Страна потерянных дорог
Шрифт:
— Мяу! — не унимался котенок, пока Макс здоровался с хозяином. Тот лишь что-то удивленно буркнул и пропустил Коня в узкий коридор, а Майя вошла следом.
Убедить рыжего не удалось, пришлось запихнуть обратно в карман и закрыть там. Надо войти, судя по ребятам — разуться в узком коридоре, а потом спросить хозяина, не против ли он, если мелкий будет носиться по его квартире. Надо было оставить кота в кабине Шалы с Костей, но Макс с ним наотрез отказывался разлучаться.
Ника хозяина так и не смогла рассмотреть, но поздоровалась со спиной Макса, который раздевался и пристраивал свою куртку на вешалку у стены. Ника зашла в квартиру, прикрыла за собой дверь и тоже стянула сапоги.
Они сложили вещи у небольшой тумбочки и по одному прошли дальше. Ника наконец разделась и тоже вышла в просторную светлую кухню-гостиную.
А затем замерла, практически окаменела, как те статуи на улицах Затона, глядя как Макс разговаривает с хозяином дома.
— Нас к вам послала Садовник, — рассказывал Конь, поправляя форменную рубашку.
— Говорю же — обожаю этот мир! — тепло рассмеялся пожилой мужчина, поправляя очки на носу.
А Ника на ватных ногах пошла вперед, не в силах произнести ни слова, только пораженно смотрела на этого интеллигентного старика и даже, кажется, не дышала. Он глянул на нее своими теплыми, серыми глазами и радостно улыбнулся:
— Привет, внученька! Рад, что ты зашла!
Глава 27
Макс помнил свои эмоции, когда встретил Боню, так что сразу понял, что Нику нужно ловить. И успел подхватить девушку до того, как она осела на пол. Хватит ей травм, нечего новые добавлять.
Ника была сильная, так что сознание не потеряла, но от потрясения словно замерла. Не могла сказать ни слова, даже шевельнуться на получалось.
Шаман тоже подбежал, и до того, как он успел обнять внучку, Макс быстрым движением достал Кота из кармана никиной рабочки. А то еще раздавят малого на радостях. Затем отошел в сторону и дал им возможность поговорить и порадоваться встрече.
— Дедушка?! — наконец смогла проговорить Ника, и это словно прорвало плотину. Она крепко обняла худосочного старика, уткнулась носом ему в грудь и заплакала.
Макс остро реагировал на женские слезы, но тут все было иначе. Хороший момент, добрый, и слезы ему под стать. Ведь так редко люди плачут от радости. Говорят, что подобное лечит душу.
— Ты жив? Но нам сказали, что ты утонул под Туапсе, когда купался во время шторма! Двое человек видели, как тебя волной смыло с волнореза и ударило о камни! — едва слышно шептала Ника.
— Ну что же ты, солнышко мое! Прости, что тебе пришлось меня хоронить! За боль причиненную прости, пожалуйста! Мне очень, очень жаль!
— Я так плакала! — проговорила Ника, судорожно цепляясь тонкими пальцами за рукава Шамана. — Я думала, что потеряла тебя! А они даже не хотели проводить похороны! Не хотели сделать могилку, надгробие, говорили, что раз тело не нашли, то зачем тратиться…
Ника все говорила и говорила, сидя на паркетном полу, а старик ее крепко обнимал, утешал, гладил по голове и что-то ласково шептал.
Макс смущенно отвернулся и отошел подальше в поисках места, где можно присесть и не мешать воссоединению семьи.
Ему Ника ничего не говорила. О том, что ее единственный близкий человек умер. Не рассказывала о своей семье, а сейчас вот Макс узнал много нового. От всей этой несправедливости у него защемило сердце. Сколько же всего эта девочка хранила в своей душе, не показывала, еще и его, Коня, вечно порывалась утешать и выслушивать.
— Пойдем, моя хорошая! Чего на холодном полу сидеть, давай я тебе чаю заварю, накормлю, и ты мне все-все расскажешь. А потом я тебе поведаю, как тут очутился, как жил и что делал.
Шаман не сразу, но смог привлечь внимание внучки и помог ей подняться с паркета, довел до мягкого дивана, который стоял у большого обеденного стола, и бережно усадил на мягкие подушки.
Макс с интересом оглядывал квартиру, чтобы не смущать плачущую Нику.
Помещение не было прямоугольным, а все состояло из выступов и ниш. Высокие потолки, как в сталинках. Узкие высокие окна со множеством перемычек. Отличный паркет на полу, однотонные светлые обои на стенах и множество полочек и шкафчиков. Они шли по стенам до самого потолка и были заставлены разными вещицами.
Благодаря высоте потолков и большим окнам, комната не выглядела захламленной.
Слева от входа находился диван со столом, а над ним — полки и полочки. Напротив, у окон, шла кухня из светлого дерева и стол поуже со стульями. А еще имелись четыре двери в другие помещения.
Все вещи были в хорошем состоянии, ухоженные, чистые, что создавало ощущение уюта, хоть и далекого от земного эталона роскоши и идеального дизайна интерьера. Но все вокруг ощущалось живым, с душой, пропитанным любовью и заботой.
— Максим, — улыбнулся подошедший Шаман, его серые глаза блестели за стеклами очков, а голос чуть дрожал. — Я пока пообщаюсь с внучкой, а ты и Майя можете себя чувствовать, как дома. Вон та дверь ведет в ванную комнату, там же есть стиральная машина. Да-да, я все-таки завел дома земную технику, очень уж мне тяжело это делать руками. Вот тут, на плите горячее рагу, а в этом шкафчике — посуда. Располагайтесь, отдыхайте, кушайте.
— Спасибо большое! — благодарно кивнул Макс, с трудом вставая со стула. — О купании я уже давно мечтал.
— Понятное дело, столько провести в странствиях. Но выглядишь ты уже намного лучше, чем в нашу первую встречу!
Макс оставил Нику в компании дедушки, и, пока Майя ужинала и отказывалась идти в ванную, не поев, он ушел купаться. Захватил с собой сумку с вещами, чтобы переодеться в чистое и сразу простирать грязное.
Ванная комната оказалась на удивление симпатичной и уютной. Стены облицованы то ли плиткой, то ли мрамором, коврики, полочки, небольшое окно за занавеской, а сама ванна была большой и стояла на кованных витых ножках.
Радует, что в Аркании есть водопровод и канализация, имеется даже электричество, хотя многие лампы и фонари казались скорее газовыми или керосиновыми. Макс закинул вещи в стиралку и подумал о том, что не особо хотел бы жить в мире вообще без технологий. И так полжизни провел в походных условиях без комфорта, еще и оказаться в средневековом мире было бы по меньшей мере несправедливо.
А еще Максу пришло в голову, что скорее всего, ничего этого не было в подлинной Аркании. Ведь она прорастала через Старый мир, а значит могла брать себе многое от знакомой им реальности. К тому же, подобные излишества и блага цивилизации приносили с собой ходоки, адаптировали для нового мира, внедряли и улучшали.