Стой, бабка, стой
Шрифт:
Через два дня Хан Ракид был приглашен на ламповый завод, где запускалась первая установка для изготовления ламп.
Хан впервые шел через огромные цеха, и был поражен их видом. Рядом двигался известный промышленник Джейк Лоренс с трубкой в зубах. Они, наконец, прибыли в новый цех. Лоренс объявил, что это экспериментальный, тот самый, где начинается производство первых ламп. Здесь было несколько тише, чем в предыдущем, но вакуумные насосы уже работали на полную мощность.
Затем рядом появился человек с чертежами самой лампы. Она была несколько меньше, чем те, что делал Хан и имела электрические вводы с одной стороны.
– Вы изменили конфигурацию подводящих электродов.
– Сказал Хан.
– Наш электротехник сказал, что как подводить ток не имеет значения.
– Ну, значит, увидим, имеет или нет.
– Вы думаете, что имеет?
Хан ткнул в чертеж.
– Разряд будет здесь, а не здесь. Там где электроды ближе друг к другу.
Человек нахмурился.
– И никак это не изменить?
– Можно изменить. Если электроды изолировать. Стеклом, например. Зачем надо было менять?
– Для безопасности электриков. Им лампы вкручивать, за за электроды хвататься нельзя. Ладно, разберемся. Попробуем, увидим. Все готово?
– Спросил человек у своего рабочего.
– Да, сэр.
– Тогда, включайте.
Хан смотрел на несколько десятков ламп, стоявших вокруг.
Вспыхнул яркий свет.
– Горят!
– Послышался радостный голос.
– Горят, сэр!
– Воскликнул человек, подскакивая.
Хан подошел ближе.
– Как я и сказал.
– Произнес он.
– Разряд не в том месте.
– Но они же горят?
– Произнес промышленник.
– И не плохо для начала.
– Накальные то лопаются почти половина сразу.
Хан коснулся лампы, показывая, где должен гореть разряд.
– Они же горят! Обожжешься!
– Воскликнул рабочий.
Хан усмехнулся и взялся за лампу всей пятерней.
– Они не горячие.
– Сказал он.
Человек подошел и притронулся к лампе на мгновение, затем сильнее.
– Вот это чудо...
– Проговорил он.
Лоренс тоже подошел, взялся рукой за одну из ламп и улыбнулся. В этот момент в цех вошел новый человек. Он остановился и разинул тор, увидев трех человек, стоявшух около горящих ламп и державшихся за них.
– Проходите, Сангор, присоединяйтесь.
– Сказал Лоренс.
– Что это вы делаете?
– Удивленно произнес человек, подходя.
– Профессор Хан Ракид сказал, что твоя схема подвода неверная, и разряд возникнет не там где надо. Вот он и возник... Не там.
Человек смотрел на лампу.
– Она же светится, что не так?
– Спросил он.
– Да вот я тоже думаю, что не так, а профессор?
– Спросил Лоренс.
– Яркость у них в несколько раз меньше, чем могла бы быть.
– Ответил Хан.
– Вы профессор Ракид?!
– Воскликнул человек.
– Я.
– Хан усмехнулся.
– Й-я думал, вам за шестьдесят, а...
– Ладно. Как говорится, первый блин.
– Сказал Лоренс.
– Это лампы мы переплавим, сделаем вводы иначе. Как вы там сказали, профессор, что надо сделать?
– Изолировать, вот до этого места.
– Хан показал на лампе.
– Стеклом, наверно, проще всего.
– Стеклом не выйдет. Длинный ввод при нагреве... стекло треснет.
– Она греется то не сильно.
– Сказал рабочий.
– Да?
– Сангор тронул, наконец лампу.
– О..
– Произнес он.
– Ну так как? Сделаешь?
– Спросил Лоренс.
– Сделаю. Но может лопнуть.
– Увидим.
– Ответил промышленник и обернулся к Хану.
– Ну, я очень рад. Надеюсь, вы зайдете к нам еще через недельку. Кстати, на счет вашей просьбы на счет ламп для студентов... Хорошая идея. Мне нравится. К тому же, все равно надо промышленное тестирование делать, так что, ждите в ближайшее время. Можете объявить об этом своему начальству, если не говорили.
– Спасибо.
– Произнес Хан.
– Я рад нашему знакомству. И, кстати, у меня есть кое что, что может вас заинтересовать.
– И что же?
– Цветные лампы.
– Цветные?
– Лоренс взглянул на Сангора.
– А не проще их будет покрасить?
– Проще вообще не красить.
– Ответил Хан.
– Просто немного другой состав газа, а все остальное то же самое.
– Хорошо. Я подумаю.
Векслер сидел за столом и читал газету, когда к нему вошел Хан. Теперь его пропускали сразу же, без предупреждения.
– Как у вас дела?
– Спросил Ронди.
– Все идет по плану. Есть одна хорошая новость.
– Ну, выкладывай.
– Произнес Векслер, откладывая газету.
– Лоренс согласился поставить в университет первую партию опытных ламп.
– Согласился?! Хан, платить за них кто будет?!
– Векслер вскочил.
– Никто не будет.
– Никто?
– Удивился человек.
– Он их бесплатно?
– Да. В качестве промышленного эксперимента. Он же не может продавать непровереный товар. Вдруг они у него цвет начнут менять или лопаться через неделю?
– Если они у нас начнут лопаться, это будет не хорошо.
– В половине аудиторий ламп вовсе нет.
– Усмехнулся Хан.
– Впрочем, да. Ты не против, что я на ты?
– Нет.
– Улыбнулся Хан.
– Я рад.
– Когда они будут?
– Думаю, через неделю или две, когда они технологию подправят.
– Что-то не так?
– Да, местный умелец модернизацию ввел.
– Усмехнулся Хан.
Векслер и сам рассмеялся.
Через неделю несколько десятков аудиторий осветились яркими огнями. Акция эта освещалась со всех сторон в буквальном и переносном смысле. Люди смотрели на новое чудо, люди Лоренса во всю раздавали рекламные проспекты, а Хан Ракид отвечал на вопросы по поводу своего изобретения, физические и не очень.
Лоренс выплатил еще сто тысяч за цветные лампы. Красные, желтые, зеленые, синие, фиолетовые. Оттенки самых разных цветов получались просто смешиванием газов. И вскоре цветные лампы начали появляться на улицах, в рекламных щитах и множестве других мест, где разноцветье имело значение.
А Хан Ракид получал новый заказ, на этот раз от Министерства Обороны страны. Контракт был рассчитан на полгода и стоил полмиллиона. Целью стало создание мощных осветительных прожекторов, которые должны были превысить мощность уже имевшихся накальных.