Чтение онлайн

Видимо, он еще не приобрел сноровку в самостоятельных перемещениях, а может, в дело вмешался Открытый мир — его метаморфозы, но когда он попробовал выйти к Сати, его выбросило в какой-то немыслимый огненный коридор. Чтобы не сгореть, он начал разжимать замок, но вибрации все равно нарастали, пошла быстрая смена декораций и он понял, что попал в зону высокой турбулентности, в самый эпицентр.

«Неужели так просто?» — мелькнуло в голове. Его мягко, но стремительно заворачивало в «покрывала» реальностей, картинки мелькали все быстрее. Все?.. Он выбросил маячки, уже ни на что не надеясь, чтобы Сати хоть знал, что с ним и не тратил время на поиски. Но Сати выловил его. Случайно. Вышел на связь и почувствовал.

— Жить надоело? — учтиво поинтересовался он. — Почему без связи? Я же предупреждал!

Фома блаженно улыбался. Жизнь прекрасна и без связи. Они были в каком-то тихом, уютном местечке, среди деревьев и дорожек. Это был учебный полигон кризисного ведомства в Ундзоре, и Сати заверил его, что здесь их никто беспокоить не будет. Они свернули в одну из аллей парка вокруг базы. Редкие палые листья шуршали под ногами, царственные деревья и живописные кусты вокруг них излучали покой, что-то цокало и чирикало.

— Рай! — повел рукой Сати.

Фома и не думал возражать, после турбулентности раем могла показаться и долина Смерти. Рай везде, где тебя не убивают, твердо знал он.

— Ты мог попасть черте куда!

— Можно подумать, я попал в другое место! — огрызнулся Фома.

— И похоже, ты опять от женщины. Да от какой! Жуткие вибрации! — восхитился Сати. — Я думал, таких вулканов больше уже нет.

— Я тоже…

Сати приподнял руки, показывая, что сдается, только не надо таких глаз, никого не касаются его личные дела, но он становится слишком уязвим. Из-за этого, кстати, он и не смог сделать переход.

— Ха!.. — Фома еще не отошел от перипетий перехода. — А я нужен неуязвимым и поэтому мои личные дела все-таки касаются Ассоциации, так?

— Золотой мальчик!

— Перестань! Умничка, гений, золотой мальчик! Слышал я все это. Это значит только одно, то, что вы придумали для меня, невыполнимо. Это некролог: он был умничка?..

Сати успокоил его: ничего для него не придумали, пусть продолжает заниматься тем, чем занимался.

— Дорогой мэтр, позвольте вас обнять… Неужели то, что я сейчас делаю, в русле задания? Или все-таки нет и надо будет мимоходом выкинуть какой-нибудь подвиг?

Сати расхохотался.

— Ты страшный юноша! — сказал он, садясь на скамейку. — Все знаешь! Но это значит, что мы не ошиблись, ты действительно золотой мальчик для Ассоциации. Ты сколько раз был за Чертой?

— Один, — привычно соврал Фома.

— Да перестань ты! — поморщился Сати. — Системой зарегистрировано, по меньшей мере, сорок.

— Да?! — Сделал большие глаза Фома. — Она зарегистрировала гораздо больше, чем я мог.

На самом деле он перестал считать, когда число выходов перевалило за полторы дюжины.

— Кто-то косит под меня, — хмыкнул он.

— Кто-то косит под него! Да ты знаешь, что попасть туда могут только единицы? Подавляющее большинство останавливается у этих дверей.

— А нам говорили — Синклит!.. — Фома, продолжая дурачиться, запрокинул голову и воздел руки небу. — Демиурги, боги во плоти!

— А как еще заставить вас работать?

— Я смотрю, обман это форма существования Ассоциации. Меня, с тех пор как я с вами связался, только и обманывают. Смещение замков, выходы… сюда, кстати, меня затащили тоже обманом.

Он же этого хотел, напомнил Сати. Но Фома помнил только то, что хотел передумать. Поэтому, сказал Сати, он его и не предупредил. Фома, с неожиданной для самого себя грустью, ощутил, как он одинок и используем.

— Ну и какая сказка на этот раз? — вздохнул он.

— Плохой мальчик — бесценный ребенок Ассоциации!

— Почему это я вдруг стал бесценным? За Чертой бывали все-таки многие.

— Повторяю, не многие, а единицы. Это во-первых, а во-вторых, все они взрослые мужи, у них выход за Черту строго регламентирован и лимитирован. Они входят туда с вопросом, возвращаются с ответом и потом долго наслаждаются воспоминаниями. А ты, как подросток, обнаруживший прелесть эякуляции, был самозабвен и неутомим.

— Мастер, твои сравнения просто гашиш, кишмиш и бакшиш! — хохотнул Фома невесело. — Но я все равно не понимаю…

Сати приобнял его. Каждый раз, выходя к Говорящему, он получал море информации. Океан. Именно потому что был почти без сознания и воспринимал сразу все, что говорил Говорящий, сознание не мешало ему. Фома — сейф с информацией. Остальные входят туда с вопросом и получают ответ только на него, при том, что ответ надо еще интерпретировать, как сон.

— Ну, пусть заходят без вопросов!

— Ха! Войти туда без вопроса нельзя. Чем Ассоциация и отличается от всех других организаций Вселенной, того же Томбра — мы знаем технологию перехода за Черту. Тебе эта технология не нужна. Твои переходы это твое изобретение. Но только ты, из тех, кто перешел Черту, болтаешься туда и обратно, как удачливый контрабандист! Обычно, кому это удается хоть раз без задания Совета, уже не возвращаются, не рискуют.

«Почему я возвращаюсь?» Фома нервно прошелся по аллее. Почему-то вспомнилось, что в последний раз за Чертой он увидел такие скорбные глаза всезнания, что даже испугался и зарекся выходить. Так много он знать не хотел!.. Из-за этого?.. Но сказать-то он все равно ничего не мог, не помнил! Значит, ему — стул?.. Сати об этом?.. Но Сати говорил о том, что если Фоме правильно задавать вопросы («Так задавайте!!») или еще лучше — создавать ему «вопросительные ситуации», то тогда он станет выдавать информацию…

Фома с тоской оглянулся вокруг. Рай… какой это рай? Он чувствовал, как сжимается какое-то кольцо вокруг него, чувствовал, что он здесь чужой, да и сам “рай” зыбок. Низко над ними пролетели легкие существа: птицы не птицы — эльфы? даймоны? — кто-то развеивал скуку или выполнял школьное задание. Как бы он хотел очутиться среди них и не знать ничего!..

— Правильно! — обернулся он к Сати. — Задавать вопросы лень, надо думать, лучше послать меня куда подальше, как Ивана-дурака и обозначить это как задание!

Сати терпеливо объяснял, что с вопросами есть одна беда. Вопрос подтверждает (подразумевает) наличие ответа у вопрошающих. Если у вопрошающих (читай: Синклит) нет ответа, если он не готов к нему, вопрос никогда не возникнет. Они все время спрашивают Говорящего о том, что сами уже давно знают, только сомневаются или боятся. Он им и выдает тот самый ответ, который они ждут.

Другое дело ситуации — они конкретны, они содержат в себе неожиданное, порой, парадоксальное разрешение. Действуя в непредумышленной ситуации, то есть заходя как бы без вопроса, переходящий Черту получает гораздо более точный, если не идеальный ответ, поскольку он не в словах. Тем более, если он попал в неординарную ситуацию.