Чтение онлайн

По завершении обследования попросил дать лекарство, которое уменьшает половую потребность (“ябольше не могу этого терпеть”), проявил заинтересованность результатами экспертизы.

Выводы.На основании изучения материалов дела и произведенного обследования прихожу к выводам:

1) У испытуемого К., 32 лет, имеется патологическое развитие личности.

2) Отсутствуют какие-либо основания для утверждения о наличии у обследуемого сексуальной девиации.

3) Проявление у К. неправильных позиций по отношению к женщинам позволяет признать его социально опасным.

4) В процессе совершения К. криминальных действий у него сохранялась способность к осознанию их значения, но способность к управлению ими была в значительной степени ограниченна.

При уже определенном опыте читателю не составит большого труда проследить в данном случае механизм развития у подэкспертного агрессивного поведения по отношению к женщинам. Заметим лишь, что результаты обследования К. позволяют предположить, что осуществленные им убийства не имели характера убийств, совершенных для удовлетворения стержневых девиантных сексуальных потребностей, хотя проявленная при этом жестокость и имеет некоторые черты, характерные для садизма. Основополагающей причиной совершения убийств в данном случае все же была патологически измененная личность К., с выраженными чертами агрессивности по отношению к женщинам. Развитие этой агрессивности в основном происходило на сексуальном фоне. То есть эти убийства можно рассматривать как “вторично сексуальные”.

Пример 2. По постановлению прокуратуры произведена судебно-сексологическая экспертиза гр-на Я., 31 года, имеющего начальное образование, работающего механиком, женатого.

Обстоятельства дела.Гр-н Я. обвиняется в серии садистских убийств женщин различного возраста.

Как следует из имеющихся в деле показаний. Я.: “Мое поведение не является девиацией, а является сексуальным отклонением. В процессе совершения убийства у меня появлялась эрекция и наступало семяизвержение, но я никогда не испытывал сексуального возбуждения именно от трупа и не совершал при нем мастурбации. Причиной моего поведения послужила одна женщина, благодаря которой я возненавидел весь их род. Со временем эта ненависть углублялась, и я стал считать всех женщин исчадием ада. Единственным исключением из них была моя жена, которой я никогда бы не смог причинить обиду, даже когда во мне горела ненависть ко всем женщинам и, выходя из дома, я вожделел ударить и убить какую-нибудь женщину”.

Из заключения судебно-психологической экспертизы:

“Гр-н Я. обвиняется в убийстве пяти и попытке убийства семи женщин. Преступления имели сексуальный характер с элементами садизма. При исследовании по методике ТАТ определяется сильная тоска по нормальным семейным отношениям, неудовлетворенная потребность в одобрении со стороны женщины, отсутствие отца — эталона мужской роли (...). Существует вероятность, что практикуемая с женой нормальная половая жизнь не давала Я. ожидаемого полного сексуального удовлетворения (...). Обследумый имеет высокий уровень интеллектуального развития”.

Анамнестическое обследование.Брак родителей продолжался недолго. Отца никогда не видел. Знает, что происходит из семьи алкоголиков. Отец жив и, “похоже, хочет со мной встретиться”. В начальной школе досаждало отсутствие отца, “поскольку все другие дети его имели”. Сначала об отце ничего не знал, но потом испытывал к нему двоякие чувства — “содной стороны, жалость, а с другой — злость”. Мать “до сих пор не расшифровал”, поссорился с ней и последние годы контактов не поддерживает. Она “была как загнанная лошадь, изматывалась на работе, а денег все не хватало. До 6-летнего возраста проявляла ко мне нежность и заботу, а потом — как отрезало. К ней приходили разные мужчины, но она стеснялась меня, видела, что я нервный, и поэтому этих мужчин отпугивал”. Брат — “умер в 3-месячном возрасте, мне тогда было 5 лет”. Бабушка — “умерла в 80-летнем возрасте. Добрых слов у меня для нее нет. Среди ее внуков я был нелюбимым. Наверно, она думала, что я буду таким же, как отец. Била меня за малейшие проступки, без всякого повода жаловалась на меня матери. Не припомню, чтобы она хоть раз в жизни угостила меня конфеткой”. Считает, что внешне не похож ни на кого из родителей, а психически идентичен матери (“мы оба нервные”). Детство — “все праздники проводили дома в тесном кругу семьи, на них я получал мелкие подарки. Никто не приходил ко мне домой, приятелей у меня не было”. Семья исповедовала протестантизм и раз в месяц в полном составе посещала церковь. Наиболее приятные воспоминания детства—“когда была елка и я получал подарок”. Наиболее горькие воспоминания детства — “когда били и наказывали ни за что или просто из благих намерений, а также то, что мать слепо во всем доверяла бабке. Однажды, когда мне было 17 лет, я не выдержал и бросился на бабку, но мать встала между нами”. Чувства к бабке — “злость, бешенство, обида”. Чувства к матери — “горечь, жалость”. Каких-либо сексуально окрашенных воспоминаний из периода детства нет. Контакт с ровесниками — “не мог найти с ними общего языка, сторонился их. Хотел иметь много приятелей, но этого не получалось. Многие сверстники смеялись над нашей семьей, докучали моей безотцовщиной, избегали меня”. Прозвища в детстве — Англичанин, а почему — не знаю”. Признаки биологического созревания появились в 14 лет. Сексуальное просвещение — "уличное". Мастурбация с 16 лет, вплоть до женитьбы, по несколько раз в неделю, проводилась чисто механически и не сопровождалась никакими фантазиями. Отношение к мастурбации адекватное, без каких-либо комплексов и угрызений совести. Поллюции — “бывали, но стыдился их и чувствовал себя после них измученным”. В возрасте около 15 лет “влюблялся в киноактрис”. Первая реальная любовь — жена. “Познакомились случайно. Мне было 20, а ей 18 лет. Я только освободился из тюрьмы. Примерно 2 месяца вместе гуляли. Я в ней нашел все то, что мне не хватало. Она излучала тепло и нежность. Через полгода после знакомства она стала первой в моей жизни женщиной, а я — первым для нее мужчиной. Это произошло неожиданно, незапланированно, и мы были захвачены случившимся врасплох. В тот день она была у меня дома, приготовила обед и мы поели. Потом она рисовала акварели. Как-то случайно возникли ласки, а потом, не помню как это случилось, но дело дошло до сношения. Испытанные мною ощущения были полны новизны и счастья. Я всю жизнь видел только грязь и первый раз пережил что-то хорошее и доброе”. Через полгода после этого поженились. До брака половая жизнь с возлюбленной была нерегулярной, в среднем совершали 1—2 акта в месяц. Сексуальные контакты в первые месяцы брака ежедневные, а затем установился ритм 3—4 акта в неделю. Сношение практиковали в разное время суток, всегда в полностью обнаженном виде и только в классической позиции. Жена занимала активную позицию в сексе, ласки были взаимными. Обследуемый предпочитал ласки жены в виде поцелуев ее груди и лона. Орально- и анально-генитальных ласк и контактов никогда не было. Половую жизнь в браке оценивает как взаимно удачную. На вопрос об удовлетворенности жены сексуальной жизнью отвечает: “На эти темы мы никогда не говорили, но скорее всего она получала удовольствие от соития и достигала оргазма, так как в процессе сношения покусывала меня, впивалась ногтями в тело, блаженно постанывала, а в завершающей фазе у нее наступали судороги и она кричала”. Оценка жены как женщины — “не красавица, но я любил ее не столько за внешние данные, сколько за доброту”. Жилищные условия были хорошие. Противозачаточных средств никогда не использовали. Единственное противозачаточное мероприятие — планирование сношений в соответствии с менструальным календарем жены. Все беременности жены были запланированными и желанными. Имеют двоих детей — 6-летнюю дочь и 4-летнего сына, любимых обоими родителями. Оценка брака — “удачный, удовлетворяющий представлениям и ожиданиям от семейной жизни”. Конфликты в браке — “редкие и только незначительные”. Половая жизнь с другими партнершами — “жена была единственной сексуальной партнершей”. Идеал женщины — “рачительная, нежная и добрая супруга, спокойная, во всем советующаяся с мужем”. Идеал мужчины — “трудолюбивый, заботящийся о семье, уступчивый. Это, точно, не я”. Самооценка — “себя ненавижу, так как у меня всегда было два “я”, двойная жизнь, вся эта грязь”. Гомосексуальные, девиантные тенденции и контакты, сексуальные расстройства — отрицает. Половая жизнь во время менструации у жены — “в этот период половых актов никогда не совершал, так как мне это было противно, а месячные у жены всегда были болезненными”. Собственный сексуальный темперамент — “невысокий и, наверное, ниже, чем у других мужчин, так как они всегда хвалятся своей сексуальностью и пристают к женщинам при первой возможности, а мне это никогда не нравилось”. Либидо сохранено. Утренние, ночные и дневные эрекции частые, полные. Поллюции редкие, только при длительном половом воздержании. С момента брака к мастурбации стал прибегать только в следственном изоляторе. Эротические сновидения бывают редко и носят оригинальный характер — “снятся виденные ранее сеансы спиритизма, при которых возникает ощущение чего-то сладостно-запретного”. Отношение к порнографии — “очень слабо возбуждает, преимущественно изображение половых актов. Не люблю эту стимуляцию — она оставляет ощущение чего-то мерзкого и неприличного”. Влияние алкоголя на половую жизнь—“в отличие от других мужчин, наоборот, ощущаю снижение полового влечения”. Причина бывших судимостей — “в 18 лет с двумя приятелями и девушкой, приехавшей в гости к соседям, устроили вечеринку в канун Нового года. Постепенно разговоры свелись к обсуждению сексуальных вопросов. Потом пошли гулять. Один из приятелей вместе с девушкой ушли вперед, и мы со вторым товарищем увидели, что они спустились в подвал. Зашли туда вслед за ними и все втроем стали раздевать девушку. Она закричала, и на крик прибежал ее брат. За попытку изнасилования был осужден на три года, но за примерное поведение через 1,5 года из заключения освободили. Вторую судимость получил через 6 лет после женитьбы. В нетрезвом виде на улице случайно задел какую-то женщину, а она устроила по этому поводу скандал и стала на меня орать. Я с детства вообще не переношу, когда на меня кричат, а тем более когда это делают женщины, и поэтому ударил ее. За рукоприкладство был осужден на год”. За что привлекается к уголовной ответственности в настоящее время — “за пять убийств и семь попыток убийства”. Кто был жертвами — “всегда только женщины, разного возраста, самой старшей было лет сорок, а самой младшей лет тринадцать. В двух случаях это были женщины, которые хотели вступить со мной в половую связь”. Что послужило причиной такого поведения — “был взбешен на женщин за свое первое осуждение. Тогда в суде родственница этой девушки кричала, что мне дали маленький срок и требовала более жесткого наказания. И это была женщина, всем в жизни обязанная моей матери! Ведь мы не причинили той девушке особого вреда, да и все мы были так молоды и совсем неопытны. Отношения к заключенным в полной мере испытал на собственной шкуре. Никто там меня не воспитывал и не перевоспитывал, столкнулся только с грязью и подонками”. Как совершались преступления — “при этом только в двух случаях я не был пьян. В остальных — был в состоянии алкогольного опьянения и был каким-то возбужденным. В первый раз это была случайная знакомая, которая хотела вступить со мной в половую связь, привела к себе домой. Я возбудился, но тут перед глазами как наяву встала тюрьма, я отпихнул ее и ударил попавшим под руку топором. В другой раз я устал на работе, выпил, поехал домой и уснул в автобусе. На конечной остановке водитель разбудил меня, и я вышел. Пошел на трамвай, чтобы доехать до дома. На остановке стояли три какие-то скандальные бабы, которые сразу же стали громко высказываться в мой адрес. Одна из них все кричала, что, может быть, я преступник и что надо вызвать милицию, чтобы проверить, нет ли у меня оружия. Когда сели в трамвай, то они и там продолжали меня оскорблять. Особенно старалась та, которая предлагала сдать меня в милицию. Все это взбесило меня, и когда эта женщина вышла на какой-то остановке, то я вышел за ней следом. Она перепугалась, но все равно продолжала на меня орать. Тогда я ее убил”. Подэкспертный не смог объяснить, почему он после совершения убийства обнажал тела жертв. Утверждает, что ни в процессе совершения убийств, ни после не испытывал полового возбуждения. При этом не возникало ни эрекции, ни семяизвержения. Подтверждает эти сведения при неоднократно поставленных и различно сформулированных вопросах. При этом дополняет, что “после убийства возникало не облегчение, а, наоборот, накатывал ужас от содеянного и страх перед возможным осуждением. Поэтому старался спрятать труп”. Собственная позиция в отношении к женщинам — “ничего хорошего о них сказать не могу. Часто о них говорят, как о чем-то лучшем по сравнению с мужчинами, но я думаю иначе. Почти все знакомые мне женщины, выходя замуж, помышляли не о любви, а о собственных выгодах. Я неоднократно слышал на работе, что они между собой говорят о своих мужьях”.

Соматическое обследование.Правильного телосложения. Оволосение лобка по мужскому типу. Половые органы развиты и сформированы правильно, нормальных размеров. Крайняя плоть освобождает головку полового члена. Яички в мошонке, безболезненные. Брюшные рефлексы выражены обычно, сухожильные рефлексы усилены.

Психологическое обследование:

Тест дополнения предложения.Выявляет агрессию, направленную на мать и бабку, которую распространяет на всех женщин, упрекает их в фальшивости и непостоянстве.

Тест Роршаха.Выявляются защитные позиции, отсутствие ассоциаций по таблицам VII—X.

Тест визуальной стимуляции.Слабая реактивность на любые сексуальные раздражители.

Тест желаний.Все три возможных варианта свел к одному — “хочу быть дома с женой и детьми”.

Проекционный тест Старовича.Предложенные образы закодировал следующим образом: “Я — василек, так как это любимый цветок моей жены; жена — предмет, который хотел бы всегда иметь при себе; женщины, мать — неодушевленные предметы; бабка — прах; отец — лучше бы его не было”.

Психорисунок.Рисунок образа мужчины — подчеркнутая маскулинность изображения. Рисунок женщины — маскулинизация образа, позиция дистанции. Рисунки образов матери и бабки — сильно выраженная маскулинизация черт, позиции угрозы, страха и агрессии.

Поведение обследуемого в процессе экспертизы.Контакт с подэкпертным хороший. На вопросы отвечает свободно, повествовательно, без проявлений стыдливости. Мимика живая, адекватная ответам. Полностью ориентирован. Расстройств внимания и памяти нет. Хороший интеллектуальный уровень. Фон настроения несколько снижен. Психотической симптоматики не выявляется. При обследовании занимает позицию активного сотрудничества, спокоен, нет черт активной защиты.

Вывод.На основании данных материалов дела, других представленных документов и в результате произведенных исследований прихожу к следующим выводам:

1) У гр-на Я. имеется гетеросексуальная направленность полового влечения.

2) В занимаемой обследуемым по отношению к женщинам позиции отмечаются выраженные черты агрессивности, не имеющие, однако, признаков сексуальной девиации — садизма.

3) Уровень полового влечения и сексуальной реактивности обследуемого находится в пределах нормы.

4) Из анализа собранных в процессе экспертизы данных следует, что обследуемый воспитывался в женской семейной среде без эталона мужской роли. Главные представители этой среды (мать и бабка) вызывали негативные реакции, перенесенные -затем на всех женщин в форме обобщенной агрессии по отношению к ним. Эта агрессивность в результате первого осуждения за попытку изнасилования подверглась усилению и дальнейшему закреплению. Из поля агрессии была исключена только жена. Причиной подобной исключительности явилось то, что жена была первым в жизни обследуемого человеком, который проявил к нему добрые чувства, заполнившие имевшийся у него чувственный вакуум. Кроме того, жена была его первой и единственной сексуальной партнершей, а половая связь с ней соответствовала имевшимся ожиданиям и даже превосходила их в удовлетворении не только сексуальных, но и эмоциональных потребностей. То есть можно предположить, что в отношении к жене у Я. проявились черты комплекса Мадонны. Имеющаяся у обследуемого по отношению к женщинам агрессивность включала в себя несколько форм агрессии: агрессия воображения, словесная агрессия и физическая агрессия. Совершаемое им обнажение умерщвленных жертв можно рассматривать как символизацию агрессии, не имеющую отношения к девиантному сексуальному поведению. Элементы агрессии к женщинам у Я. кроме его личностных черт обусловливаются и следующим комплексом факторов: компенсация чувства ненависти к матери и бабке; обобщенная негативная позиция к женщинам; аффект личной обиды; компенсация несмелости в контактах с женщинами; отсутствие эталонов позитивных взаимоотношений между полами; комплекс поздней сексуальной инициации; отсутствие сексуального опыта. Наслоение друг на друга разных составляющих обобщенной агрессии к женщинам привело у Я. к их взаимному усилению, вылившемуся в крайнюю форму проявления агрессии — убийство.

Глава IV

Кровосмешение (инцест)

Обследованная нами популяция инцестофилов включала всего девять преступников-мужчин. Естественно, что крайняя малочисленность этой группы не позволяет прийти к каким-либо общим выводам. Поэтому мы приведем лишь характеристику обследованной группы. Это были мужчины в возрасте 32—49 (средний возраст 42 года). Все они происходили из рабочей среды, были женаты и имели детей. Также для всей группы в целом характерна позитивная оценка личности матери и психоэмоциональной связи с ней при оценке личности отца и связи с ним как негативной. Представляется интересным тот факт, что все до единого подэкспертные единодушно и психически и физически отождествляли себя с матерью. Биологической половой зрелости они в большинстве случаев достигали к 16—17 годам. У них у всех имелась подростковая и юношеская мастурбаторная практика, сопровождавшаяся фантазиями исключительно в виде контактов со взрослыми женщинами. Период сексуальной инициации растянут между 17 и 23 годами. Первые сексуальные партнерши были либо ровесницами, либо несколько более младшими по возрасту. Чувственная и сексуальная связь с первой партнершей характеризуется позитивно. Все представители группы за период половой жизни имели в целом более 5 сексуальных партнерш. Анализ излюбленных форм ласк и коитальных позиций не выявляет отличий обследованных от типичной мужской популяции. Все исследуемые традиционно представляли себе модель маскулинности и имели положительную самооценку в роли сексуального партнера. Уровень либидо оказался нормальным у троих, повышенным у одного и пониженным у пятерых подэкспертных. Наиболее распространенным типом сексуальных нарушений было расстройство эрекции (на основании изученных данных можно предполагать его вторичную алкогольную природу). Проведенным соматическим обследованием не выявлено каких-либо нарушений в строении гениталий. Тест визуальной стимуляции выявил в шести случаях пониженную и в трех — нормальную сексуальную реактивность. Рисунок образа женщины выполнялся обследуемыми с подчеркнутыми сексуальными чертами, а в рисунке собственного “Я” большинство из них проявляли защитные позиции. В то же время выполненные изображения образа мужчины выявили существенные отличия между обследуемыми: в одних случаях преобладали защитные позиции, в других — гипермаскулинные черты, в третьих — бисексуальные, а в четвертых — инфантильные черты. В тесте Роршаха у всех подэкспертных, в основном единодушно, были продемонстрированы явно сексуальные ассоциации, чаще — с женскими гениталиями или коитальными позициями. Тест Старовича выявил гиперболизированную акцентацию сексуальных сторон в восприятии маскулинности, женственности и собственной личности. В процессе обследования у двоих обследуемых была диагностирована бисексуальная, у одного — недевиантная гетеросексуальная направленность полового влечения, а в шести случаях был выявлен синдром неразличения сексуального объекта. Примечательно, что во всех случаях инцест был совершен в состоянии алкогольного опьянения. Инцест чаще практиковали в форме завершавшегося оргазмом глубокого петтинга либо в форме коитуса. Но в двух случаях он имел скорее форму сексуальной оргии, заключавшейся в том, что преступники сначала принуждали членов семьи к выполнению сексуальных действий между собой (в одном наблюдении — между матерью и сыном, в другом — между братом и сестрой), а затем, после возникновения у себя под влиянием увиденного полового возбуждения, сами совершали сексуальный контакт с детьми. Проведенный психиатрический, психологический и сексологический анализ всех случаев позволяет предположить определенную схематическую последовательность возникновения инцестного поведения: патологическое развитие личности — алкоголизм — алкогольная деградация личности — инцест.