Чтение онлайн

С момента присоединения ко мне брата прошло часов пять, то есть, после захода в игру, мы уже два дня оказывались в мрачной секции пещер.

– Опять сороконожка ползет!
– шепотом оповестил я Феодория, который уже быстро пытался забраться на один из относительно невысоких сталагмитов.

Подсадив его, я, вскарабкавшись следом, переполз на соседний каменный нарост. Теперь главное сидеть тихо и не высовываться...

Противное похрустывание и щелканье раздалось совсем близко. Скосив глаза, я увидел два тонких, белесых усика. Вскоре показалась и многоногая тварь двухсотого уровня. Она медленно перебирала слегка фосфоресцирующими конечностями, пробираясь вперед, шевелила усиками, отыскивая дорогу. Пластинчатый, и, наверняка, весьма недешевый панцирь поскрипывал, надежно прикрывая чудовищу спину. Вдруг, когда сороконожка оказалась прямо под нами, она остановилась, активно шевеля длинными антеннами-усами.

Мы окаменели. Не знаю, как брат, но мое сердце недолго думая ухнуло в пятки, а на его место тут же приполз леденящий страх. Обвив шею в ледяном захвате, он спустился в пятки, проморозив сердце, вернулся назад, вполз в голову и, сковав разум оковами ужаса, благополучно там и залег.

"Заметит?.. Увидит?.. Нападет?.. Успеем ли мы сбежать?.. Нет... слишком большая разница в уровнях... У нас под пятнадцатый... А у нее?.. Может все же..." - примерно такие, скорее, даже не мысли, а отрывочные умозаключения витали в тот момент у меня в голове.

Тем временем многоногая тварь, ощупав стены и, видимо, удовлетворившись результатом, поползла по своим подземным делам дальше... Как и в два предыдущих раза...

Утвердившись, что многоножка скрылась за поворотом, я устало спрыгнул вниз. Привычная жизнерадостность куда-то улетучилась, даже не сказав "Прощай!". Иногда мне начинало казаться, что эти мрачные столбы, служащие в этой огромной пещере перегородками сосут из нас жизнь. Нет, наши шкалы Здоровья, Манны и Запаса Сил оставались в полном порядке, но вот на эмоциональном уровне... Складывалось такое ощущение, что в скором времени я буду шарахаться от любых дыр в земле, колонн, конусов и пирамид. Даже в реальности...

Брат медленно сполз за мной и, помассировав ноющие от переживаний виски, проверил снаряжение.

– Жаль только, что мы оказались тут на пятнадцатом уровне, а не на двухсотом, - он задумчиво проследил взглядом толстую полоску слизи, оставшуюся за какой-то тварью.

– У меня только четырнадцатый, у тебя - десятый, до пятнадцатого нам еще расти и расти, - я был настроен столь пессимистично, что даже быстрый рост уровней меня как-то не радовал.

Но в этом Федя был действительно прав. За очень короткое время я сумел увеличить свой уровень вдвое, а Феодорий - почти в три раза. Брат "раскачивал" себя с уклоном в Боевую Магию, я - в Скрытность и Алхимию. Из этого вполне закономерно следовало, что первым иду я, оповещая шагающего метрах в двадцати позади Федю, после чего, либо взмываем на ближайший и хоть капельку подходящий для скалолазания столб, либо общими усилиями забиваем зверюшку, не сильно отличающуюся от нас по уровню.

Пригнувшись и, стараясь производить как меньше шуму, я пошёл дальше. Спустя полминуты сзади послышалось приглушенный шепот брата:

– Слав, где твои глаза?!

Голос его звучал хмуро и раздраженно.

Я обернулся и увидел, что тот стоит возле правой стены, старательно пытаясь соскоблить с нее слизь. Подойдя поближе, я не менее раздраженно бросил:

– Там, где надо, на лбу! И я, заметь, исправно смотрю вперед! На висках глаз у меня нет, в отличии от некоторых!

– Заткнись, - холодно бросил он, затем выпрямился и показал расчищенную поверхность.
– Лучше посмотри, на что мы наткнулись.

– Дырка... в стене. Что ты этим хотел сказать?

– Засунь туда руку.

Хмыкнув, я осторожно заглянул в проем. Действительно, как раз руку просунуть можно. Впрочем, совету брата я последовал не сразу, а лишь только после того, как осветил выемку плесенью. А вдруг там сидит кто-то не в меру зубастый и очень, очень голодный?!

Увидев мои подстраховки, Федя хихикнул и, без всякой опаски, засунул ладонь в щель.

– Видишь? Теперь ты. Ну, что скажешь?

Я сосредоточенно ощупал заднюю стенку выемки. Там действительно было что-то квадратное и выпуклое. Чересчур правильной формы, чтобы списать это на выверт придуманной природы. Увлекшись, я надавил на него чуть сильнее и по локоть провалился в стену.

Вскрикнув от неожиданности, я рванулся на себя и чуть не упал в разверзшийся за спиной провал.

– Я же только пощупать просил, - недовольно пробормотал брат, склонившись над пропастью.

– Ёперный театр!..
– охарактеризовал я ситуацию, глянув туда же.

– Во-во, я о том же.

В низ вела лестница. Точнее, вырубленные в камне дыры, спускающиеся в непроглядную тьму.

У меня закружилась голова и я поспешно шагнул назад:

– Я туда не за какие золотые не полезу!

– А, по-моему, придется, - брат никак не желал выползать из меланхолично-пессимистично-раздраженного настроя духа.

Я удивленно нахмурился и вопросительно посмотрел на Федю. Тот в первые за несколько дней, хотя и не весело, но улыбнулся:

– Пока ты следил с сталагмитов за тварями, что ползали внизу, я смотрел по сторонам. Ты же уже заметил, что мы нарезаем круги? Несмотря на то, что колонны закрывают полный обзор, кое-что я понял. Этот лабиринт - что-то в роде круга, поделенного на две половинки. В одном - Площадка Возрождения, а во второй, сейчас скрытой от нас непреодолимой стеной колон, выход наружу. Я так думаю, по крайней мере.

– Ты уверен, что в нашей половине выхода нет?

– Исключено.

– И эта дыра - сквозной проход между сегментами?

– Я на это очень надеюсь. Пока мы блуждали, я уже замечал несколько похожих мест, но не обращал внимания. Видишь, вокруг проема с кнопкой камень слегка обтесан и покрыт вьющимся узором.

Я покусал губы, затем вытащил из рюкзака кожаный шлем - одну из тех вещей, что я взял у погибшего Кей-Ошь-Мьяка.

– Наберу побольше плесени, - просветил я Феодория.

– Нет, лучше я. А ты сиди на сталагмите и мониторь ситуацию!

Я был не против.

***

Тягучие, светящиеся мертвенно-зеленым светом капли полетели в темноту. Вниз мы слили совсем немного, так что светящаяся субстанция очень быстро скрылась в темноте.

– Глубоко, - я посмотрел на брата, затем продолжил: - у меня большая Ловкость, спускаюсь первым. Затем ты, но осторожно, на руки не наступи! Большую дистанцию тоже не создавай, если сорвешься - погибнут все наши надежды, возродимся в лучшем случае в лабиринте!

– Не дурак, понял.

– Тогда поехали... поползли, точнее.

Спускались мы очень медленно, стараясь по возможности давать рукам отдых. Если Запас Сил упадет, сто пудов - разобьемся. Шлем с плесенью болтался у меня на груди, прикреплённый к рубашке тонким ремешком. После каждого шага я запускал в него руку, и ладонью, как кисточкой, проводил по боковой стене. Света от этих мазков было вполне достаточно, чтобы не сорваться и не полететь в бездну.

Минут через пять моя рука в первые ощутила пустоту вместо уже привычной шероховатой поверхности. Ход расширился, и теперь, прильнув к середине одной стены, мы не могли докоснуться рукой до соседней. Горизонтальное ответвление я обнаружил еще минут через двадцать, когда запас "краски" значительно уменьшился.