Чтение онлайн

— Ну-ну, моя лапушка, все хорошо! Ты у нас умничка, ты у нас сильная и смелая, — нежно приговаривал Макс, гладя и почесывая мохнатую морду одной головы, пока вторая с интересом рассматривала поврежденную и пролеченную лапу.

Руки немного тряслись, но в целом, легко отделались. Подошла Ника с фонариком в одной руке и флягой с водой в другой. Макс благодарно кивнул, поняв, что так и не ответил на ее вопрос, что нужно.

Только попав в круг света, он осознал, что сумерки становятся все гуще и темнее.

— Так, Костя, давай осмотримся и найдем место для ночевки. Нельзя оставаться у реки, чуть какой дождь выше по течению — и нас за считанные минуты смоет, — скомандовал Макс, делая вид, что не замечает опухших глаз оператора. Благо, тот уже пришел в себя, да и Шала тоже оправилась и от боли, и от потрясения.

— Я обещаю, что буду тебя слушать, — заметил Костя, подходя ближе к Максу и хватая его за плечо. — Во всем, обещаю!

— Ладно-ладно, — дружелюбно ответил Конь, похлопывая парня по руке. — Ты тоже оказался прав, Шала смогла перепрыгнуть. И не во всем меня надо слушаться, а только в боевых, точнее, в стрессовых ситуациях. В плане социальных отношений и прочих мирных тонкостей у тебя и Ники больше опыта и понимания. Но все это подождет до привала. Шала сможет встать?

Толстая зверушка смогла. Не сразу, аккуратно и медленно, боясь новой боли, она сначала подтянула под себя раненую ногу, а потом осторожно встала. Сильно прихрамывала, то ли от страха нагружать лапу, то ли от остатков боли. Макс надеялся, что не из-за какой-то другой травмы, которую сразу и не заметить. Растяжение или поврежденное сухожилие, например.

Ника поднялась обратно в кабину, чтобы сообщить Майе новости, присмотреть за котенком и за ситуацией внутри. А Макс и Костя пошли по берегу, подсвечивая себе дорогу фонарем и внимательно глядя на то, как двигается Шала.

Перед тем, как покинуть чистые камни реки, Макс настоял на том, чтобы обмотать поврежденную лапу Шалы кусками брезента. Впереди шла грязь, и, пусть рана находилась высоко, был риск инфицирования. Конь сделал перевязку полосами плотной ткани, распустив на это дело один из тентов, которыми накрывался груз.

— Вот, теперь у тебя есть красивый носочек, — улыбнулся Макс зэфке, которая лупоглазо таращилась на процесс бинтования. Когти остались снаружи и не были замотаны, так что сцепление не ухудшилось.

Шала опустила ногу, немного потопталась и, кажется, вполне оценила обновку. А Макс подхватил с земли фонарь и на миг замер, оглядывая себя. Еще в кабине переоделся в «домашнее», в старый камуфляж, и теперь он весь был залит кровью, от воротника куртки до сапогов… Черт! Вроде бы рана не была серьезной, и, наверное, для такого огромного зверя крови натекло немного, но хватило, чтобы залить и Костю, и Макса.

Ладно, сначала лагерь, потом все остальное. Хоть от запаха и мутило, а в голове столько жутких воспоминаний проносилось, что хотелось немедленно стянуть с себя окровавленные шмотки. И часов пять пролежать в ванной, пока не останется даже намека на этот мерзкий запах.

Когда поднялись на берег, туда, где шла мягкая земля, зэфка стала идти увереннее и уже так не хромала. Это вселяло надежду.

Лагерь разбили на небольшой полянке у кромки леса. Благо, этот берег был выше реки и не заболочен. Макс набрал хвороста и развел костер в небольшом углублении, где один из валунов защищал пламя от ветра. В огне не было особой нужды, но Конь чувствовал, что это необходимо: просто посидеть у костра, пожарить картошку в углях, попить свежего кофе, немного прийти в себя. А лучше попробовать искупаться, застирать шмотки от крови и высушиться у огня.

Пока он занимался лагерем, Ника убралась в кабине и снесла вниз продукты для ужина, а Костя с Майей занялись кормлением Шалы. Привычные действия помогли команде немного успокоиться и прийти в себя после переправы и ее сложностей.

На спине Шалы, там, где раньше позади кабины шел грузовой контейнер, теперь маячил небольшой резервуар с фуражом. Макс хотел было помочь, но Костя очень уж оперативно присоединил какой-то рукав к железной стенке, а внизу собрал нечто, похожее на каркасный бассейн, куда по шлангу самотеком и сыпалось зерно. Шала с интересом наблюдала за происходящим, но сидела смирно и ждала.

Мокрая от крови одежда причиняла дискомфорт, не только физический, но и моральный. Уже полностью стемнело, так что Макс просто отошел подальше от лагеря, стянул с себя окровавленные шмотки и быстро, задыхаясь от холода, ополоснулся. Стоял буквально по щиколотку в ледяной воде и по сути даже не купался, а умывался. Но даже без полного погружения в реку через минуту стало трудно дышать, а все тело затряслось от холода. Мышцы сводило судорогой, но Макс продолжал, смывая подсохшую кровь с рук и живота.

Вскоре к банным процедурам присоединился Костя, принеся с собой пару полотенец и сменную одежду из кабины.

Через пару минут Макс быстро вытерся и поспешно натянул свежую и чистую рабочку. От холода сводило конечности, так что едва удалось протиснуться в рукава и штанины. После одевания через пару минут стало намного лучше, и когда дыхание восстановилось, он стал полоскать в проточной воде свою форму, выбрав для этой цели подходящий плоский камень.

— Ты тоже ополосни, свернется — потом хрен отмоешь. Как раз кровь хорошо в холодной воде сходит, — заметил Макс, мельком глянув на Костю. Вроде бы парень уже отошел от потрясения, хорошо.

Вокруг окончательно стемнело, а ветер, что дул вдоль реки, стал по-зимнему холодным и колючим. Надо бы быстрее у огню, не хватало еще простыть.

Когда со стиркой было покончено, Конь аккуратно сел на чуть качающийся камень, ополоснул ноги от песка, вытер и натянул сначала носки, а затем и ботинки. Хотелось к костру, где девочки уже что-то готовили, было светло и тепло. Но пришлось дождаться Костю и вернуться вместе.

Шала деловито чавкала ужином, засунув одну косматую голову в бассейн с насыпанным зерном, а второй смотрела вдаль, на горную реку. На ее лупоглазой мордочке застыло почти философское выражение. Наверное, редко бывает в диких местах, вот и залюбовалась.

— Хорошая такая мисочка, — улыбнулся Макс, кивнув на бассейн с кормом. Уже и костер горел, и весь его экипаж сидел у огня, и зэфка заправлялась. Затем глянул на примолкших ребят и вздохнул. — Вы как?

Костя небрежно махнул рукой, дескать, уже отошел вполне. Майя честно сказала, что перепугалась и очень сильно переживала за Шалу. После этих слов к костру приблизилась не занятая ужином голова и благодарно уставилась на девушку.

— Ника? — протянул Макс, когда понял, что не может встретиться с ней взглядом. И вообще девочка выглядела не потрясенной, а скорее подавленной.