Чтение онлайн

– Это место называется Бездна Дремлющих, – объяснил Веналайнен, стоящий рядом со мной в позе гордого первооткрывателя. – В ней заключены проклятые, которым давным-давно местные жители умудрялись поклоняться, словно богам. Они приносили в этой пещере человеческие жертвы и просили о защите – ведь в лесах водились какие-то невидимые сущности, поедавшие путников. Бедные селянам было невдомек, что их боги и есть их враги! Много времени прошло, прежде чем в этот край занесло одного шамана, который понял, что тут происходит. Ему бы не хватило сил уничтожить местных проклятых, ведь они были очень сильны, однако его особая техника – управление камнями – позволила ему создать эту бездну. Он явился в пещеру якобы как новая жертва, и когда проклятые поползли к алтарю, обрушил под ними пол. С тех пор они так и заперты там, во тьме Бездны Дремлющих. А шаман остался жить в деревне. Когда он состарился, то создал этот посох.

Веналайнен ударил посохом по очередной когтистой лапе, сбивая ее обладателя вниз.

– По сути, это проклятое оружие, которое позволяет открывать и закрывать Бездну. Тот шаман вручил посох своему преемнику, оберегающему этот край, а тот – своему. И вот однажды он перешел ко мне.

Я смотрел на сине-зеленый туман Бездны и вслушивался в хрипы, стоны и шепоты проклятых там, на дне. От их ужасных голосов меня мутило. Давление в пещере, казалось, росло от минуты к минуте, а температура – наоборот, падала. Даже солнечные лучи, заливавшие алтарь, стали тусклее.

– Но почему за все эти столетия никто просто не убил проклятых на дне?

– Ты думаешь, кому-то хочется спускаться в неизвестность и, рискуя жизнью, сталкиваться с бесчисленными чудовищами?! – Веналайнен всплеснул руками. – Их там очень много, глупое ты дитя!

– Прямо много? – я напрягся. – Несметное полчище?

Шаман кивнул.

– Именно. И я хочу посмотреть, сможет ли твоя музыка заставить их наконец заткнуться. А то, может, и подстегнет их к тому, чтобы выстроиться акробатической пирамидой, дабы верхний смог вылезти и заглянуть в лицо своего бога. Ведь теперь не наши предки поклоняются им. А они – тебе.

Мурашки побежали у меня по спине.

– Не ссы, юнец, если они начнут вылезать, я столкну их обратно, – утешил Веналайнен. – Это – Спарта! В смысле, Кирьявалахти.

– Хорошо.

Я сел за рояль и начал играть.

Как всегда, моя музыка успешно зачаровала проклятых. Очень скоро их повизгивания и крики сменились полной тишиной, а потом – шепотами «отец… отец». Затем эти шепоты слились воедино, и вот уже по всей пещере хором разносилось:

– Отец! Снизойди, отец!

Проклятые твари уже не просто выли. Они пели.

Чудовищная многоголосая молитва – прямиком из бездны, обращенная ко мне.

Удивительно, но я уже привык к этому дерьму. Я совсем не волновался, моё сердце билось в нормальном темпе. По сути, это была штатная ситуация: я и мой фан-клуб из проклятых, чье развитие я твёрдо намерен поощрять.

Учитывая, что я играл одну из своих любимых мелодий, я даже испытывал наслаждение. Никогда не думал, что на нее может так хорошо лечь хоровое пение.

Проклятые твари начали постепенно выкарабкиваться из пропасти: причем уже не одиночками, как раньше, а парами и тройками. Тощие и толстые, странно перекрученные, чересчур длинные, с мордами, будто вырезанными наугад. Они медленно поднимались над краем алтаря, не переставая петь.

Веналайнен проворно сбивал их посохом обратно.

В какой-то момент всё это стало похоже на игру. Как в автомате с выскакивающими из отверстий привидениями, которых надо лупить молоточком: только теперь эти привидения были живыми, звали меня отцом и ползли ко мне с песней на устах, а молоточек находился в руках эксцентричного шамана.

Я даже почувствовал что-то вроде азарта.

Интересно, как много тварей я смогу поднять из Бездны?

Я играл всё громче, экспрессивнее; проклятых появлялось больше; Веналайнен двигался быстрее – четкие, отточенные, зрелищные движения!.. Я перешёл на музыку в стиле Ханса Циммера: мне казалось, я исполняю саундтрек к фильму о каком-нибудь герое с мечом, защищающем родную гору от захватчиков.

И вдруг: шаман крутанул посохом так, что тот засиял, и выкрикнул заклинание, после чего все-все видимые над Бездной твари дружно попадали вниз. Веналайнен повернулся ко мне и, положив мне руку на плечо, резко сказал:

– Хватит. Остановись, Женя.

Он впервые назвал мое имя.

Я оборвал мелодию – и хор проклятых умолк вместе с ней. Бездна Дремлющих погрузилась в тишину. Наверное, твари устали. Им нужно отдохнуть, прежде чем снова пытаться выбраться.

Я сложил руки на коленях и в ожидании посмотрел на шамана.

Ну? Что скажете?

– Едрыть-колотить, ты действительно жуткий, – Веналайнен утёр каплю пота со лба, и я вдруг заметил, что его руки дрожат, а кожа – бледнее, чем прежде.

Меня тотчас словно окатило ледяной водой. Сердце пустилось вскачь.

СТОП! Серьезно?!

Это я сейчас так увлёкся, что загонял несчастного старика? Но… Черт! Как я мог?! Я был обязан понять, что ему может не так просто даваться вся эта беготня, а не чувствовать азарт в такой ситуации! И я точно не должен был думать, что гребаный хор чудовищ – отличное дополнение к моей музыке!

Я вскочил на ноги и стиснул рубашку на груди.

– Простите, мастер! – вспомнив, чего Веналайнен вчера хотел от Клугге, я низко поклонился.

– За что ты извиняешься, дурак?! – взревел шаман, и его посох треснул меня по заднице.

– За то, что... переборщил?

Из меня вдруг будто выкачали все силы. Я расстроенно и виновато опустился на табурет.

– В смысле «переборщил», олух?! – гаркнул шаман. – Я сказал тебе играть, ты послушно играл! Нечего тут извиняться! Что за привычки!.. Так, я немного пришел в себя и смирился с масштабом происходящего. Теперь давай ставить эксперименты. Нам надо понять, как все-таки ты можешь управлять проклятыми. А для того, чтобы мы поняли это быстрее, я воспользуюсь своей магической техникой.

Он шумно выдохнул сквозь ноздри. Еще одна капля пота поползла у него по виску.

– А вам не надо сначала немного… – начал было я, но Веналайнен прервал меня, опасно сузив глаза и предостерегающе ткнув крючковатым пальцем мне в грудь.

– Скажешь «отдохнуть», и я сброшу тебя в Бездну, ясно? – прошипел он. – Какой невоспитанный и самоуверенный мальчишка, а! Не смей недооценивать мои силы!

Я только лихорадочно и виновато закивал.

Судя по тому, что мы приступили к экспериментам почти сразу же, и больше ничего в облике Веналайнена не выдавало напряжения и усталости, я действительно поторопился считать его немощным стариком.

Что касается его особой техники, то шаман оказался колдуном-чувственником. По сути, он был чем-то вроде телепата: умел читать эмоции и воспоминания людей, а также мог вмешиваться в управление ими и, наоборот, транслировать свои.

Мощный дар! Но с очень серьезным ограничением: чтобы соприкоснуться с внутренним миром другого человека, Веналайнену нужно было дотронуться до него и получить разрешение. Из-за этого талант шамана не подходил для оперативной работы, зато помогал в преподавании.