Чтение онлайн

– Вот деньги... – протянула я ему пачку с этими дурацкими Е, смотря прямо ему в глаза.

– Что это!? – взглянув на пачку, он покраснел.

– Деньги... – отчаянно решившись, тихо сказала я, пронзительно проглядывая его глаза.

– Я вижу, что деньги, – согласился, вздохнув, он. Кажется, он принял меня за дуру.

– Этого что, мало? – подозрительно спросила я, вдруг сообразив, что я не внушила ему, какие это деньги. Может, он воспринял это как китайский доллар.

– Нет-нет, что вы... – быстро засуетился он. – Вы можете купить пол магазина... Что вы хотите еще купить?!

Я вдруг увидела, что он близорук, в слабых очках, а в магазине уже приглушили свет, сделав его тусклым. В полумраке он поддался внушению! Я облегченно вздохнула и вытерла пот – сработало! Он принял эти бумажки за деньги! Я ликовала.

Солдаты были все ближе. Я не ликовала.

– Я могу купить все? – подозрительно спросила я.

– Тут часто такие приходят, как вы... – пододвигая ко мне толстый каталог, широко улыбаясь, сказал парень. – Вы не волнуйтесь... Не считайте... Я вам сам скажу, когда хватит! Не нужно ломать мозги и напрягаться с цифирьками... Можете выбирать все, будто это бесплатно.

Он странно и с тоской посмотрел на пачку.

Понимая, что это все равно игра, что завтра это ему вернут, я прошлась по отделу электроники и другим отделам, словно вихрь. Потом тщательно написала адрес брата в Германии продавцу.

Пока он отошел проплачивать покупку и отправку, я наклонилась над его столом. Разворошила. И увидела спрятанное под бумагами письмо его дочурки. Не понимая почему, я взяла его в руки. И мгновения мне хватило понять, что его маленькая дочурка была больна раком, причем жутко дрянным, у нас таких сложных операций на мозгу не делали... А за границей она стоила кучу денег... “Папа, я люблю тебя...” Кучу денег обходилось даже ее простое лечение у нас ее отцу... О чем я выяснила из приписки врача на конверте... Я покрутила его в руках... Ему предлагалось приехать и забрать дочку из больницы... Обычно так делали, когда никакой надежды уже не было, я это откуда-то знала... Тем более, что врач открыто писал, что даже в случае операции зарубежом у нее не более тридцати процентов шансов выжить...

Я медленно отложила письмо и вспомнила. Вспомнила, какой усталый и обреченный был этот продавец, даже когда я вошла. Как он смотрел на пачку. Какие у него были глаза...

Он подошел, возвращая мне остаток. И так смотря на эту пачку... Так смотря... Что мне стало его жалко... Я подумала что, может, пусть ему хоть сегодня будет хорошо на душе, если завтра все равно будет худо. Пусть хоть сегодня порадуется с этой дурацкой подмененной пачкой.

– Сдачи не надо... – холодно сказала я ему.

Он тянул мне эту пачку. Больше половины.

– Вы что, не поняли, – сдачи не надо! – сказала я, заглядывая в его глаза... – Лечите свою дочь.

С ним что-то случилось. Он не выдержал и истерически разрыдался.

– Простите... – сказал он, быстро вытерев слезы. – Простите... Я просто не могу... Откуда вы знали?

Он снова разрыдался.

– Когда будет отправлен мой заказ? – перебила его я. – Холодильник?

– Сейчас, сейчас... – засуетился он. – Я о нем совсем забыл...

Он мигом побежал куда-то.

А я мгновенно среагировала. Громадный холодильник был уже упакован в клеенку и проверен каким-то человеком, но еще не сложен в ящик. А я тогда тщательно смотрела, как и каким образом они надевали клеенку.

Мгновение, и она была снята. Пачки, бумаги, из рюкзака и сумки перекочевали из сумок в закрытые отделы железного морозильника. Я мигом забила их очень плотно, чтоб они не скакали. Весь рюкзак попал туда. Туда же ушли документы и всякие карточки из сейфа мужа. Незачем, если меня убьют, чтоб эти гады над ними смеялись. Если брат посмеется, так он и так знает, что я дура.

А потом я достала оставшиеся сто долларов и ручку.

“Это тебе подарок на день рождения... Я лажу деньги... – написала я на схваченном со стола листочке бумаге. – Купи еще сыну монопольку, игру в банк, корабль, самолет, пусть учится... А себе купи одну золотую акцию фирмы Alu… – я тщательно написала слышанное от бандитов название фирмы у постамента, которая что-то там создала новое, но еще не объявила. Я с гордостью посмотрела на написанное – я такая умная! – А мне купи акцию Микрософт, я слышала, что акционеров слушают, я хочу, чтоб когда я книгу на иностранном в компьютере читала, она мне смысл каждого слова маленькими картинками сверху над предложением показывала, чтоб я научилась понимать, иначе трудно... А еще у меня был самолетик от фирмы Су, он садится и взлетает на месте, но мирный. Я была первым покупателем, вот! Они сделали мне рекламу, они надеются на продажи через мою рекламу...”

Я услышала шум лифта, и быстро подписалась: “твоя Пуля”.

Положила записку в инструкцию. И быстро запаковала снова. Сумев сделать это одна.

А потом услышала, что солдаты за стенкой кончили полностью шерстить отдел через один и ворвались в соседний. Мой будет следующий. Справа солдаты, обыскивающие с двух сторон, уже тоже входили в соседний. Там топали ноги. Это было нехорошо.

Лифт за поворотом открылся.

Плюнув на все, я открыла большой холодильник рядом с моим, благо его только начали упаковывать, когда я пришла покупать. Я быстро вытянула решетки и залезла внутрь, осторожно прикрыв дверь за собой.

– Проклятье! – услышала я голос грузчиков. – А говорил, что все запаковал, сволочь! Упаковывай клеенкой! – бросил он кому-то.

Меня, вернее мой холодильник, быстро обтянули специальным пакетом, вложили в ящик и вынесли в лифт. Это я так думала. Вообще грузчики работали скоро. Лифт загудел, приятно покачиваясь.

Потом оба холодильника вынесли и поставили. Среди других вещей. Кажется, грузчики куда-то ушли, ибо бухнули, гады, мой холодильник, просто нещадно. Другого мне было ничего не слышно.

– Все проверили? – кажется, кто-то где-то пролаял очень далеко.

– Командир, да буквально пол часа назад мы каждый ящик вскрыли, отсюда начали. Это склад вещей, приготовленных к отправке. Менеджеры нас чуть не убили! – вскрикнул кто-то, кого явно били.

– Ну так где она?! – бешено зарычал кто-то, и его голос был слышен прямо надо мной.

– Опять вскрывать? – услышала я.

Голос затих. А может, мне не было слышно. В холодильнике было тепло. А потом меня опять куда-то понесли...

Я зевнула. Меня куда-то положили. Я опять зевнула, отчаянно стараясь быть бодрой. Я знала, что должна быть бодрой, чтоб сражаться, если меня откроют. Не знаю почему, но когда я оказалась в положении лежа, на меня вдруг нахлынула такая усталость. День был тяжкий...

Пол мягко качался... Качался... Качался... Я, конечно, готовилась к драке... Было так тепло и уютно в этом немецком холодильнике... Мне снились такие хорошие сны...

– Это что такое!? – вопил кто-то и безумно ругался. Я сладко потянулась, не обращая внимания. Сын моей тетки, который после отъезда брата жил в нашей квартире вместе с теткой тоже вопил, чтоб я вставала и убирала, готовила, выносила мусор, но плевать я на него хотела. Мой Филя, – это мой фила-бразильеро, собака переросток, не дал бы ему даже пикнуть, если б он приступил от лая к действию.