Чтение онлайн

Я замер. А совсем рядом с ухом послышался характерный электрический звук. Словно по металлическим шинам бежал ток высокого напряжения.

Странно, но почему-то в этот момент мне было совсем не страшно. Хоть я и ни на минуту не сомневался, что дёрнись я сейчас, придёт неминуемая, возможно, болезненная смерть. Умерший у моих ног - лучшее тому подтверждение, дыра в его груди вовсе не иллюзия. И ещё я почувствовал, как от камня, что висит на моём теле, исходило спокойствие и уверенность, как бы ни странно звучало подобное. Он словно говорил мне: 'Не отдавай, и всё станет хорошо. Не отдавай!' И волны, исходящие от камня, были сродни успокаивающему голосу мамы, когда ты ещё совсем маленький, и только она сможет защитить тебя, успокоив.

Гудение у уха усилилось и сомнений, что промедли я хоть мгновение, не осталось - сейчас меня убьют. И тогда резким движением, изо всех сил, я повернул камень.

Мужик с копьём исчез, дождь кончился. А я стоял один среди деревьев, кажется, на той же поляне... Или, не на той?!.. Ни умершего парня у ног, ни того гада...

Я ничего не успел понять. Сперва мне показалось даже, что Свейг, или как его там, привёл в действие угрозу, и я перенёсся на небеса. Или, в какое-то другое, менее приспособленное для рая, место. Однако, ступни мои всё так же стояли на земле (хорошо, уже не небеса!), а над головой светило яркое солнце. Что означало, что попал я отнюдь не в ад, ибо где вы встречали преисподнюю с ласковым солнышком? Даже, двумя...

На этом месте размышлений я решил не глядеть больше наверх, поскольку вероятность угодить в дурку увеличивалась с каждым новым светилом. Уже в два раза, а если ещё парочка обнаружится? А огляделся по сторонам, и увиденному, мягко говоря, не порадовался.

Осенний лес ни с того превратился в летний, куда-то пропали кусты сирени и боярышника, а их место заняли незнакомые, впервые видимые мной, растения. Напоминающие, кстати, тропические.

Решив не испытывать дальше разум, а вернуться на стадион, к народу, я продрался сквозь растительность. Выйдя из чащи там, где по всем прикидкам, в неё зашёл. Поле. Только, не футбольное, с беговой дорожкой и трибуной, а просто - поле. Хоть, траву коси!

Впрочем, не всё оказалось так плохо, во всяком случае, на первый взгляд. Поскольку на второй, за верхушками деревьев, виднелись силуэты высоких, каменных домов. Оглядевшись ещё раз и не обнаружив признаков стадиона, я и направил себя к ним. Стараясь не глядеть на небо и думать исключительно о хорошем.

Очень скоро луг с травой по пояс пересекла дорога. 'Дорога, так дорога, уже неплохо!', подумал я, свернув на неё. Благо, пролегала она в попутном направлении. Только теперь, шагая, мне приходилось смотреть исключительно вперёд и по сторонам. Поскольку на небо с двумя солнцами нельзя, под ноги, тоже - нельзя... Иначе точно, психушка. Так как мостовых в парке Измайлово, вымощенных по старинке, булыжником, я чего-то не мог припомнить. Да и не было их там никогда, зуб даю.

До города оставалось всего ничего, и лес почти закончился, но тут же всё стало совсем плохо. Поскольку позади послышался отчётливый стук копыт.

'...И если там не московская конная полиция или не представители какого-нибудь жокейского клуба, то...' Я остановился, сложив руки на груди и приготовившись к худшему. Ожидания, в общем, не подвели.

Нагонявшие оказались ни теми, ни другими. Что дела мои плохи я понял, когда завидел их ещё издали. Всадники щеголяли в таких же плащах, что и те двое, на стадионе. Говоря точнее, они были одеты в белые балахоны, как погибший паренёк. В том, что ребята скачут по мою душу, не возникло сомнений ни на секунду - уж больно резво те пришпоривали лошадей, указывая в мою сторону. 'Раз, два, три, четыре...' - механически считал я, остановившись. Бежать? Куда?! Когда счёт дошёл до цифры 'восемь', меня окружили.

Оказавшись в центре кольца фыркающих, разгорячённых животных, мне стоило огромного труда усилием воли держать себя в руках, стоять на месте и не дёргаться. Если кто не верит, пусть сам попробует оказаться хрен знает где в такой ситуации, погляжу на него! Ну, долго будем так переминаться? Хотели чего - спрашивайте, нет - валите! Когда я уже собрался высказать свои мысли вслух, низкий голос нарушил молчание:

– Откуда у тебя амулет Силы, чужеземец?

Вот, точно знал, что к добру эти побрякушки не приведут. Как задницей чувствовал! Эти ролевые игрища, чтоб их...

– Мне отдал его умирающий парень там, у стадиона!
– Указал я рукой в направлении, откуда вышел.
– Отдал и... И умер.

Последние слова вызвали настоящую бурю: лошади заржали, задвигавшись, и ближайшая ко мне, поднятая ездоком на дыбы, едва не угодила копытом в голову. Я еле успел отскочить, чтобы увернуться от следующей, норовящей сшибить грудью незадачливого студента.

Что-то тяжёлое ударилось о землю позади. И когда я обернулся, то обнаружил рядом спешившегося наездника, взгляд которого способен был прожечь дыру хоть в титановом сплаве, мать его дери. Беда в том, что свой пламенный взор он сейчас устремил в меня!

– Что ты сказал, повтори? Юный Хранитель клана Солнца, мёртв?! Я не ослышался?
– прокаркал он, угрожающе замахнувшись.

Я не отводил глаз от его руки. В которой тот сжимал длинный, сверкающий синим пламенем на кончике, занесённый кинжал.

– Оставь его, Серг, не спеши.
– Произнёс голос, что заговорил со мной первым.
– Не забывай, что случается с теми, кто покусится на жизнь владельца амулета! К тому же, чужеземец должен поведать нам всё, что знает.

– Да, милорд...
– поклонился тот с неохотой, пряча кинжал в ножны.

– Чужеземец! Укажи нам ещё раз, где это произошло?
– спокойный голос 'милорда' внушал надежду, что меня не грохнут. Во всяком случае, не здесь и не сейчас.

– Там!
– указал я снова в направлении леса.

В тот же миг, не успел я и 'ойкнуть', чья-то сильная рука, обхватив поясницу, легко, словно пушинку, подбросила меня наверх, перекинув через туловище лошади. А ещё через секунду, подскакивая от взятого всадниками галопа, я вместе с ними нёсся обратно к поляне. Кляня на чём свет стоит булыжную мостовую, ночную пьянку, желание помогать кому-либо и вообще: весь белый свет в копеечку.

– Расскажи нам ещё раз, чужеземец, о гибели юного Хранителя.
– Старик в белой мантии поднялся с трона, подойдя вплотную.
– Быть может, ты упустил мелкую деталь, о которой сможешь вспомнить сейчас?

Я с тоской посмотрел вокруг. В полутьме круглого зала, освещённого тусклым пламенем свечей, мрачные лица 'синода' (про себя я сразу окрестил собравшихся именно 'синодом') были едва различимы. Все одиннадцать членов мероприятия, начиная от старика, имели возраст по ниспадающей, либо - по нарастающей, без разницы. Самому молодому из них на вид было лет двадцать пять. 'Прямо, двенадцать месяцев какие-то!' - вдохнув побольше воздуха, я начал рассказывать в третий раз:

– Первая пара у меня физкультура, мы сдавали норматив по бегу. А вчера ночью отмечался день группы! И когда я зашёл в лес, отдохнуть...

Продолжая повторять уже отскакивающую от зубов историю, мысленно я вернулся к недавним событиям, поскольку окончательно поверить в произошедшее всё ещё не мог.

Оказался я в этом странном зале довольно просто. Когда всадники в капюшонах доставили чертыхавшегося меня на место, то, разумеется, никого там не обнаружили. Поскольку даже я уже к тому моменту сообразил, что нахожусь не в своём привычном мире, а... В общем, в каком-то мире ином. Псих, что звался Сергом, разозлившись, снова захотел меня пристукнуть. Для чего даже обнажил свой клинок с синим светом, начав махать им из стороны в сторону. На что, в свою очередь, не выдержав такого обращения, я предложил ему не рисоваться перед публикой, а бросить пукалку, и пообщаться как мужчина с мужчиной, врукопашную (разве, сделал я это не слишком корректно, в процессе назвав того пару раз дешёвым фраером и понторезом, да сдобрил речь несколькими прилагательными). Так бы и лежать незадачливому попаданцу с дырой в теле, не вмешайся в разборку всё тот же 'милорд':