Чтение онлайн

Петя вынул из кармана блокнот, небольшой карандаш, поудобней уселся на лежащую возле могилы землю из засыпки, положил блокнот на колено и стал тщательно все зарисовывать: скелет, оружие посуду... Шеф, конечно, сам сфотографирует, зарисует и опишет. Но это будет его материал. А Петя вел свой дневник раскопок. Для того чтобы в дальнейшем сделать научные выводы надо собирать материал уже сейчас. Лучше всего ни от кого не зависеть, иметь собственные записи. И Петя подробно описывал все погребения, открытые экспедицией. А если у него появлялись какие-нибудь мысли, касающиеся объекта исследования, он и мысли записывал. Шефу все это не особенно нравилось. Он считал Петино занятие несерьезным, посмеивался, но не возражал. А Петя даже на обед иногда опаздывал, оставался зарисовать и описать расчищенное погребение. Хотя обедать Петя любил. Даже очень. Петя вообще любил поесть плотно, так чтобы пустого места в желудке не оставалось.

Лисенко на своем кургане сделал перерыв, и Верочка пришла посмотреть, что делает Петя. Села рядом, опустила ноги в могильную яму.

Петя, не обращая внимания на появление Верочки, старательно дорисовал разлегшийся в могиле скелет, потом все-таки обратил.

– - Что это у нас сегодня за делегация баранов?
– спросил он.
– Ты не знаешь? И товарищ у шефа появился, предводитель этого стада. Длинный, в папахе, с большой палкой. Видела?

– - Так ты ведь ничего не знаешь!
– обрадовалась Верочка. Она хоть и была отличницей, но как всякая женщина очень любила рассказывать новости.
– Это же чабан, он сюда отару привел. Мы ведь только что чуть не купили барана.

– - Зачем нам баран?
– удивился Петя.
– У нас что, своих интеллектуалов не хватает? Он что, будет теперь принимать все важные решения? А что тогда будет делать шеф?

– - Интеллектуалов у нас хватает, мяса у нас, Петя, не хватает. Мы этого барана есть будем.

– - Как же это мы его есть будем, он ведь живой, - пошутил Петя.

– - Ну, его, конечно, сначала зарежут, а потом мы его будем есть, - совершенно серьезно объяснила Верочка.
– Но мы его все равно не купили. Чабан не хочет продать. Ему Серафима улыбалась, улыбалась, а он на нее ноль внимания, - не без удовольствия сообщила Верочка.
– Теперь шеф его повел к себе в лагерь. Мы все думаем, что он его уговорит, и он продаст нам его.

– - Что-то я не совсем понял. Наверно следует считать, что первый "он" - это шеф, второй "он" - это чабан, а третий "он" - баран. Так что ли?

– - Совершенно верно.

– - Вот теперь все очень понятно. Только, думаю я, что неправильно шеф действует. С чабаном договариваться - никакого смысла.

– - С кем же надо договориться? В Элисту, что ли ехать?

– - Зачем в Элисту. Ни в какую Элисту ехать не надо. Ты видела здоровенного черного волкодава? Ходит и на всех подозрительно смотрит.

– - Видела - очень большая собака с длинным красным языком, спокойная такая, добродушная. Вон она стоит и на овец смотрит.

– - Ничего себе добродушная! Это не просто собака, а зверь, специальная порода, обученная за овцами присматривать. Она их круглосуточно охраняет. А зубы у нее видела какие? Во!
– развел Петя руки сантиметров на тридцать.
– Вот этого волкодава и надо ублажать. Он если не захочет барана отдать - чабан ничего не сделает.

Верочка поверила. Во взаимоотношениях чабан-собака-бараны Верочка совершенно не разбиралась. В этом отношении в ее воспитании и образовании имелся существенный пробел. У нее дома ни о собаках, ни о баранах никогда не говорили, и на факультете она о них тоже ничего не слышала.

– - Как его надо ублажать?

– - А вот это уж я и не знаю. Ты эту идею шефу подбрось, пусть он посоображает, - коварно предложил Петя.
– Уж он что-нибудь придумает... Если вам нужен баран - другого выхода нет. Ну ладно, отвлекла ты меня, Верочка, своими баранами от дела. Ты попробуй помолчать немного, а я поработаю. Мне тут все записать надо. Шеф ведь свои дневники мне не даст, - и он снова взялся за блокнот.

Но Верочка совершенно не намерена была молчать. Не за этим она сюда пришла.

– - Как твоя роксоланочка поживает? Классно ты ее, Петя, расчистил, каждая косточка видна, - похвалила она.

– - А как же иначе, - подтвердил Петя, не отрываясь от своего занятия. Он и сам знал, что расчистил классно.

– - Воинственная была женщина, с мечом ходила.

– - Время было такое, суровое и ненадежное, - Петя по-прежнему не отрывался от блокнота.
– Это была очень сильная женщина, можно даже сказать - могучая. Меч побольше метра длиной. Чтобы таким тяжелым мечом махать - ту еще силенку иметь надо.

– - Интересно... Вроде они сарматы и в то же время - вроде бы совсем не сарматы...

Верочка совершенно безответственно махнула ногой, и немалый ком земли обрушился в яму. Хорошо хоть ничего не задел, ничего не разрушил. Так что науке Верочка никакого ущерба не нанесла. Но могла, ведь, и нанести, а такого Петя допустить не мог.

– - А вот этого делать ни в коем случае не следует, - добрым профессорским тоном отчитал он Верочку.
– Поаккуратней надо и повнимательней.

– - Извини, случайно получилось, - попыталась оправдаться Верочка.
– Я сейчас спущусь туда и выброшу.

– - Нет, уж ты лучше сиди, - поспешно отказался Петя от сомнительной помощи.
– Только ногами не маши, и все будет хорошо.

– - Хорошо, буду сидеть, - пообещала Верочка и в целях соблюдения техники безопасности вынула ноги из могилы.
– Так кто же они такие твои любимые роксоланы?

– - В том то и дело, - тут уж Петя отложил блокнот.
– Понимаешь, Ломоносов считал роксолан предками славян. Такая, вот, любопытная история.

– - Этих самых?

– - Судя по всему - этих самых. Я, видишь ли, недавно прочел работу Ломоносова "Замечание на диссертацию Г.Ф.Миллера "Происхождение имени и народа российского". Читала?

– - Нет, как-то не пришлось.

Петя встал, посмотрел на Верочку сверху, прищурился и сразу стал очень похож на шефа.

– - Ты непременно прочти, непременно. Очень любопытная работа. Не миллеровская диссертация, Миллер махровый норманист и все его рассуждения - пшено. А рецензия Ломоносова чрезвычайно интересная. Именно в ней он пытается доказать, что роксоланы предки славян.

– - А ты считаешь, что это не так?
– Верочка понимала, что у Пети вполне может быть свое собственное мнение, отличное от мнения Ломоносова.

– - Совершенно верно, считаю, что это далеко не так. Типичное сарматское племя, типичная сарматская культура. К славянам никакого отношения не имеет.

– - Петя, но Михаил Васильевич Ломоносов гений, - попыталась урезонить Петю воспитанная в почтительном отношении к авторитетам Верочка.

– - Гений, - согласился Петя. Но его в свое время так и не сумели воспитать в достаточно почтительном отношении к авторитетам.
– Гений, но здесь он ошибается.

Следует отдать Пете Маркину должное, несмотря на свою бескомпромиссность и высокую принципиальность, он довольно снисходительно отнесся к ошибке Ломоносова и даже попытался оправдать его.