Чтение онлайн

– - Чего тут непонятного. Это же совсем просто. Стремя одно? Одно! У человека, как правило, две ноги, и ему, если он ездит верхом, нужно иметь два стремени. Так ведь, Александр Александрович?
– снова стал он втягивать в разговор шофера.

– - Так, - подтвердил Александр Александрович.

– - А если одна нога, нужно всего одно стремя. Правильно?

– - Правильно, - не мог не согласиться с такой здравой мыслью Александр Александрович.

– - И получается, что если есть одно стремя - значит у человека была всего одна нога!
– торжественно заключил Лисенко.

Шеф не удержался, крякнул от удовольствия. А Серафима отошла в сторону, отвернулась и там потихоньку, чтобы никто не слышал, повизгивала.

– - Получается, - согласился Александр Александрович.
– Я очень рад, что честь этого открытия принадлежит непосредственно вам, Владимир Алексеевич. Вам, наверно, за это какую-нибудь премию дадут, или Почетную грамоту. Ну ладно, что-то сегодня слишком жарко, пойду я посмотрю, как там у меня машина...

И пошел, придерживая галстук, мартышки на котором, удовлетворив свое любопытство, вернулись к текущим делам. А потом обернулся и так же задумчиво произнес:

– - У нас в гараже Академии Наук водители рассказывали, что на Украине в одном погребении сразу три стремени нашли, - для большей убедительности Сан Саныч показал три пальца.
– Три! Но ученые, которые там работали, и не сообразили, что они трехногого кочевника раскопали... Так я пошел к машине, - и он красиво удалился. Походка у него была твердой, а спина прямой и гордой.

– - Ой, какая прелесть, - хохотнула во весь голос Галя.

– - Чего же это я старался?!
– Лисенко тоже еле сдерживался, чтобы не рассмеяться.
– Это ты, Петя, во всем виноват, втянул меня в бесперспективную авантюру.

– - Так перспектива ведь вроде намечалась. А он не честно поступил, - нашел Петя виноватого, в лице Сан Саныча.
– Раз сообразил - значит, должен был сразу сказать. Нельзя так с товарищами.

– - Конечно, вам можно, а ему нельзя, - заступилась за шофера Серафима.

– - Здорово он вас все-таки, Владимир Алексеевич, поддел а?
– посмеялся и шеф.

– - Так кто мог подумать, - развел руками Лисенко.
– Он вроде аккуратно заглотал наживку, так что я с чистым сердцем, - и он сам рассмеялся.
– А вообще, во всем виноват Петя. Он начал - он и виноват.

– - Нашли козла отпущения...

– - Не козла, а барана, - напомнила Галя.
– У нас теперь козел отпущения - баран.

– - Про барана я уже больше не могу, - заявила Серафима.
– Так что же мы все-таки раскопали, Владимир Алексеевич?

– - Я - пас, я свою гипотезу выдвинул, теперь пусть другие, - отказался Лисенко.

А шеф к этому времени решил что все: поиграли и хватит. Шутить, вообще-то, считал он, надо в лагере, в свободное от работы время. На кургане не шутят, на кургане работают. Лето короткое и никак не удается сделать все намеченное. А намечал профессор, обычно раскопать все, что попадало в поле его зрения.

– - Дромос, - сообщил шеф.
– Здесь самый настоящий дромос. Я бы сказал классический.

Хотя профессор и назвал дромос классическим, реакция на его слова последовала не особенно бурная. Девчата и представления не имели о том, что это такое. И Лисенко, несмотря на свой богатый полевой опыт, ни разу такого не встречал. Даже Петя Маркин, который знал все, не знал что такое дромос и тоже молчал.

– - Это так одноногих кочевников в те времена называли?
– ляпнула Александра Федоровна и на всякий случай укрылась от глаз шефа за спиной Гали.

Шеф не посчитал нужным отвечать на такой бестолковый вопрос.

– - Что-то мы ни разу с такой штукой не сталкивались, - признался Лисенко.
– Я, Василий Иванович, и в литературе ни разу не встречал.

– - Как же, как же, Владимир Алексеевич, уж вы-то должны знать, - добродушно пожурил Правую руку шеф.
– Достаточно широко известный способ тайного захоронения.

– - Как это - тайного?
– спросила Серафима.

Но профессор рассказывать не стал.

– - Давайте кончать этот курган, - вежливо приказал он, - а все рассказы на вечер оставим. Поведем траншею до центра. В центре должно быть захоронение.

Студенты с небольшой траншейкой управились быстро. И действительно, в центре кургана оказалась могила: большая, просторная, глубокая. Но день, как начался с утра, невезучим, так он невезучим и продолжался. Могила, как это и положено в такой день, оказалась ограбленной. Древние грабители в отличии от студентов, хорошо знали, что такое дромос. Им профессор мог бы поставить зачет по археологической практике не задумываясь. Грабители каким-то своим хитрым способом обнаружили подземный ход, прошли по нему в погребельную камеру и обобрали покойника. А тело сдвинули в угол могилы. Там теперь и лежали беспорядочной грудой кости. Из вещей только и остались стремя найденное профессором да кремень и кресало, валяющиеся среди костей.

29

– - Разберите, Владимир Алексеевич, - профессор сделал главное, а мелкую работу можно было поручить Правой руке.

Есть у археологов такое правило: расчистил погребение, сфотографировал его, зарисовал, теперь надо разобрать кости и проверить землю, на которой лежал скелет. Раскопки дело темное, где что лежит не знаешь, так что искать надо везде, авось повезет. Фотографировать и зарисовывать в этом погребении было нечего, но разобрать и проверить - дело святое.

Лисенко и занялся этой нудной работой. Передвигал кости шпателем из одного угла в другой и проверял, нет ли чего под ними. Все сдвинул, добрался до черепа. Взял его в руки, повертел, осмотрел и начал очищать от земли. За его работой никто не смотрел: рутинное занятие, скучное. А он все ковырялся и ковырялся с этим черепом, потом вынул из кармана кисточку и осторожно, медленно до занудности стал работать ею.

– - Машина ждет, - доложил вернувшийся к раскопу Александр Александрович. Не любил он нарушать режим, а время уже не только подошло к обеду, но и несколько перевалило за контрольную черту. Но не мог же он уехать без шефа. Да и не станет Верочка кормить его одного.
– Забирайтесь в машину, всех подброшу до самой столовой, - щедро предложил он.

– - Нет, - не оценил благотворительного жеста Петя.
– Я уже ездил недавно. Я еще от прошлых впечатлений не избавился. Вы как хотите, а я пешком пойду. Спокойней как-то.

– - А главное - надежней, - поддержала его Галя.
– Идешь себе и идешь, и никто тебя не подбрасывает. Очень интересно получается. Я тоже пешком пойду.

– - Вы кончайте, Владимир Алексеевич, пора на обед собираться, - поторопил своего помощника профессор.
– Чего вы там возитесь, давайте побыстрей.

– - Я, конечно, могу и побыстрей, - послушно откликнулся Лисенко, - только тут, понимаете, такая штуковина получается, что торопиться не хочется.

– - Какая там еще штуковина, - шеф уже надел свой шикарный белый пиджак и перекинул через плечо ремень полевой сумки. Обед - он и для профессора обед.
– Позже со своей штуковиной разберетесь.