Чтение онлайн

– Какая необыкновенная щедрость! – голос Грега звучал сладко, но я отчетливо расслышала в нем нотки неприязни. – Кто же вы, господин?

Звук тяжелых шагов затих напротив сцены, и по спине пополз липкий страх.

Боги, пожалуйста, сделайте так, чтобы я ошиблась и это оказался не тот, о ком я подумала!

– Ральф Морриган? – обескураженный голос отчима дал понять, что никакой ошибки быть не может, и боги оказались глухи к моим мольбам. – Вот уж кого не ожидал тут увидеть!

– Не сомневаюсь в этом, - процедил тот, кто однажды стал причиной моих горьких слез. – Уверен, что вы бы предпочли, чтобы я и вовсе сгинул на войне. Должно быть, вам очень досадно.

– Ну что вы такое говорите! – Грег натянуто рассмеялся. – Вы герой, благодаря вам наша страна одержала победу. Что привело вас на наше скромное собрание?

Повисла тишина, и я чуть-чуть приоткрыла глаза, чтобы понять, что происходит.

Напротив меня стоял тот, кто однажды превратил мою жизнь в кошмар.

Генерал драконов, Ральф Морриган, собственной персоной!

Он выглядел все так же, каким я его помнила: высокий, умопомрачительно широкоплечий, на волевом подбородке короткая щетина, а густые темные волосы до плеч небрежно отброшены назад.

Синий китель сидел на нем как влитой, подчеркивая мускулистое тело, а распахнутый ворот белой рубашки открывал крепкую шею.

Стальной взгляд серых глаз, казалось, жег насквозь, и мне захотелось немедленно провалиться сквозь землю. Уж слишком хорошо я помню, как в этих глазах вспыхивает оранжевое драконье пламя.

– Вы продаете, - Ральф указал на меня пальцем, - а я покупаю. Ответил на ваш вопрос? Заверните покупку!

Посетители трактира, сидевшие до этого времени тихо, взорвались хохотом, который чуть не выбил мне барабанные перепонки.

– Но подождите, - вдруг растерялся Грег. – Я не ослышался? Вы точно предложили за мою падчерицу тысячу золотых монет? Не думаю, что она стоит так много!

– Вы странный продавец, - презрительно ответил дракон. – Отказываетесь от продажи? Или как?

Отчим яростно кусал губы. Почему он вдруг принялся отговаривать покупателя, неужели передумал?

– Покажите деньги, - потребовал он. – Может, вы меня обмануть хотите?

Я обхватила себя руками, чтобы унять сильную дрожь, которая сотрясала меня от кончиков пальцев на ногах до макушки.

– Смеешь сомневаться в моих словах? – выплюнул дракон, и его глаза загорелись янтарным огнем. – Ты, жалкий человечишка…

– Не продолжайте, я понял, - торопливо заговорил отчим, выставляя руки перед собой, будто защищаясь от нападения. – Давайте деньги, подпишем парочку документов, и девушка ваша! Можете делать с ней все, что душе вашей будет угодно, если она у вас есть, конечно…

– Дошутишься, Грег, - холодно произнес дракон, и у меня на затылке волоски почти встали дыбом от той угрозы, которая слышалась в его голосе. – Рассказать, как легко у вашей породы отрываются конечности? Могу и показать, конечно, ты только попроси.

Меня снова замутило. Это не может происходить со мной, просто не может!

– Пройдемте за мной в кабинет, - залебезил отчим, - там и порешаем наши дела! Следуйте за мной, пожалуйста!

Дракон бросил на меня короткий взгляд, едва заметно ухмыльнулся и махнул рукой. Сразу же на сцену подскочили двое человека в военной форме и, подхватив меня под руки, увели за отчимом.

– Я сама могу идти! – шипела я сквозь зубы, пытаясь вырваться. – Уберите руки, солдафоны!

Ответом мне было гробовое молчание, лишь Грег кротко вздохнул.

– Вы уверены, что все еще хотите ее купить? – заглядывая в глаза дракону, спросил он. – Я ведь не успел рассказать, какой у нее вздорный характер! Постоянно спорит, не подчиняется – подумайте хорошенько!

Мы вошли в тесный кабинет хозяина трактира, который выскользнул наружу, кланяясь так низко, что почти коснулся макушкой пола.

Дракон расположился за письменным столом, закинул на него длинные ноги и бросил отчиму увесистый кожаный мешок, туго набитый монетами.

– Подписывай бумаги, - коротко приказал Ральф, - передавай мне девчонку – и дело с концом!

Грег трясущимися руками поставил подпись на гербовой бумаге и протянул ее дракону.

– Ну вот, господин Морриган, - промямлил он, нежно прижимая к себе мешок с монетами, - теперь это ваша головная боль, а не моя! Приятно иметь с вами дело!

– Не могу ответить тем же, - равнодушно отозвался Ральф, поднимаясь на ноги. – Надеюсь, больше вас не увижу.

Он подал знак своим людям и вышел из кабинета. Меня потащили вслед за ним, все так же сохраняя гробовое молчание и не обращая внимания на мои протесты.

У крыльца трактира стояла роскошная карета с золотистыми вензелями, запряженная четверкой самых великолепных лошадей, что мне доводилось видеть! Однако полюбоваться ими я не успела, получив чувствительный тычок в спину.

– Послушайте, вы! – крикнула я в спину высокомерному нахальному дракону. – Немедленно прекратите этот фарс и объясните мне, зачем вы явились сюда!

Ральф оказался возле меня так быстро, что я ойкнула от неожиданности.

– Поласковей, дорогая, – зловеще улыбнулся он, пропуская между пальцев прядь моих волос. – Я теперь твой хозяин. Не бросай мне вызов! А то придется напомнить, каким я могу быть… как ты меня тогда назвала? Ах да, точно! Злобным чудовищем!

Он был так близко, что я невольно попятилась назад, уперевшись в солдат, которые удерживали меня.

– Приятно видеть, что я по-прежнему вызываю у тебя сильные эмоции, - насмешливо произнес Ральф, заметив мое движение. – Сажайте ее в карету! И будьте начеку – она непредсказуема и может попытаться сбежать!

Он подал знак своим людям, и меня снова бесцеремонно потащили.

– Отпустите, вы, дуболомы! – я изо всех сил упиралась ногами в землю. – Я на вас жалобу напишу! Вы все под суд пойдете!

Из трактира на мои крики выбежали почти все посетители и с нескрываемым удовольствием наблюдали, как меня запихивают в карету. Отчим стоял на крыльце, сложив руки на груди, и глаза его светились злорадным торжеством.

– Доброго пути, Каролина! – выкрикнул он, заметив мой взгляд и помахав мне рукой. – Надеюсь, тебя научат уму-разуму!

– Какой же мерзавец, - прошептала я с отвращением, когда сильные руки усадили меня на мягкое сиденье.

Силы почти оставили меня, голова кружилась, а запястья саднили.