Судьба начертанная кровью
Шрифт:
– Что ты имеешь в виду?
– Я знаю, как ты выглядишь, когда чувствуешь себя виноватой, - сказал он, целуя меня в шею.
– Я также знаю, что все, из-за кого ты чувствуешь себя виноватой, использовали тебя как рабыню, не заботясь о твоем счастье. Если твое отсутствие создает им трудности, они сами виноваты в том, что обращались с тобой не так, как ты того заслуживаешь.
– Они и твой народ, - ответила я, потому что, хотя я и была согласна с его словами, все было не так просто.
– Они рассчитывали, что ты защитишь их, а теперь тебя нет. Тебя это не беспокоит?
– Они счастливо жили без меня много лет.
– Он поцеловал меня в губы.
– И будут жить дальше, ведь они больше не представляют угрозы для Северных земель.
Уже не в первый раз я почувствовала, что Бьорн вовсе не считает себя горцем, что время, проведенное им в Северных землях, не отпускает его. Но то, что он был рад, что Горные земли больше не представляют угрозы, стало для меня новостью.
Эта мысль встревожила меня, и я вырвалась из его хватки.
– Нам пора идти.
Я почувствовала, как он нахмурился, когда я вышла из воды, но никто из нас не заговорил, пока я натягивала свою одежду, сильно пахнущую дымом костра. Я с болью ощущала, что Бьорн следит за каждым моим движением.
Волновало ли его это? Имело ли для него значение, что случилось с теми, кого мы оставили? Я знала, что его отношения со Снорри были натянутыми, в том числе из-за Илвы, но как насчет его брата? Его друзей?
Каких друзей?
Я закусила губу, вспоминая время, проведенное вместе, вспоминая, как он общался с другими воинами. С другими людьми в Халсаре. В лучшем случае, поверхностно. Как будто они держали друг друга на расстоянии.
Лив, он дружил с Лив. Когда целительница умерла, на его лице было написано горе, гораздо большее, чем можно было ожидать от незнакомца. Это напоминание ослабило напряжение в моей груди, хотя, по правде говоря, я не совсем понимала, почему эти мысли гложут меня.
– Ты будешь скучать по брату?
Бьорн замер на мгновение, натягивая брюки, затем натянул их до конца.
– Конечно, буду. Но без меня Лейф станет наследником Снорри. Когда-нибудь он станет ярлом, и, по правде говоря, народу от этого будет лучше.
– Почему ты так думаешь?
Глаза Бьорна прищурились, и он долго молчал, прежде чем сказать:
– Потому что он один из них, и я таким никогда не буду.
Мой желудок скрутило от беспокойства, но я промолчала.
Глубоко вздохнув, Бьорн сел на камень.
– Я провел слишком много лет в Северных землях, и это наложило свой отпечаток. На то, как я поступаю. На то, как я говорю. На то, как я думаю. Тогда как Лейф - горец насквозь, и это заставляет людей любить его больше. Илва была права, когда хотела, чтобы он возглавил клан.
Мне нужно было знать.
– Ты - горец?
Он слегка напрягся, потом покачал головой.
– Скоро никто из нас им не будет, Фрейя, так что я не понимаю, почему это имеет значение.
– Потому что тебе, похоже, все равно, и я хочу понять, почему.
– Обвинения так и сыпались из меня, я была вне себя от ярости, хотя не понимала, что послужило причиной.
Почему я так взволнована? Почему я так злюсь?
– Это сложно!
– Бьорн поднялся на ноги.
– Мое прошлое сложное, Фрейя. Там нет ничего простого, но я не понимаю, почему ты считаешь, что должна копаться в нем сейчас.
– Потому что я хочу знать правду о человеке, ради которого я бросаю все, - взорвалась я.
– Особенно если учесть, что ты практически признал, что есть важные вещи, которые ты не рассказал мне о себе.
– Фрейя.
– Он потянулся ко мне, но я сделала шаг назад.
– Я люблю тебя. Все, чего я хочу, - это быть с тобой там, где ты в безопасности. Построить нашу жизнь вдали от моего прошлого.
Ужас сковал мою грудь, ведь если бы это было пустяком, он не стал бы так скрывать это. Он сказал бы мне, хотя бы для того, чтобы успокоить меня.
– Я тоже этого хочу.
– Мой голос был хриплым и чужим, в голове пульсировало напряжение.
– Но… но я не могу уйти, пока не узнаю все. Если ты не расскажешь мне правду, я вернусь.
Весь цвет исчез с его лица.
– Ты не можешь вернуться.
– Нет, могу.
– Мне казалось, что я не могу дышать, потому что как могло все измениться так быстро? Как я перешла от абсолютной уверенности в нем к… к этому?
– Я могу сказать им, что спаслась из водопада. Никто никогда не узнает.
– Ты не понимаешь. Если ты уйдешь, он… - Он потянулся к моей руке, но я отскочила назад и чуть не растянулась, зацепившись ногой за камень.
– Что он сделает?
– потребовала я.
– Что сделает Снорри?
– Это сложно.
– На его лбу выступили бисеринки пота.
– Фрейя, я все объясню, клянусь. Но нам нужно уходить. Нам нужно бежать.
– Я никуда не пойду.
– Развернувшись, я вышла из пещеры, глаза горели. Но, пройдя всего несколько шагов, я остановилась, и ужас заполнил мою грудь, когда я оказалась лицом к лицу с конунгом Харальдом.
Глава 35
– Доброе утро, Фрейя.
– Харальд улыбнулся, заправляя за ухо прядь золотисто-каштановых волос.
– Мое сердце переполняет радость, когда я вижу тебя здоровой и бодрой после такого ужасающего падения. Признаюсь, мы опасались худшего, когда Тора сбросила тебя в реку. Но мне не следовало сомневаться в Бьорне.
Сомневаться в Бьорне.
Его слова вонзились в мое сердце, заставив застыть на месте, даже когда я услышала, как Бьорн выходит из пещеры позади меня. Я почувствовала, когда он заметил Харальда с его воинами, непринужденно стоящими позади него, и голос Бьорна напрягся, когда он спросил:
– Зачем ты здесь?
Я очень боялась, что он уже знает ответ на этот вопрос.
– Мы боялись, что ты мог быть ранен, поэтому, вместо того чтобы позволить тебе привести ее к нам, мы отправились на поиски.
– Харальд сделал шаг ближе.
– Хотя я понимаю твои действия, они были слишком рискованными. Вы оба могли погибнуть.
В голове стоял глухой гул, тошнота скручивала желудок, мысли возникали и исчезали, как извивающиеся змеи. Но все они шептали слова о предательстве.
– Как вы нас нашли?
– потребовал ответа Бьорн, и мне захотелось закричать на него, чтобы он прекратил это. Перестал притворяться, потому что каждое слово все глубже вонзало нож в мое сердце.
– Хижина твоей матери была логичным выбором.
– Харальд нахмурился, его серые глаза забегали между нами.
– Ты продолжаешь менять планы, о которых мы договорились, Бьорн. Планы, над которыми мы работали вместе большую часть твоей жизни. Во Фьяллтиндре ты убедил меня, что лучше забрать Фрейю у Снорри, и позволить ей самой выбрать этот путь, но, - он слегка покачал головой, - судя по шоку Фрейи, она, похоже, ничего не знает о твоих планах. Что происходит, Бьорн?
У меня дрожали колени, когда я повернулась лицом к Бьорну, в груди стало пусто, сердце оцепенело.