Чтение онлайн

Зарождение человека происходит при встрече двух яйцеклеток в нужное время в нужном месте. Материнская яйцеклетка спокойно шествует, освободившись из яичника, по фаллопиевой трубе к матке. А навстречу к ней мчатся более 2,5 млн сперматозоидов. Наиболее проворные в нее внедряются, образуя овоцит. Тайные силы природы осуществляют взаимодействие двух генетических наборов (женского и мужского) и формируют ткани – все органы и системы организма человека. Вершиной материального субстрата является нервная система – мозг человека. Не будет преувеличением охарактеризовать мозг как самую высокоорганизованную материю на планете с колоссальными потенциальными возможностями, как самую чувствительную к вредным воздействиям окружающей среды (нехватке кислорода – гипоксии, недостатку притока питательных веществ, травме, инфекции и т. п.).

Абсолютно корректно можно утверждать, что все органы и системы человеческого тела имеют одну конечную цель – оптимально обслужить нервную систему: мышечно-костная система передвигает мозг по планете; кости черепа охраняют мозг от травмы; кожа и слизистые, как и органы чувств, информируют мозг о внешней среде обитания; желудочно-кишечный тракт перерабатывает пищу до удобоваримого состояния, чтобы накормить мозг; печеночная и почечная системы очищают кровь от вредных молекул; сердечно-сосудистая система доставляет питательные вещества, включая кислород от легочной системы; иммунная система обеспечивает защиту мозга и всех систем от инфекции и т. д.

Выясненная деятельность отдельных нервных клеток – нейронов – положена в основу создания персональных компьютеров. Сегодня самые лучшие компьютеры моделируют работу около 200 тыс. нейронов. Это уже думающие компьютеры, способные решать мыслительные задачи (играть в шахматы, обслуживать роботов и т. п.). А мозг новорожденного человека состоит из более 15 млрд нейронов – колоссальный резерв для выживания мозга! Поэтому мозг новорожденного – самый лучший персональный компьютер на планете Земля. И всю жизнь мозг индивидуума закладывает все новые программы для своей деятельности. Благо, если программы созидательные, и беда для человечества, планеты, если эти программы разрушительные, деструктивные.

В какой ситуации формировалось мое тело и мозг?

Философия оптимизма проста как ясный день. То, что человек рождается, – абсолютная случайность, так как мама могла прервать беременность, спонтанно или произвольно; также будущего ребенка поджидает много инфекций и травм внутриутробно и при прохождении к белому свету и воздуху и многое другое. А то, что каждого из живущих не будет, – это абсолютная закономерность. Отсюда выводы:

1) радуйся жизни сам и радуй других;

2) не бойся уйти в мир иной, однако сделай это как можно позже.

Моя старшая сестра Таня сообщила «секреты» моего появления на свет. Мама, Панасейко Ефросиния Терентьевна, 1903 года рождения, и папа, Скоромец Анисий Иванович, 1906 года рождения, к 1931 году произвели на свет Божий четверых детей и решили «завязать» с этим, считая, что выполнили чадородную миссию. Благополучно родив сына Ивана (рано погиб, фотографий не осталось) и троих дочерей – Таню, Марусю и Галю, больше заводить детей не планировали, так как годы пошли трудные – голодомор на Украине в 1932–1933 годы. Политики создали искусственную ситуацию: урожай был хороший, но у крестьян отобрали все зерно – для того чтобы накормить горожан и отдать долги США. (По информации, полученной в Музее города Путивля в 2004 году на выставке «Голодомор на Украине», зерно, предназначенное для американцев, высыпали в Черное море за ненадобностью Америке.) К весне 1933 года народ Украины семьями вымирал. Моим родителям мешок муки подарил бездетный сосед Рыбка Алексей Антонович (механизатор МТС, где платили лучше, чем колхозникам на трудодень). Этот поистине добрый и умелый мастеровой человек живет и здравствует уже более 90 лет! И ходит, а точнее, ездит на велосипеде в мастерскую-кузню. Ему попадались спутницы жизни слабые здоровьем – рано уходили в мир иной. Однако находятся сердобольные и заботливые женщины, которые помогают ему по дому. Алексей Антонович не курит, по праздникам пьет только хорошее вино, чем стараюсь его обеспечивать впрок в знак благодарности за сохранение нашей семьи в голодоморье и за мелкие услуги по нынешнему быту, строительству – нарезать и заточить костыли, наточить лопату, пилу и т. д.

Первым председателем колхоза в Анастасьевке был А. А. Бемберя, хороший организатор, спокойный, доброжелательный, немного глуховатый. В послевоенные годы председателем колхоза работал Михаил Никифорович Бутко. Его дочь Нина, моя одноклассница, была очень похожа на свою мать (смуглая кожа, темно-карие глаза, легко возбудимая и часто возмущающаяся по пустякам).

Мои родители работали от зари до зари – от восхода солнца до появления вечерней звезды или луны. Трудились с песнями, преуспевали в уборке зерновых и сахарной свеклы. Мама была звеньевой в колхозе. Благодаря трудолюбию и крестьянской расторопности она первая на Украине вырастила высокий урожай сахарной свеклы – 500 центнеров с гектара. За это ее официально нарекли первой пятисотенницей. Для выращивания такого урожая мама зимой и весной удобряла землю пеплом из перегоревшей соломы и куриным пометом. Она стала стахановкой, и ее избрали делегатом Второго съезда колхозников-ударников в 1935 году (11–17 февраля). На этом съезде был принят Примерный устав сельскохозяйственной артели.

На фоне интенсивной физической работы по уборке урожая и ярких эмоций от поездки в Москву на съезд, где общалась с «вождем всех народов» И. В. Сталиным (в награду получила его бронзовый бюст), у мамы прекратились месячные. Она подумала о наступлении климакса. А потом обратила внимание на полноту в животе и легкое шевеление. Испытав некоторый ужас, пошла к местной абортмахерше (тетке Явдохе), которая «выручала» забеременевших односельчанок простым способом: деревянное веретено (с его помощью в долгие зимние вечера пряли нитки из конопли) смазывала хозяйственным мылом и вводила в шейку беременной матки, оставляя там на некоторое время. Вскоре наступали преждевременные роды, или просто выкидыш. Аборты в то время в Советском Союзе были запрещены, чтобы восполнить массовые потери во времена Гражданской войны и коллективизации с раскулачиванием. Накануне сделанное прерывание беременности одной односельчанке (криминальный аборт) осложнилось тяжелым воспалением матки с высокой температурой. Если эта заболевшая обратится за медицинской помощью и выявится содеянное, ответчице (абортмахерше) придется отбывать длительное тюремное заключение. Поэтому она категорически отказалась «помочь» маме избавиться, как выяснилось через 4,5 месяца, от меня. 27 марта 1937 года мама родила меня на теплой печи. Это произошло примерно в 18 часов. Дома была старшая сестра Таня, которой в то время стукнуло аж 12 лет, и она ржавым самодельным ножом перерезала пуповину и перевязала суровой ниткой. В сельсовете меня зарегистрировали 28 марта 1937 года, в день Александра, что и определило выбор имени. В роду Скоромцов это строго соблюдалось – новорожденного называть по святцам церковных имен, т. е. именинным дням. Этим саморегулировалось равномерное накопление различных имен. Так случилось, что мой дедушка Иван имел родного брата также по имени Иван, так как оба родились в дни именин Ивана (один – весной, другой – осенью), и были в одной семье Иван-старший и Иван-младший. Маме я показался маленьким и слабеньким, она произнесла: «Хорошо, что не взяла грех на душу, он такой хилый, что и сам помрет». Вместе с тем мама была нежная и нежадная – кормила меня грудью до двух лет, пока мне самому не стало стыдно сосать сисю (но привычка эта осталась на всю мою сознательную жизнь!).

Моя мама – Ефросиния Терентьевна Скоромец-Панасейко (1903–1979)

Мой отец – Анисий Иванович Скоромец (1906–1984)

Сестра Татьяна Анисимовна (Крохмальная) (01.10.1926–14.10.1993), ее муж Александр Семенович и я

Сестра Мария Анисимовна (Носыко) (03.03.1929–08.06.1985)

Сестра Галина Анисимовна (Бардаш, род. 15.08.1931)

Мне уже 12 лет

Анастасьевка, р. Артополот, которая впадает в Сулу

Здание сельского совета и управления колхоза им. М. И. Калинина в с. Анастасьевка

Мемориальная доска первому председателю сельского совета П. К. Мартыновскому и первому председателю колхоза О. О. Бемберя

Бюст летчицы – старшего лейтенанта Е. И. Зеленко

Сам я ничего этого не помню, в памяти – рассказ сестрички. Мама никакого декретного отпуска не имела, продолжала физически работать. Нянчиться со мной поручили средней сестричке Марусе (1929 г. р.), самой красивой и нежной. Ей нередко приходилось носить меня на подкрепление маминым молочком в поле, иногда она оставляла меня лежать в борозде или под копной снопов жита. Я посплю-посплю, а потом покушаю и снова – спать.

Короткие фрагменты в памяти сохранились с двухлетнего возраста, когда хутор Репьяхивку ликвидировали и на возу перевозили домашний скарб и меня в хутор Артополот (этот хутор был большим, какое-то время назывался по фамилии пана – Суденка, примыкал к другому хутору Шкарупын). После объединения хуторов образовалось село, которое нарекли именем рано ушедшей из жизни дочери пана Шкарупы Анастасии – Анастасьевка.

Находясь первые два года на хуторе, считай в поле, я не общался с детьми-сверстниками. Их там не было. Поэтому первые месяцы жизни на новом хуторе я прятался дома, избегая общения с соседом через дорогу Гришей Белошниченко. По возрасту он был старше меня на два года. По учебе в школе я сравнялся с ним в пятом классе, так как он повторял учебу в одном классе дважды. Будучи соклассниками и имея психологическую совместимость, мы подружились и к урокам готовились вместе – домашние задания он списывал у меня. Но это происходило уже в послевоенные годы – в конце 1940-х годов.