Стой, я не договорила!
Шрифт:
И замерла в недоумении:
Шкафы со множеством полок были заставлены книгами, поверх книжных рядов тоже лежали фолианты. Слева от входа между стеллажами виднелся проём, а в нём — тоже шкафы с книгами. Библиотека в мельнице? А где жернова? Где…
— Снаружи имитация? — уточнила я.
— Нет, примитивный сброс магической энергии, — прошептал Юлиарн. — Ну что, посмотрела? Возвращаемся? Или, может, сразу во дворец?
Мне стало не по себе. Принц боится книг? Если уж Юлиарн чего-то опасается, то это, вероятно, что-то совсем жуткое. Я же никогда не относилась к тем глупым женщинам, которые спускаются в подвал, чтобы посмотреть, что там так страшно воет. «Да, пожалуй», — уже готовилось сорваться с моего языка, и тут я увидела название, выведенное большими вишнёвыми буквами на книге, которая лежала совсем рядом со мной: «Человеческая магия. Потомственная и приобретённая. Виды. Происхождение. Опасности. Нюансы использования».
— Если я загляну вот сюда, — я кивнула на пухлый потрёпанный том, — чем это мне грозит?
Юлиарн хмыкнул:
— Хочешь разбудить родовой артефакт? Ну… я рядом.
— Спасибо, — прошептала я. — Но это не ответ. Что будет, если я открою книгу?
— Этого я не знаю.
— А что может быть?
Принц задумался. Прислонился было к книжному шкафу, но тотчас отшатнулся, отряхнул рукав куртки.
— Не знаю, — признался честно. — Но ты не паникуй: кто бы ни явился, и что бы ни произошло — я справлюсь. Я — самый могущественный лунный маг. А это — всего лишь старая библиотека.
И подмигнул мне. Зря он так. Я кожей ощутила, что библиотека обиделась. Однако, вспомнив, как наследник вылетел из академии с двумя клинками в руках, и то, что всю дорогу ни одна тварь из леса не посмела даже попытаться на нас напасть, немного успокоилась.
Я взяла книгу в руки и почувствовала, что она — тёплая. Открыла. Пробежала глазами вступление. Краткая его суть заключалась в следующем: да, ребятки-зверятки, магия у людей, как ни печально, тоже есть. С этим ничего не поделаешь. Только сия простая мысль была расписана страниц на пять красивыми тонкими типографскими буквами, со всякими оборотами в стиле «сей труд…», «оплакать возложенные надежды…», «автор сего труда не претендует на полное…» и «… и всё же мы постараемся осветить как можно…».
Ладно-понятно. Я открыла первую главу, снова пропустила несколько вступительных абзацев. Мозг, закалённый учёбой в педвузе, отсеивал шелуху, выискивая самую суть.
«Магия людей, — писал автор, а я пропускала целые общие фразы и витиеватые эпитеты, вычленяя важное, — происходит от древних артефактов — предметов, напоённых силой, словно… и положенных в камень родового алтаря… и от амулетов, но те имеют срок годности… а от…», я перелистнула страницу, чтобы найти интересующее меня продолжение фразы, но… её там не было.
Следующая страница начиналась с новой истории, обильно украшенной картинками.
'Принцесса жила в башне. В высокой-превысокой. Эта башня выходила из одинокой горы и шпилем протыкала небо, а её подножие укрывали облака. И в круглой стене не было ни окон, ни дверей, лишь одно отверстие, словно глаз циклопа, смотрело из девичьей светлицы под самой крышей.
Целыми днями принцесса пряла волшебную пряжу, которая никогда не заканчивалась.
Но однажды утром в окно залез юноша. Он спрыгнул на пол и вытащил меч:
— О прекрасная дева, — сказал герой, — я явился, чтобы освободить тебя из лап дракона. Покажи мне, где он, и я убью его.
— Дракона нет, он улетел, — ответила девушка.
Юноша был весьма хорош собой, а принцесса — прекрасна. Слово за словом, и молодые люди от поцелуев перешли к соитию. Ночью же юноша проснулся от жара и увидел перед собой ужасную пасть с клыками. Из ноздрей чудовища струился дым.
Герой поднял меч, лежавший у постели, и бросился на дракона.
— Ты можешь убить меня, — печально произнесло чудовище, только знай: я — та, которой ты клялся в любви несколько часов назад.
О да, читатель, это была принцесса.
Юноша опустил меч и поник головой:
— Твоё пламя уничтожит меня, — сказал он. — Ведь я — лишь человек. Но я не буду убивать тебя, ибо люблю тебя.
Дракон прослезился. Слеза упала на пол и превратилась в рубин.
— Возьми его и носи, — сказала принцесса-дракон. — Моя магия будет с тобой, человеком, которого люблю я всем сердцем. И тогда жар моей звериной ипостаси будет тебе не страшен.
Юноша подобрал рубин и почувствовал, как его пальцы защипала магия. Размахнулся мечом и снёс дракону голову. Потому что это был охотник за магией.
Конец'.
Ничего себе сказочка! Вот на таком материале воспитывают юных оборотневят? Тогда понятно, почему они так не жалуют людишек. Я перевернула лист. А что там с учебным пособием? И увидела, как буквы прыгают со строчки на строчку, перебегают из слово в слово, стремительно создавая новый текст.
— Эджи, — тихо шепнул Юлиарн, — не пугайся. Положи книгу обратно, но очень спокойно.
Я так и постаралась сделать. Обернулась к спутнику, чтобы увидеть, что его напрягло. На полке перед лицом мага сидела мышь и чистила усики. Я хмыкнула и весело заявила:
— Спасибо, конечно, но я не из тех, кто боится мышей, пауков и…
Мышь подняла мордочку, глянула на меня.
И вдруг по всем полкам побежали серые грызуны. Они напрыгивали друг на друга, образуя живой копошащийся ком.
— Уходим, — тихо, но с какой-то подчёркнутой небрежностью, велел Юлиарн.
Не сводя взгляда со стремительно растущего кома, мы попятились к двери. Однако та вдруг с грохотом захлопнулась, слилась со стеной и… исчезла. Так, словно её никогда тут и не было.
Глава 22
Крысы и поцелуи
Я оглянулась. Мышиный ком позади многоголосо пищал. Он вырос уже до размеров взрослого мужчины и продолжал расти, приобретая форму огромной крысы.
— И что теперь? — спросила я.
Паника сосредоточилась где-то в области печени, меня немного затошнило, и под рёбрами возникло неприятное ощущение тяжести. Однако, как всегда в стрессовых ситуациях, мозг продолжал работать, хоть тело не очень-то его и слушалось.
— Всё под контролем, — с фальшивой жизнерадостностью заверил меня принц. — Это всего лишь крысиный король, существо антимагическое, инертное. Куча бессмысленных животных, ведомых древним инстинктом. Вот и всё.