Чтение онлайн

— Шанайя, позволь мне позаботиться о девочке. Мы с ней подружимся, обещаю, — волк скосил глаза и посмотрел на нее хитрым прищуром.

Последняя фраза показалась Тейе угрожающей. Ани подумала, что поступила опрометчиво. Еще не оправившись от слабости, она лезла в очередную неприятность. И ради чего? Чтобы в конце концов Бланк снова назвал ее глупой малявкой? Сам привел ее сюда — сам виноват в том, что попался. Пусть теперь сидит в плену и думает о своем поступке. Он ей даже не друг — он сам так решил. Она совсем не обязана его вызволять. Нелепое стремление всех спасти всегда приносило только проблемы. Может, настала пора покончить с этим?

— Ладно, — вдруг сменила гнев на милость медведица. — Но чуть что — пеняй на себя!

— О, Шанайя, я восхищен твоим великодушием, — сладко промурлыкал Артей, вызвав у той невольную улыбку. — Я ни за что не подведу тебя.

— Иди уже, ластеха, — напустив на себя строгости, проворчала она.

Волк, все еще придерживая ани, вывел ее наружу.

Как она и предполагала, убежищем ей служила гурига — дерево с полым стволом, используемое кланом в качестве ночлега. Все остальное время ани проводили на свежем воздухе. Здесь не было улиц или каких-либо зданий. Гуриги хаотично заполняли пространство, чередуясь с раскидистыми тендами. Ствол тенды начинался где-то в нескольких метрах от земли, опираясь на высокие корни, растущие в виде конуса. Эти конусы служили беседками и местами отдыха для ани. В отличие от гуриги, сквозь достаточно редкие корни проникали лучи Аструма, поэтому их еще называли «светлыми домами».

Знания сами собой всплывали в памяти Тейи, и это была заслуга Эная. Она вдруг подумала, что отец с самого детства готовил ее к жизни в клане. Он действительно хотел, чтоб она была здесь. Что ж, это свершилось. Она дома. Только отчего-то Тейю не покидало ощущение, что ее заперли в большой красивой клетке. И Артей больше походил на внимательного сторожа, чем на рубаху-парня, которым пытался казаться. От этого ани почувствовала себя еще более одинокой, и в носу предательски защипало.

— Мне уже лучше, — сказала Тейя, намекая, что Артей может отпустить ее.

— Да, конечно, — мягко согласился он. — Но чем ближе ты ко мне, тем у других меньше вопросов.

Она сразу поняла, о ком он говорит. С тех пор, как они вышли от Шанайи, местные жители, встречая их деланным безразличием, бросали ей в спину чересчур пристальные взгляды, и Тейя чувствовала себя большой ходячей мишенью. Наверное, ей следовало переодеться, чтобы не быть такой приметной. Одежда ани представляла собой длинный кусок ткани, которым они обматывали тело различными способами. Но это было одним из того немногого, к чему не смог приучить ее Энай. Сам он предпочитал человеческую одежду, а Тейя во всем старалась подражать ему.

На окраине деревни, где не было любопытных глаз, Артей, наконец-то, отпустил ее. Он присел на поваленное дерево и похлопал ладонью рядом с собой, приглашая присоединиться к нему, но Тейя так и осталась стоять, переминаясь с ноги на ногу.

— Ну, давай, выкладывай, — словно из-под земли явился перед ней Слай. Она уже и забыла о нем. — Кто такая, откуда взялась?

Барсук сказал это с подозрением и даже некой враждебностью, при этом бесцеремонно нарушая личное пространство ани. В поисках поддержки она посмотрела на Артея, но тот, переключив внимание на сорванную им травинку, красноречиво дал понять, что вмешиваться не будет. Лишь на мгновение насмешливый взгляд его янтарных глаз остановился на ани, оценивая реакцию.

— Меня зовут Тейя, — тихо сказала она.

На второй вопрос она просто не ответила. Сделала вид, что его и не было. И выдохнула с облегчением, когда Слай задал следующий, тоже, видимо, забыв о прошлом:

— А лет тебе сколько?

— Двенадцать.

Услышав это, он приосанился и стал как будто выше.

— А что же тебя монстр не утащил?

Сам барсук был немногим старше Тейи, и она парировала:

— А тебя?

Теперь была очередь Слая игнорировать слова Тейи. Но этого выпада он не простил, и его вопросы стали значительно острее:

— Почему ты одета как бесшерсток? Как ты сюда попала? Кто этот тип, что был с тобой? Почему он не убил тебя?

Тейя вдруг поймала себя на мысли, что не хочет отвечать. Эти двое настораживали ее. Один был слишком загадочным, второй — чересчур напористым. Они должны были стать ее друзьями, но за каждым взглядом Артея чувствовалась фальшь, а за каждым словом Слая — недоверие. Ани не могла себе представить, что будет после того, как она расскажет правду, и поэтому решила повременить. Сперва она собиралась разузнать как можно больше о них, и только потом решать, как быть. Ведь так же должны поступать те, кто не является глупой малявкой?

На каждый вопрос барсука Тейя ответила, что не знает или не помнит, и наконец тот вышел из себя:

— Что ты вообще помнишь?

— Ничего, — не моргнув глазом, соврала ани.

— Так-то ничего? Как-то подозрительно у тебя отшибло память. Признавайся: шпионишь за нами? — Слай приблизился вплотную и весьма недружелюбно ткнул своим длинным носом в ее нос.

Этого она уже ему спускать не собиралась. Кончик хвоста нервно дернулся.

— Может, и шпионю, — прошипела ани. — Но и об этом ничего не помню.

На последних словах она подалась вперед и поддела любопытный барсучий нос своим, так, что полосатая голова Слая откинулась назад. Он тут же отскочил, ухватился за ушибленное место и стал его тереть, беспрестанно ойкая. Тейе тоже было больно, даже глаза заблестели от слез, но она сжала кулаки и не шевельнулась. Только сердито нахмурила брови.

Артей рассмеялся.

— Прости Слая, ему не повезло быть самым мелким среди нас, вот он и ищет замену, — потом повернулся к барсуку: — Говорил я тебе: трогать юных магов огня себе дороже. Им очень сложно сдерживать эмоции.

Тот пробурчал что-то нечленораздельное и отошел к ближайшему кусту, чтоб сунуть нос в прохладные листья.

— Откуда ты знаешь, что я маг огня? — удивилась Тейя.

— Чувствую, — равнодушно пожал плечом собеседник. — Мы чувствуем братьев по стихии.

Но она не чувствовала ничего и предположила:

— С помощью фьери?

— Нет, фьери исчезли после Разлома, как и другие аватары. Чувствовать своих — это наш врожденный дар. И, конечно, ты бы могла его использовать, — Артей понизил голос до шепота, — если б выросла среди ани.

Он выразительно посмотрел на Тейю, и ей оставалось только надеяться, что он не успел разглядеть секундного замешательства на ее лице. Как ни в чем ни бывало, волк отвернулся к скулящему в кустах Слаю. Тейя тут же взяла себя в руки и, решив: если врать, то до конца, проговорила:

— Кажется, это я тоже забыла.

— Конечно, — ласково согласился Артей. — После сонного зелья такое бывает. Многих подводит память. Особенно часто — наших врагов, — янтарный взгляд снова переместился на Тейю, и шерсть на ее загривке встала дыбом. — Не стоит волноваться, ты все вспомнишь. Позволь, я помогу тебе.