Чтение онлайн

Оказалось, бармена звали Кёджи, и он был главой «Тигриной Головы».

Феликс и Кёджи начали беседовать на тему происшествия. Я сидел рядом – кто-то притащил мне газировку в стеклянной бутылке, и, ей-небо, потягивая напиток через трубочку, я чувствовал себя ребенком, которого родитель взял на встречу с бизнес-партнерами. Хотя Феликс был старше меня всего на четыре года, а выглядел и вовсе ровесником. Кёдж, как мне кажется, тоже не перешагнул и тридцати лет. Вообще все в банде Тигриной Головы были очень юными – я начал подозревать, что часть из них и может оказаться и вовсе школьниками.

– Что вы не поделили с Муладхарой, раз они так демонстративно убили вашего парня? – нахмурился Феликс.

– Да мы давным-давно распределили города и сферы влияния, – процедил Кёджи. – Уже два года сохранялся мир! Так что сейчас эти суки просто ох…

– Я понял, – кивнул Феликс. – То есть, по идее войны банд не предполагалось?

– До сегодняшнего дня – нет. – Ярость в глазах Кёджи был такой же огненной, как и цвет его волос. – Но сегодня на закате от Муладхары не останется и камня на камне, клянусь.

Остальные члены банды занимались своими делами, но я чувствовал напряжение, разлитое по всему зданию. Казалось, каждый готов сейчас же схватиться за оружие и пойти уничтожать врагов.

– Если не хочешь, чтобы пострадали местные жители, Феликс, – в голосе Кёджи рокотало нутро вулкана, – найди способ оцепить окрестности сам знаешь какого бара в Петебурге.

– Давай не будет спешить, Кёджи, – Феликс покачал головой. – В мире случаются странные вещи. Скажи, если окажется, что Муладхара не объявляла вам войну – если кто-то подставил их, убив Дэнни двумя знаковыми выстрелами – ты откажешься от кровопролития?

Кёджи на какое-то время задумался.

– Так или иначе, я хочу получить голову убийцы, – сказал он в итоге, сложив руки на груди. – Если окажется, что он не из Муладхары – тем лучше. Эти обсосы будут опозорены, если выяснится, что кто-то скопировал их почерк.

– Предположу, что в таком случае они тоже захотят получить голову этого человека, чтобы отомстить, – музыкально протянул Феликс.

– Он убил одного из моих парней, – прорычал Кёджи. – Голова должна быть у меня. Если она станет предметом разногласия – мы все-таки начнем войну банд. Право мести должно достаться Тигриной Голове. Я не уступлю этим ублюдкам.

Феликс откинулся назад на спинке дивана.

– А тебя устроит, если голова достанется мне? – протянул он эдак невзначай.

Я поперхнулся газировкой. Кёджи нахмурился. Какое-то время он молчал, обдумывая это предложение, звучавшее, признаться, крайне самоуверенно.

– Устроит, – наконец сказал он. – Я не хочу войны банд. Если убийцу постигнет справедливое наказание от Небесных Чертогов – я не против. В конце концов, меня всегда и так называли слишком мягкосердечным.

Феликс улыбнулся, протянул ему ладонь через стол, и красно-оранжевый ответил рукопожатием.

Не успели они подняться из-за стола, как вдруг раздался полный ярости крик и наверху лестницы появилась девушка. Черноволосая и худая, без "тигриной" куртки, но одетая в цвета банды – она, грохоча каблуками, бежала вниз по ступеням, и в глазах её стояли слезы.

– Предатель! – крикнула она, хватая с парапета пепельницу и кидая её в Феликса. – Ублюдок! Как ты смеешь являться сюда? Постеснялся бы памяти о Льве!!!

– Лиз, успокойся, – нахмурился Кёджи, перехватывая пепельницу.

– Почему вы вообще разговариваете с ним?! – девушка успела спуститься и теперь стоял у нашего стола, тяжело дыша и глядя на Феликса, как на последнего негодяя. – Эта шавка продалась сволочам, из-за которых умер мой брат!

– Эл, ты перегибаешь, – прорычал Кёджи. – Никто не виноват в...

– Виноваты! – рявкнула она. – Они виноваты – и, скорее всего, он тоже виноват, просто свидетелей не было! Эта тварь переступила через труп моего брата и пошла служить вшивым небожителям! Как вы можете вести с ним дела?!

– Тщ-щ-щ, – Кёджи в итоге просто сграбастал девушку в охапку и прижал к своей груди так, что она продолжала кричать, но уже уткнувшись ему в рубашку. Ее кулаки несколько раз стукнули по нему, но потом она опустила руки и, кажется, стала плакать.

Феликс все это время просто стоял, побледнев и глядя в сторону.

– Элизабет, я… – выдавил он.

Она снова было взвыла от ярости, Кёджи погладил ее по затылку и, посмотрев на Феликса, покачал головой: «Не надо».

Тот сглотнул.

– Вернусь с новостями, – проговорил он и, резко развернувшись, быстро пошёл к выходу.

Мы покинули логово «Тигриной Головы» под сдавленную ругань Элизабет.

Едва мы оказались на улице, как нас догнал один из членов банды. Рыбкин тотчас надвинул мне солнцезащитные очки обратно на нос – хотя я их почти снял.

– Я Богдан. Но все зовут меня Большой Бо. Провожу вас к «Муладхаре»! – отрапортовал парень, чьи синие волосы торчали под такими невообразимыми углами, что можно было на их основе придумывать геометрические задачи повышенной сложности.

– Спасибо, но я прекрасно знаю, где находится их штаб-квартира, – вскинул бровь Феликс.

– Кёджи сказал проводить, – Богдан насупился.

– Кажется, ваш босс боится, что я отвлекусь на какую-то другую задачу после встречи с незабвенной Элизабет, да? – покачал головой Рыбкин. – Ну пойдём.

Бо потащился за нами, крутя в пальцах раскладной нож – он явно выпендривался тем, как ловко с ним обращается. К счастью, когда мы вернулись сквозь портал в Петербург, он спрятал его в карман.

Феликс с бандитом начали беззаботно болтать.

Я надеялся, что из их разговора узнаю что-нибудь о волнующих меня непонятных вещах: почему Рыбкин заставляет меня прятать лицо, какого черта он так хорошо знаком с бандитами, называющими его Истребителем Чудовищ, и о чем кричала это девушка, Элизабет…

Но, увы, Большой Бо и Феликс обсуждали всякую незначительную чепуху: новый сорт мороженого в популярной сети магазинчиков, каких-то общих знакомых, повышение цен на кинжалы из костей ящеров.