Чтение онлайн

Когда Шани и Дуф в очередной раз выносили добычу из храма к повозке, они заметили толпу пиратов, быстро приближающуюся по одной из улиц. Во главе этой грозной банды шел капитан с двумя боевыми топорами на плечах.

«Вот и стервятники!» — пробормотал Дуф. Шани прищурилась, всматриваясь в приближающуюся фигуру:

«Это Агар. Совсем не удивительно, что именно он появился раньше остальных.»

«Предупредить остальных, чтобы готовились к бою?» — с невозмутимым спокойствием спросил Дуф.

«К бою? Нас просто задавят числом. Нет, раз это Агар — это даже хорошо. Он старый пират, фанатично преданный своим традициям. Одна из них гласит: те, кто первыми доберутся до добычи, имеют на нее неоспоримое право. Мы здесь оказались первыми, значит, все, что находится в храме, принадлежит нам.» — объяснила Шани.

«Думаешь, он сможет удержать свою толпу, если те решат пренебречь этим правилом?» — с сомнением заметил Дуф.

«Если его авторитет окажется недостаточным, то у нас не будет ни шанса, даже ты будешь смотреть на нас сверху вниз». — усмехнулась Шани. — «Без обид.»

Толпа пиратов под предводительством Агара насчитывала почти сотню человек и столь же многочисленную группу пленников. Эти закаленные в боях разбойники были одеты в рваные, грубые одежды, с длинными, лохматыми бородами и свирепыми глазами, излучающими жестокость. Их тела были покрыты шрамами и татуировками, символизировавшими их темное прошлое. Их пленники выглядели подавленными и изможденными, а глаза потускнели от страха перед неизбежной судьбой.

Когда пираты окружили вход в храм, Шани незаметным жестом приказала своим людям закрыть ворота изнутри. Сама же, вместе с Дуфом, осталась у повозки, продолжая наблюдать за происходящим.

«Опередила нас, чертовка!» — воскликнул Агар, подойдя к Шани и Дуфу. — «Не слишком ли жирную рыбку ты нацелилась поймать, малышка? Целый храм на горстку твоих людей — аппетиты у тебя, как у морского чудища!»

«Уж какие есть, мы изголодались, пока брели сюда по дюнам». — с иронией ответила Шани.

«Да! Все мы соскучились по золоту, а в этом храме его хватит на всех» — вмешался Ильмерик, один из подручных Агара.

«Возможно», — холодно сказала Шани, скрывая внутреннюю тревогу, — «но я, как капитан первой достигшей храма, провозглашаю за собой полное право на всю добычу для своей команды.»

«Да из тебя капитан, как из портовой девки благоверная…» — тихо и злобно прохрипел Агар, его люди разразились одобрительным гулом. Оскалившиеся лица и хищные взгляды говорили о том, что стоит только отдать приказ — и они набросятся на Шани с Дуфом.

Напряжение повисло в воздухе. Даже если бы люди Шани успели подготовиться к бою, их шансы на победу были ничтожны. Сейчас же их командир и гном в одиночку вели переговоры с целой бандой, в то время как остальные наемники внутри храма затаились в ожидании.

«Верно говоришь, капитан», — с презрением продолжил Ильмерик. — «У тебя нет права зваться капитаном, а значит, и наши традиции на тебя не распространяются. Парни, храм наш!» — закричал он, поднимая толпу на штурм.

Шани и Дуф почувствовали, как адреналин всплеснулся в их жилах, сердца заколотились, готовясь к бою. Однако, прежде чем что-то успело произойти, тяжелая рука Агара легла на плечо Ильмерика. Подняв свой золотистый топор, украшенный самоцветами, старый капитан привлек внимание всех.

«Ты решил сам стать капитаном, Ильмерик?» — грубо спросил Агар. — «Я здесь командую. Да, эта девка — ошибка Грома. Он взял ее в свою команду, и пусть сам за это и ответит. Но она ведет за собой людей, и она знает и помнит наши традиции, в отличии от своего прежнего капитана. Да и большинство из вас, тоже уже забыли, что это такое. Слушайте меня внимательно! Ближайшие кварталы — наша добыча. А ты, — повернувшись к Шани, Агар указал на нее пальцем, — установи флаг своей команды у храма. Если ты прячешься за нашими традициями, следуй им до конца!»

С этими словами Агар махнул рукой, и его люди разошлись по улицам, громя дома и собирая добычу. Шани и Дуф выдохнули с облегчением и разразились нервным смехом, когда угроза миновала.

«Это было близко» — сказала Шани, восстанавливая дыхание.

«Еще бы. Быть зарезанным при дележе награбленного — это не тот финал, который ожидает Дуфербора Огнеборода» — с ухмылкой добавил Дуф.

«Ох, не волнуйся. Наш конец еще не скоро» — уверенно ответила Шани, не скрывая улыбку.

Глава IV

В попытках прорваться

§1. Поиск пути

Алатар лежал на холодном полу, прислонившись спиной к сырой стене. Рядом с ним теплилась жаровня, излучая тепло, которое спасало от пронизывающей сырости подземелий. Рана, оставленная хашшарием, по-прежнему давала о себе знать. Хотя небрежно наложенная повязка остановила кровотечение, слабость синего мага была вызвана не только физическим увечьем. Истощение пришло после того, как Алатар нарушил древний обет — «Не направлять свою истинную силу на тех, кто слабее». Хотя он давно сошел с пути, предначертанного ему высшими силами, никогда прежде он не отступал так далеко. Его тревожили не только последствия нарушенной клятвы, но и события, разворачивавшиеся в Стурлуре, в которых он обвинял себя и своего давнего соратника — Палландо.

Подземный лабиринт коридоров с множеством ответвлений вряд ли мог показаться местом, пригодным для отдыха, но в этот момент он стал самым безопасным убежищем для тех, кто в нем укрылся. Здесь, под землей, все, кто оказался в этом месте по воле судьбы, наконец смогли перевести дух и осмыслить все, что произошло.

Малдуст сидел напротив Алатара, молча наблюдая за магом. Его душу разрывали противоречивые чувства. С одной стороны, он испытывал к нему странное, но глубокое уважение. Возможно, магия, которой владел синий маг, и его знание о тайне итильдина притягивали его, как магнит. Малдуст не мог выбросить из головы сон, в котором явилась таинственная Госпожа, указавшая ему на это мистическое нечто. Он жаждал разгадать эту тайну. Но с другой стороны, в сердце Малдуста пылала праведная ярость. Мысли о его подопечном Улдоре терзали его. Что теперь будет с благородным вождем? Неужели его постигнет участь, подобная судьбе Кхузаймаха? А всему виной окажется этот хаос, который внесли в их жизнь синие маги.

Малдуст пребывал в смятении. Был ли он по-прежнему истерлингом? Тысячелетие, проведенное среди этого народа, настолько слило его с ним, что он сам стал считать себя частью их культуры, забыв о своем истинном происхождении. Но недавний сон пробудил в нем нечто давно забытое, пробуждая в его душе разорванное мировоззрение. Он застрял между простым и понятным миром — где он старейшина истерлингов, где его дом и судьба связаны с Улдором — и далеким, таинственным прошлым, которое манило его за пределы Средиземья.