Чтение онлайн

Наконец он признал со вздохом:

— После нескольких лет упорного труда я могу теперь понять, к чему ты ведешь, но это я вижу не в словесной форме, а как осмысленное описание космоса и жизни в нем. А может, и нет. Все чаще и чаще я задаю себе вопрос, способен ли я, да и вообще какой-нибудь чужеземец, понять ваш народ.

— Что ж, — улыбнулась Крона, — вы тоже загадка для нас. Давай получим удовольствие от этого.

Они еще некоторое время скакали одни, погрузившись в дружеское молчание, когда к ним наконец вернулась Донья, стремительно спустившись с холма прямо к ним. Лишь оказавшись совсем рядом с ними, она прервала свой галоп. Ветер донес до них пот животного, прищурившиеся глаза Доньи горели зеленым пламенем на ее все таком же бледном лице.

«Что-то случилось», — понял Джоссерек. По телу пробежали мурашки. Крона с непроницаемым лицом ждала, что им сообщит Донья.

— Бродяги, — резко выдохнула Донья. — Скорее всего. Не меньше дюжины человек. Наверное, они успели заметить меня раньше, чем я их. Когда я увидела их, они мчались в мою сторону.

Крона принялась вертеть головой по сторонам, рассматривая простиравшуюся вокруг пустынную местность.

— Негде даже спрятаться, — сказала она. — Мы у них в руках.

— Я скорее воткну нож себе в живот, чем сдамся! Нам лучше скакать на север. Мы неподалеку от территории Зелевэй. Вполне возможно, что там мы найдем помощь или по пересеченной местности нам удастся оторваться от преследователей. Это лучше, чем петлять по фераннианской земле. — Донья расхохоталась. — А это нам точно удастся — ведь мы обгоняем диких кошек. У них тощие клячи, но у каждого по три-четыре запасных. Вперед!

Она пустила лошадь быстрой рысью. Животные выдерживали большие перегоны, если менять аллюр, а сейчас им предстоял длинный путь. Джоссерек направил своего коня поближе к ней. Перекрывая завывания ветра, треск ветвей кустарника, грохот копыт, храп лошадей, он спросил:

— Чем же, черт побери, так опасны бродяги?

— Они из тех, кто не может ужиться со своим народом и начинает за ним охотиться, — мрачно ответила она. — Они прячутся на заброшенных пустошах, устраивают засады, совершают набеги. Нас преследуют женщины, и горе тому, кто попадет им в руки. — Она прикусила губу. — Однажды я оказалась среди людей, которые нашли девочку, побывавшую в их руках. Перед смертью она рассказала нам немного из того, что они вытворяли с ней. После этого целый год мне снились кошмары. Мы собрали отряд, чтобы покончить с ними, но они разделились, и нам удалось схватить только трех женщин. Мы пригвоздили их к деревьям. Быть может, именно поэтому они больше и не появлялись в Херваре.

Джоссерек вспомнил то, что слышал в лагере. Последовавшие вслед за тем события вытеснили это у него из головы.

— Если ты знала, что в этом районе бесчинствуют бродяги… — начал было он, однако она оборвала его:

— Было маловероятно, что они наткнутся на нас. Нам просто не повезло. А теперь — вперед!

Уже произнося эти слова, она начала натягивать тетиву своего короткого лука — появились бандиты.

Они скакали нестройной группой. До них было мили полторы, и их криков Джоссерек еще не слышал.

«Да, их двенадцать, — сделал он подсчет. — И много запасных лошадей. Когда наши выдохнутся, они нас догонят.

Нас всего трое. Что мы можем сделать, помимо того, чтобы попытаться оторваться от них? Черт бы побрал эту голую равнину! Если бы нам удалось найти укрытие, мы могли бы расстрелять их из луков или в узком месте уничтожить их по одному или по двое. Но если нас окружат на этой открытой…

Бароммианским всадникам Сидира эти бродяги не представляют никакой опасности. Хорошо вооруженные, в доспехах, обученные сражаться в стычках, они перебьют нападавших и скормят их трупы псам. Потом бы они продолжили свой путь и очистили бы эту землю от отщепенцев. Акула! А эти рогавикианцы не могут собрать даже один полицейский отряд! Возмущение, что он может погибнуть из-за этого, горькой желчью разлилось во рту. — Их общество — еще одна ошибка истории. Естественный отбор покончит с ними».

— Йщщ, уу-уу, ррра-а-оу! — раздались вопли впереди Джоссерека.

Слева две женщины огибали холм, лежавший впереди Джоссерека. Они скакали на косматых мустангах, сменных лошадей у них не было. Они бросились им наперерез.

Донья выхватила стрелу, натянула тетиву и выстрелила. Зазвенела тетива. Выстрел был сделан точно по цели, но живая мишень пригнулась к боку лошади и, соскользнув с седла, повисла на одной ноге. Потом всадница снова выпрямилась и захохотала.

Ее напарница молча приближалась к ним. Как и Донья, она была лучницей, тогда как у первой всадницы в руках было копье. Ее волосы были так спутаны и настолько грязны, что Джоссерек не мог определить, какого они цвета: каштановые или светлые. Копоть, засохшая кровь и жир, покрывавшие ее кожу, тоже не скрывали ее цвет. Груди болтались при скачке, и он мог сосчитать ее ребра. На ней были кожаные брюки с ножами, а на второй всаднице еще и снятый с какого-то бедолаги плащ.

— Йии-аа! — закричала она и выпустила стрелу… в лошадей преследуемых ими жертв.

Стрела попала в цель. Запасная лошадь захрипела и рухнула на землю.

«Эта пара дьяволиц уложит нас здесь отдыхать», — понял Джоссерек. Натянув поводья и подгоняя лошадь ударами в брюхо, он развернулся и ринулся в атаку на врага.

— Идиот!.. — услышал он крик Доньи.

Все громче раздавались насмешки всадницы. Над впалыми щеками сверкали белки ее глаз, из раскрытого рта капала слюна.

— Ну же, давай, иди ко мне, мужчина! Смелее. Мы не станем быстро убивать тебя. Мы пришпилим тебя копьями к земле и поиграемся… кастрируем тебя, ха-ха!.. Йоо-ии!

У нее была норовистая лошадь, и Джоссерек никак не мог заставить свою приблизиться к ней.

Кружась вокруг всадницы, он заметил, что Донья направляется к ним. А еще дальше Крона пыталась успокоить охваченную паникой запасную лошадь. Тем временем предводительница разбойниц сокращала расстояние.

— Джоссерек! — закричала Донья. — Возвращайся! Помоги Кроне. Здесь от тебя не будет никакого толку.

Она обогнала его, злобно глядя на разбойницу, и язвительно бросила той:

— А со мной ты не хочешь поиграться, свинья?

Лучница завизжала, развернулась и помчалась прочь.

То же самое сделала и вторая разбойница. «Они стали бы издеваться надо мной, просто так, ради развлечения, — Джоссерек понял это после всего услышанного. — А женщин они не станут убивать сразу. — Он уже склонялся не подчиниться Донье. — Мне лучше… Нет. Она знает, что нужно делать. Может быть, лучше всего сразу погибнуть».

Он вернулся. Раненая лошадь все еще пыталась вырваться, и Кроне никак не удавалось справиться с ней. Джоссерек изо всех сил схватился за уздечку. Через минуту лошадь была усмирена. Рана была неопасной, но нужно было срочно заняться ею. Они снова пустили лошадей рысью. Преследователи наполовину сократили расстояние. Мысленно Джоссерек оставался рядом с Доньей.

Она неслась по пустоши. Те две разбойницы ругались и насмехались позади нее. Впереди маячил высокий куст бузины. Донья мгновенно развернулась перед ним. Вот когда пригодились долгие часы тренировок! А тем сумасшедшим не удалось остановиться, и они проскочили вперед справа и слева от куста. Донья пустила вперед лошадь, управляя коленями — в обеих руках сверкнуло по ножу. Один она вонзила в спину лучницы и провела его вверх, другой воткнула в бок второй разбойницы между грудной клеткой и бедренной костью.

Обе разбойницы рухнули на землю. Лучница лежала неподвижно на траве. Ее напарница, харкая алой кровью и завывая, повалилась в колючий кустарник.

Пустив лошадь галопом, Донья догнала своих спутников.

— Вот, возьми. — Она протянула поводья Джоссереку. — Поведешь мою лошадь. А я пока поскачу на раненой, пока та в состоянии двигаться, после чего мы перережем ей глотку. — Донья прыгнула в седло раненой лошади. — Вперед, галопом! — закричала она.

Джоссерек оказался во власти ощущения не меняющейся огромной скорости. В ушах свистел ветер, выдувая из глаз слезы. Брошенный назад взгляд показал, что бродяги отстают. Они не обратили внимания на убитых. Но вскоре они прокричали что-то друг другу и остановились. Потом спешились, перенесли свою примитивную сбрую на свежих лошадей и снова забрались в седло.