Чтение онлайн

– Третий - ответил Рокотов в трубку - есть. У нас один местный, дежурный по станции, один хохол с нашей стороны, тот самый, кто с чекистом к дрезине приезжал .... Есть, - он нажал кнопку отбоя.

– Я не хохол, я - русский - возразил Олег.

– Русский, русский, только украинский - непонятно сказал Андрей, закидывая автомат на плечо - Макс, сворачиваемся!

Через мгновение из-за поворота вернулся рядовой Макс, настороженно оглядев распутанного Фёдора и спокойно стоящего Олега. Автомат он держал правой рукой, накрутив свободную часть ремня на предплечье.

– Пошли - махнул рукой в сторону станции Рокотов и, не дожидаясь остальных, уверенно двинулся по тропинке. За ним направился Фёдор, всё время оглядывая замерший у перрона бронепоезд, следом внешне расслабленно шагал Олег. Замыкал всю процессию Максим.

Напрямую выйти на перрон мешала бронированная туша паровоза, поэтому четвёрка идущих с поста двинулась в обход. Обойдя два броневагона, они увидели, что стрелка, уводящая на угольный склад, в несколько слоёв завалена брёвнами. Хлысты не меньше чем в обхват диаметром и длиной метра три. У кустов сирени, на выходе из кармана у ворот угольного склада, стоял транспорт разведчиков, направив ствол пулемёта на остановившуюся легенду гражданской войны. Судя по валяющимся рядом стреляным гильзам, именно звук выстрелов КПВТ этой бронемашины слышали Лапины с вновь обретённой роднёй.

Порыв ветра заставил их протирать вдруг заслезившиеся глаза. Фёдор даже раскашлялся с непривычки.

– 'Черёмухой' закидали?
– больше для проформы спросил Олег, уже начинавший догадываться, что здесь произошло.

– Ей, родимой - Рокотов вышагивал, как ни в чём не бывало, мимо исчерканной крупнокалиберными пулями брони - зря, что ли заложников освобождать тренировались? Вот где 'борьба с терроризмом' пригодилась - он сплюнул на брусчатку перрона - парни за несколько минут управились.

– А ... красноармейцы?
– забеспокоился Фёдор.

– А что с ними сделалось? Вот смотри, выходят. Бойцы, иху мать!
– милиционер ещё раз сплюнул от избытка чувств.

Из третьего вагона от стрелки, сразу за паровозом, выскакивали отчаянно кашляющие пацаны в довоенной форме. Внизу их принимали омоновцы и, как разглядёл Олег, пограничники. Подхватывали и по живому коридору отправляли в помещение станции. Внутри вагона глухо щёлкнул выстрел, затем второй. Бойцы напряглись, но через несколько секунд из бронированных недр буквально вылетел некто такой же молодой, но с командирскими нашивками. Следом спрыгнул мужик лет сорока, в полевом комбезе и без оружия. Он подхватил упавшего красного командира и начал орать на него, потрясывая за грудки и пару раз отвесив по оплеухе.

– Ты бл..., командир ху...в!
– не переставая матерится, орал капитан - на войну, бл.., собрался, сосунок! Кто так, бл..., воюет!
– и дальше в том же духе минут десять.

Они остановились, благоразумно пережидая вспышку начальственного гнева. Смысл воспитательной речи капитана сводился к тому, что если бы вместо них в Долбино были немцы, то бронепоезд уже валялся бы вверх колёсами под откосом. Вместе со своим экипажем, бездарно погубленным собственным командиром, сунувшемся без разведки в занятый войсками противника населённый пункт. Причём, как с удивлением услышал Олег, подобное сегодня происходит уже во второй раз.

Высказав в заключение своей речи энергичное пожелание - учить и выполнять Устав, мать и отца его, капитан развернул обалдевшего от такого напора парня и толкнул в сторону станции. Когда он быстро исчез за дверьми, капитан, внешне напоминающий уменьшенную копию Шварценеггера, но с усами и в российской форме, боковым зрением обнаружил на перроне новых действующих лиц.

– В оцепление!
– скомандовал он всё ещё стоявшим в два ряда пограничникам и омоновцам, развернулся к подошедшим - кого привёл, товарищ старший сержант?

– Задержаны при попытке проникнуть на охраняемый объект!
– отрапортовал Рокотов - местный житель, дежурный по станции и гражданин Украины, его родственник. Товарищ Мирошниченко в курсе.

– Как Вы сюда попали?
– обратился пока безымянный капитан к Олегу. Своего современника он определил по одежде.

– На машине приехал, товарищ капитан - ответил Олег, стараясь стоять как можно более ровно - по личным делам.

– Где служили?
– безошибочно уловив следы былой выправки, спросил командир сводного отряда сил МВД и ФСБ России.

– Отдельная бригада морской пехоты Военно-морских сил Украины - не стал уточнять все подробности Олег, но капитана его ответ устроил.

– Мне надо поговорить с Николаем Ивановичем - неожиданно вперёд вылез Фёдор. Капитан слегка поморщился.

– Сначала Вы поговорите с товарищем Мирошниченко - определил капитан дальнейшую судьбу железнодорожника - а только потом с дежурным по станции. Рядовой Семёнов, проводите!

Один из двух оставшихся при командире пограничников сделал шаг вперёд и вместе с Фёдором ушёл в помещение станции.

– Как же Вас не арестовали?
– не скрывая интереса, спросил капитан

– Так получилось - обтекаемо ответил Олег - всё произошло очень быстро и местные силовики, наверное, просто не успели среагировать.

Уточнив время общения Олега с прошлыми коллегами, капитан задумался. Воспользовавшись паузой, Олег вполголоса спросил у Рокотова

– О каком втором разе говорил товарищ капитан?

Андрей не успел ответить, капитан вскинул голову и посмотрел Олегу в глаза.

– Как звать-то вас, товарищ украинский морпех?

– Реутов Олег Александрович - ответил тот.

– Смоленцев Эдуард Вячеславович - представился капитан - пойдём, присядем. В ногах правды нет. Товарищ сержант - обратился он к Рокотову - отправляйтесь в распоряжение товарища Мирошниченко.

Козырнув, Рокотов удалился вместе со своим вторым номером. В пределах видимости на перроне остался только второй охранник капитана, но и он отошёл к левому краю здания.

Они уселись на уже слегка облезшие скамейки у обшитой досками стены, рядом с дверьми.

– Получается, поезд выехал в Белгород не ранее восьми утра?
– ещё раз уточнил Смоленцев.

– Точно время может Фёдор Лапин сказать, но, думаю, отправились они где-то в полвосьмого утра. А насколько важно точное время?

– Плюс-минус полчаса ничего не решают - ответил капитан - пока они доехали, пока сообщили по инстанциям, пока им ответили. Нет, всё равно не получается. Не могли они так быстро среагировать.

– Больше двенадцати часов прошло - удивился Олег - уйма времени! Вот, даже бронепоезд успели пригнать.