Чтение онлайн

— Источника? — округлил и без того большие глаза барсук. — Как такое может быть?

Старуха только руками развела. С почтительной осторожностью она вернула бутылочку в чехол и спрятала в складках своей одежды. Тейя ревниво проследила взглядом за этим движением, но ничего не сказала. Не признаваться же, что зелье не Бланка, а ее отца-человека. Тем более, это было все, что она знала о нем. Она и увидела-то его в первый раз, когда Энай, защищая их с Бланком от погони, излечился с его помощью от ран. А теперь, оказывается, это магия Источника, из которого, по преданиям, произошла вся жизнь в мире. Сколько еще тайн скрывал от нее опекун?

— Ну, детонька, сейчас будем готовить тебя к празднику, — заявила медведица, расплываясь в улыбке. — Самая красивая у нас будешь. Иди сюда, причешу тебя по-нашему. А ты, юноша, займись этими лохмотьями, — ткнула она пальцем на вещи Бланка.

Шанайя поколдовала над чашкой воды, и над столом повисло круглое ледяное зеркало. Ловко орудуя когтями как гребнем, она расчесала волосы Тейи и заплела их в замысловатую косу. Затем избавила ани от человеческой одежды и из двух кусков полотна намотала ей прелестное черное платье, украсив алым цветком гуриги, напоминающим Аструм. Закончив приготовления, Шанайя покрутила Тейю перед зеркалом и сама ахнула.

— Как же тебе идет, детонька, — она поправила цветок, — Чтобы все сразу видели, кто ты такая. Надежда клана.

Тейе было неловко в этом наряде, пусть он и подходил ей. Но больше всего смущало то, что все принимали ее за спасительницу, которая поможет Артею уничтожить людей. Ее не спрашивали, хочет ли этого она сама. Они были уверены: конечно же, хочет. Разве ани, одна из них, может не хотеть этого? Им даже в голову такое не могло прийти. И Тейя, окруженная этой уверенностью, чувствовала себя ненормальной, чужой. Будто она снова попала к людям, пока еще скрытая капюшоном, но стоило лишь сделать неверное движение — и снова начнется охота.

— Великолепно, — послышался медовый голос. — Шанайя, ты волшебница.

У входа, подпирая спиной корни тенды, стоял Артей. Он осмотрел Тейю с ног до головы, на его губах заиграла легкая улыбка.

— Артей! — воскликнула ани, со всех ног бросившись к нему.

Сейчас он был светом в конце тоннеля. С его появлением ей стало легче дышать и мрачные мысли вмиг испарились.

— Йорай хочет говорить с тобой, — мягко сказал он.

Они направились к гуриге вожака. Тейя в своем новом одеянии едва поспевала за волком. Ее так и тянуло спросить, как же прошла вылазка в Храм, но сбившееся дыхание мешало разговаривать. Безуспешно всматривалась она в непроницаемое лицо Артея, пытаясь найти там ответы. Только у самого входа он обернулся к ней, кивнул ободряюще и подтолкнул внутрь.

Проход за ними закрылся выросшим из земли валуном. Артей зажег на ладони огонек. По стенам поползли дрожащие тени. Что-то зловещее было во всем этом, и Тейя вдруг почувствовала желание убежать. Сделав шаг назад, она уперлась спиной в Артея. Тот привычным движением положил ей руку на плечо, словно желая успокоить. Из темноты на них шагнул Йорай.

— Мы увидели то, что ты хотела, девочка, — сказал он. — Это было очень… ммм… познавательно. Мы признательны тебе за то, что дала нам такую возможность. А теперь мы все дружно забудем о том, что было в Храме.

— К-как забудем? Почему?

— Потому что это не имеет значения.

— Что значит «не имеет»? Разве оно не доказывает, что вражда была бессмысленной?

— Бессмысленной? — вожак наклонился к ней и злобно зашипел: — Может, и все те страдания, которые пережили мы за десять лет, были бессмысленны? Смерти родных, оставшихся на той стороне — они тоже бессмысленны?

Тейе вдруг стало жутко не хватать воздуха.

— Я не понимаю, что вы имеете в виду, — пробормотала она.

— Начало — это всего лишь начало. Но после него произошло многое. Мы заплатили большую цену. Теперь у всех есть счеты с людьми, помимо Разлома. Так и не нужно будоражить клан такой несущественной деталью.

— Но люди тоже не знают правду! Они думают, что это вы призвали монстра!

— О, это их оправдывает… — иронично произнес Йорай.

— Если бы все знали, ничего бы и не было.

— Но оно было! — вдруг рявкнул росомаха. — А ты предлагаешь притвориться, будто все хорошо? Забыть обо всем только потому, что оно началось как-то неправильно? Ты еще слишком мала. Ты не можешь понять, что такое потерять близких, а потом узнать, что это все не имело смысла!

— Так теперь вы решили построить смысл на их крови? Сколько еще ваших близких должно умереть, чтобы оправдать эту вражду?

— Мы будем сражаться до тех пор, пока не падет последний человек.

— Или ани!

— Я не собираюсь проигрывать бесшерсткам, девочка.

— Вы просто чудовище!

Тейя вывернулась из руки волка. Перед глазами все плыло, сердце стучало как бешеное, а тело изнутри жгло подступившим пламенем.

— Угомони свою протеже, иначе я за себя не ручаюсь, — бросил Йорай волку и вышел из гуриги, снова замуровав выход камнем.

Артей протянул руку, и ани шарахнулась в сторону.

— Тейя, иди ко мне.

— Не трогай меня! Я сама, — прижавшись к дальней стене, рыкнула она.

Она обхватила себя руками, пытаясь успокоиться. Ее всю трясло от перепалки с вожаком. Заходя сюда, она думала, что готова ко всему. Оказалось, нет.

«Это бесполезно» — вспомнились слова Бланка. Он знал. С самого начала все знал. Оттого-то в его глазах застыла такая безысходность, оттого-то он и сопротивлялся ее просьбе. Зная людей, он тут же уловил сходство с кланом ани. Тейе не мешало бы прислушиваться к нему. Разве не предупреждал он, что между кланами мира быть не может? Они враги и точка. И между ними не встанешь. Надо выбирать свою сторону.

— Тейя, — раздалось над ухом.

Она даже не заметила, как Артей приблизился к ней.

— Ты с ним согласен? — подняв на него глаза, спросила ани.

Что-то бунтарское мелькнуло в облике волка и сразу же пропало.

— Он вожак. И он принял решение, — с непривычным смирением ответил он.

— Единолично? А что сказали бы остальные?

— Не стоит это проверять, — он вздохнул и стал терпеливо объяснять, словно непослушному ребенку: — Помнишь, насколько все серьезно? Речь о твоей жизни и смерти. Ты вообще понимаешь, что такое смерть?

— Нет, — огрызнулась она. — Я ведь маленькая, как я могу что-либо понимать!

— Не ерничай. Мне кажется, я переживаю за тебя больше, чем ты сама.

В тоне волка сквозила неподдельная тревога, и Тейе очень хотелось ему верить. Во всем мире он остался единственным, кому было до нее дело, кто не прогонял и не уходил, а, напротив, стремился держаться рядом. Жаль, что невозможно забыть, чем вызвано такое его расположение.

— Все правильно, — она издала то ли всхлип, то ли смешок. — Кому, как не тебе беспокоиться о потере такого чудесного оружия, которое по мановению твоей руки послушно перебьет всех этих гадких бесшерстков?