимлянами, воздвиг камень-памятник "Авен-Езер", что значит: "до сего места помог нам Господь", — сказал Павлов. — Такой памятник ставили здесь Господу все, кто вкладывал свою лепту в основание общин, кто отстаивал принципы Евангелия: оправдание верой, уверенность в личном спасении, духовность церкви. Вера христиан подобна кораблю, если потеряют упование на Господа, то погибнут…
На обед все расселись под шатром во дворе молитвенного дома.— Вы нарушаете закон! — угрожающе говорил пристав, важно шествуя вдоль длинных столов. — Прием пищи запрещен в богослужебных местах.
— Дворовая территория принадлежит лично мне, я волен делать, что хочу, —– объяснял Балихин.
Мелкие стычки с властями не омрачили праздника. Ободренные Словом Божиим, пережив радость общения, верующие с хорошим настроением разъезжались по своим домам. "В собраниях этих чувствовалось веяние Духа Божия, Который проявлялся все время в молитве многих чад Божиих, — написал Павлов в журнале "Баптист". — Можно сказать, что это было время отрады от лица Господа и надо ожидать оживления дела Господня в этом крае". В Одессе Василия Гурьевича снова встретили неприятности. Зайдя по вызову в полицейский участок, он узнал, что на него поступают доносы, что он якобы в проповедях порицает православие и совращает некоторых в баптизм. Газета "Одесские новости" сообщала горожанам, что Павлов оштрафован градоначальником Толмачевым на 200 рублей за собирание денег на издание журнала "Баптист". : Внутри общины тоже ползли нелепые клеветнические слухи. Иван Майко внушал верующим, что Василий Гурьевич присвоил себе деньги, вырученные от духовного концерта два года тому назад. Во время разбирательства действий Майка обсуждение превратилось чуть ли не в потасовку, Головлев, Назаренко и Мельниченко вскочили на кафедру, вырвав звонки у председательствующего. Павлов мужественно переносил несправедливые обвинения властей и внутрицерковные распри, сохраняя спокойствие духа.Великий собор баптистов
— В Берлине сейчас проживает брат Винец, — сказала она, угощая Павловых чаем. — Это проповедник из Самары. И в России и в Германии ему сильно достается от властей. Он теперь имеет намерение переселиться в Америку.
Поблагодарив сестру Машер за гостеприимство и беседу, супруги на другой день покинули город. Скорый поезд "Берлин-Флиссинген" вез пассажиров к берегам Ламаншского пролива. В Вестфалии состав замедлил ход, словно приглашая путешественников внимательнее оглянуться вокруг. На большом пространстве высились мрачные сооружения по добыче каменного угля: трубы, вышки и почерневшие от дыма здания. Войдя в лесистую местность, поезд прибавил скорость, замелькали солнечные опушки, густые рощи. На склоне горы показался массивный памятник. Поезда встречал и провожал запечатленный в граните немецкий народный герой Герман. Он прославился тем, что остановил римские легионы Варра, ополчившиеся на Германию. Вечером кондукторы стали выкрикивать названия голландских городов: "Том", "Иент". Всю Голландию проехали за три часа. Недалеко от Флиссингена в вагоне зашумели, начался переполох, все почувствовали тяжелый запах гари. Оказалось, что загорелась ось, поезд остановили, быстро отцепив поврежденный вагон, а пассажиров перевели в вагон-ресторан. На пароход садились ночью. Сильный шум от винта и холод никому не давали спать. Дорожные мытарства кончились утром. Причалив в порт Квинсборо, пароход отдал пассажиров во власть английских таможенников. После проверки документов и осмотра чемоданов Павловы через два часа езды на поезде прибыли в Лондон. Этот город был уже знаком Василию Гурьевичу по Конгрессу 1905года. Он без труда отыскал главную штаб-квартиру Союза баптистов Великобритании. Джон Шекспир, исполнявший обязанности союзного секретаря, был очень обрадован приездом Павлова. Он рассказал гостю, что не все делегаты могли беспрепятственно выехать из России. Миссионер Байфорд, тоже встречавший Павлова, уточнил сообщение Шекспира. Он назвал Фетлера, которому пришлось преодолеть множество преград, поставленных властями.— Его обвинили в активной проповеди среди православного населения, — сказал Байфорд. — Потребовали денежный залог в сумме пяти тысяч рублей. Английские братья помогли ему набрать эти деньги. Он был здесь со старушкой сестрой Ясновской. И теперь Фетлер на пути в Америку.
За время двухнедельного пребывания в Лондоне Павловы размещались у верующего адвоката Филькокса. Более семи миллионов человек составляло население тогдашней столицы Англии. Союз лондонских баптистов насчитывал 350 церквей общей численностью в 50 000членов. Самый большой молитвенный дом, вмещавший более трех тысяч человек, принадлежал общине, где проповедовал великий слуга Божий Чарльз Сперджен. Все гости Лондона всегда стараются найти время для посещения этой церкви. Когда Василий Гурьевич с женой приехали в знаменитую Скинию, там шло необычное собрание. Воскресная церковная школа отмечала свою годовщину. Гости увидели семьсот детей, которые выступали с музыкально-певческой программой. Как только праздничное служение завершилось, Павловы более обстоятельно осмотрели простое, но величественное здание. Василий Гурьевич медленно поднялся на высокую кафедру, откуда Сперджен произносил свои глубокие зажигательные проповеди. Слово Сперджена без промедления разносилось на весь мир. Телеграф отсылал проповеди в Америку, там их печатали большие газеты. В Лондоне издатели крупных газет тоже считали за честь поместить на страницах сочинения Сперджена и отправить тысячи экземпляров в другие страны. На вечернем служении проповедник Юнигтон представил Павлова собранию. Василий Гурьевич рассказал о жизни евангельских церквей в России.— Наше движение — это река, состоящая из множества притоков, — пояснил он. — Есть разномыслия, непонимание, но мы стараемся найти пути к тому, чтобы сохранить единство духа в союзе мира…
Юнигтон обратился с проповедью к молодым людям.— Я хочу сказать вам о деле, которое стоит превыше всех дел человеческих, — оживленно говорил проповедник, –т— Служить Богу, — значит следовать за Христом, преображаться в Его образ, делать добро. Все славные мужи веры никогда не испытывали разочарования в своем служении.
Общая беседа продолжалась до глубокого вечера. Молодые люди пели, читали стихи, задавали вопросы. На заседании комитета Союза английских баптистов Павлова ожидала приятная встреча. Во время рабочего совещания вдруг открылась дверь и в комнате появились два соотечественника Василия Гурьевича: Проханов и Матвеев из Петербурга. У них было приглашение на Конгресс в Филадельфию, но за неимением времени они не смогли поехать в Америку. , Лондонский комитет вместе с русскими служителями составлял планы постройки семинарии и санатория для баптистов Европы. Павлов предложил открыть санаторий в Берлине и члены комитета подготовили рекомендации Всемирному союзу баптистов и Конгрессу об учреждении в Берлине семинарии и санатория, а для немецких баптистов из России использовать Гамбургскую семинарию. Василию Гурьевичу и Ивану Степановичу очень хотелось побывать на собраниях Армии Спасения. В Лондонском Гайд-Парке им посчастливилось среди многочисленных ораторов увидеть проповедников Армии Спасения. Они стояли у огромного плаката, прикрепленного к деревьям. На полотне виднелась надпись: "Какая вам польза, если вы приобретете весь мир, а душе своей повредите?"— Примите и уразумейте любовь Христову, — громко говорил проповедник, — Христос отдал Самого Себя для спасения мира. Возлюбите нашего Спасителя. Он умер за грешных и беззаконных!
В Гайд-Парке проповедовали представители почти всех протестантских исповеданий. Религиозных ораторов часто сменяли политические. Весь этотj конгломерат идей трудно переваривался малоподготовленными слушателями, но всем было приятно окунуться в атмосферу свободы. Находясь в Лондоне, Павлов и Проханов участвовали в работе Комитета евангелизации России.— От имени Союза евангельских христиан я выражаю глубокую симпатию служению наших братьев баптистов, — заявил Иван Степанович. — Во взаимоотношениях с родственными течениями наш Союз стремится жить по принципу: в главном единство, во второстепенном свобода, а во всем остальном любовь.
После деловых заседаний Проханов, Павлов и Матвеев вновь торопились на уличные призывные собрания. Вечером в Гайд-Парке совершала служение дочь Вильяма Бутса, основателя Армии Спасения. Она прочитала одну главу из Первого послания апостола Петра, объяснив наиболее сложные стихи. С краткими речами выступали и другие "капитаны" Армии. Духовой оркестр^ громогласно игравший в промежутках между проповедями, помогал собирать слушателей. Те, кого трогал евангельский призыв, выходили вперед и без стеснения преклоняли колена прямо на траве у стола проповедника. С Павловым захотели встретиться корреспонденты английского духовного журнала "Христианин". Они пригласили его в редакцию на собеседование, долго расспрашивали о жизни и злоключениях верующих в России, о судьбе Василия Гурьевича. Через несколько дней Павлов увидел в журнале свою биографию с фотографией. Текст написал Чарльз Байфррд. Детский приют при церкви Сперджена Павлов, навестил вместе с адвокатом Филькоксом. Василий Гурьевич был здесь в 1905 году, вторичное посещение этого благотворительного заведения тоже произвело приятное впечатление. Обстановка в комнатах, где живут сироты, теплая, семейная. В отношениях воспитателей и подопечных нет казарменного духа. Все строится на взаимном доверий и чуткости. Организаторы приюта заботится и о последующей судьбе своих питомцев, подбирая им занятия в соответствии с природными наклонностями. Проповедник Юнинг пригласил Василия Гурьевича на занятие Воскресной школы в свою церковь. Около четырехсот детей слушали наставления приезжих служителей.Поделиться с друзьями: