Чтение онлайн

Интерес, проявляемый в современной Турции к духовному наследию Йунуса Эмре, его любви к человечеству и человеческим ценностям, нельзя считать возрождением мистического духа - это выражение гуманизма, связывающего прошлое с настоящим через общечеловеческое содержание27.

Не следует думать, что произошедшие перемены усыпили силы, прежде находившие приложение в орденах, так как людские нужды, которым служили ордены, все еще существуют, и способы их удовлетворения могут проявиться в современной жизни в каких-то новых формах, в новом обличье. Говоря с социологической точки зрения, мы были свидетелями того, как религия утратила свое место, перестала играть роль основной направляющей силы, поддерживающей и формирующей общество, превратилась в один из многих аспектов общественной жизни, оставшись дифференцирующим фактором универсальной светской культуры. В то же время, пока ислам продолжает занимать ведущее место в индивидуальной жизни огромного числа людей, суфийская традиция внутри ислама будет выполнять миссию сохранения более глубоких духовных ценностей посредством особого союза, особых отношений с духовным миром, представленным тарикатом. В этой книге нас интересовал главным образом исторический аспект суфийского движения и организации, но мы не должны забывать о том, что тарикат - выражение духовности, тогда как таифа имеет силу постольку, поскольку она воплощает тарикат. Хотя многие таифа прекратили свое существование, истинно суфийская традиция посвящения и наставничества все еще поддерживается наряду с традицией обучения подлинной суфийской теософии, и это не может исчезнуть. В нашем столетии, как и в прошедшие века, мистический Путь существует только для тех немногих, кто готов за это платить, но прозорливость этих редких людей, которые, ступив на стезю личного общения с Богом и самоотдачи, избежали тлена времени, чтобы еще раз возродиться, по-прежнему остается жизненно важной для сохранения духовного благополучия человечества.

ПРИМЕЧАНИЯ

О. Ф. А К И М У Ш К И Н СУФИЙСКИЕ БРАТСТВА: СЛОЖНЫЙ УЗЕЛ ПРОБЛЕМ

' В монографии использовано 219 источников на арабском (главным образом), персидском и тюркских языках, а также 255 специальных исследований на европейских языках. В ней с разной степенью полноты говорится о почти 325 мусульманских мистических братствах.

2 Если теоретический суфизм является объектом непосредственного исследования философов-востоковедов и религиоведов, то прагматический мистицизм должен стать, по моему глубокому убеждению, предметом всестороннего изучения психологов, этнопсихологов и медиков-психиаторов. Известно, что практика мистического "пути познания" является не чем иным, как. вариативным набором различных психотехнических, духовно-религиозных и физических упражнений, сведенных в некую определенную систему. Эта система включает в себя в качестве обязательных компонентов: погружение в себя (мушахада), фиксацию позы (джалса), контроль за дыханием (хабс ан-нафс, хабс-и дам), координированные ритмизованные движения и изустное повторение формул теомнемнии (зикр). Цель одна-воздействие на человеческукм психику, включая ее тончайшие нюансы. Первым на эту сторону суфийской. практики обратил внимание в отечественной литературе К. Казанский, см.:

Казанский К. Суфизм с точки зрения современной психопатологии. Самарканд,.. 1905,-с. 71-150.

3 Термин тасаввуф был введен в научный обиход в 1821 г. немецким профессором теологии Ф. А. Д. Толуком (ум. 1877): Tholuck F. A. D. Sufismus. sive theosophia persarum pantheistica. В., 1821.

4 Энгельс Ф. Юридический социализм.-Маркс К- и Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 21, с. 495.

5 Энгельс Ф. Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии.-Там же, с. 314.

6 К.ныш А. Д. Мировоззрение Ибн ' Арабп. (К истории суфийских учений.) - Религии мира. История и современность. Ежегодник. 1984. М., 1984;. с. 85-92.

7 О "нонпантеизме" Ибн 'Араби см.: Джавелидзе Э. Д. У истоков турецкой литературы. I. Джелаль-ед-дин Руми (вопросы мировоззрения). Тб., 1979" с. 86-94.

8 Окончательное оформление учения связано с деятельностью индийского' шейха Ахмада Фаруки Сирхинди (1564-1624).

9 Rizvi S. A. A. Muslim Revivalist Movement in Northern India in the.XVI-th and XVII-th Centuries. Agra, 1965, с. 38-39, 258-260.

10 В этой связи анекдотичным представляется утверждение, что "учение вуджудийан", т. е. сторонников учения вахдат ал-вуджуд, есть учение "по существу, материалистов". См.: Кули-заде 3. Хуруфизм и его представители в Азербайджане. Баку, 1970, с. 210.

" Следует заметить, что тасаввуф в целом (при всей пестроте и много дикости противоречивых порой положений и концепций разных школ) как. концепция особого мистического понимания мироздания представлял собой сочетание трех взаимосвязанных и взаимодополняющих уровней: философский. дискурс, господствующая религиозная доктрина и практический (психотехнический) метод.

12 Дж. С. Тримингэм несколько раз справедливо указывал на исключительную роль, сыгранную суфийскими организациями в борьбе с колониальной экспансией европейских держав в мусульманских регионах Африканского континента в XIX в. Отмечая, что именно эти братства первыми развернули широкое движение против европейских колонизаторов, он ни словом не обмолвился, почему они выступили относительно сплоченным фронтом. Помимо прочих причин, вызвавших к жизни это сопротивление, основная состояла в том, что народные массы (как в городе, так и на селе) испытали на своем опыте гнет и тяготы порядка, принесенного новыми хозяевами. Эти массы трудового народа составляли главный контингент суфийских братств. В этой связи руководители братств просто не могли не учитывать этот фактор.

13 На первом, раннем этапе суфийское движение отличали черты интеллектуальной элитарности. Основной контингент мистиков составляли тогда образованные круги общества. Дж. Макдиси пишет: "До ал-Газали суфизм уже ассоциировался с изучением хадисов, наукой традиционной, и ' был связан с фикхом... 'Улама и факихи в большинстве своем были суфиями, а идеи, ис.поведуемые в этих кругах,- суфийскими" (Макдиси Дж. Суннитское возрождение.-Мусульманский мир. 950-1150. М., 1981, с. 180). Ср. также весьма впечатляющую в этом отношении статистику, приведенную Р. Буллитом для Нишапура 1I-VI/VIII-XII вв.: Bulliet R. W. The Patricians of Nishapur, Cambridge, 1972, с. 40-43.

14 Бертельс Е. Э. Происхождение суфизма и зарождение суфийской литературы.- Бертельс Е. Э. Избранные труды. Суфизм и суфийская литература. М" 1965, с. 41. Имеется в виду первый этап истории суфизма.

15 Там же, с. 41.

16 Bulliet. The Patricians, с. 43-45.

17 Этот процесс мог быть и обоюдным. Кроме того, вполне вероятно, что "акие-то элементы ритуала (посвящение, клятва и т. п.) были заимствованы из практики тайных шиитских общин, аристократической футуввы XII в., даже у армейской организации. Следует учитывать, что процесс образования мистических братств протекал в разных хронологических и региональных рамках, что определяло роль местных народных традиций.

18 Ср.: Бертельс. Происхождение суфизма, с. 41, где речь идет о связях X-XI вв. Дж. С. Тримингэм приводит немало примеров для иллюстрации этого положения в Х-XIX вв.

19 Абу Хамид ал-Газали. Воскрешение наук о вере (Ихйа'ал-1 улум ад-дин). .Избранные главы. Пер. с араб., исследование и комментарий В. В. Наумкина. X, 1980, с. 27-30.

20 Там же, с. 31. В. В. Соколов, рассматривая европейский средневековый мистицизм, замечает, что "его конкретная историческая функция была прогрессивной и явно оппозиционной по отношению к господствующей религиозной".- Средневековая философия. М., 1979, с. 286. В этой связи хотелось бы заметить, что, видимо, следует с известной долей осторожности и осмотрительности проводить аналогию с мистическим движением в средневековой Европе, оценивая социальную роль суфизма на мусульманском Востоке. Мистицизм в Европе опирался на более узкую социальную базу, которая отличалась однако большей однородностью, большим идеологическим единством и .значительно меньшей классовой дифференцированностью. Суфизм на Востоке вылился в широчайшее массовое явление, втянувшее в свою орбиту миллионы людей и ставшее для них доминантой их религиозной жизни. Свое влияние он осуществлял через разветвленную сеть братств, которые рекрутировали своих членов в разных социальных кругах общества. Поскольку их социальная база была различной, то, естественно, их идеологические устремления, поведенческие установки и реальные действия отнюдь не совпадали. И напротив: по той причине, что мусульманский мистицизм не создал (к середине XI.в.) идеологического единства, он уже и не мог иметь общей социальной базы. Наконец, следует учитывать и то обстоятельство, что европейский мистицизм выступил против такой мощной и строго организованной системы, какой являлась католическая церковь, обладавшая отлаженным механизмом политического и идеологического воздействия и сама ставшая крупнейшим европейским феодалом. Этим объясняется его временами ярко выраженный антифеодализм и устойчивая оппозиция духовным феодалам. В то время как на" Востоке подобная организация суфизму не противостояла - в исламе церковь отсутствовала, и "антиклерикальная" направленность суфизма в этой связю была затушевана и менее ощутима.

21 В качестве примера укажем на восстания Баба Исхака в 1240 г. и.. шейха Бадр ад-Дина Симави в 1416 г. в Малой Азии и Фракии; на целую серию восстаний сарбадаров в Мавераннахре (середина XIV в.) и Восточном Иране (1-я треть XIV в.-начало XV в.); на движение муш*аш'а в Юго-Западном Иране (XV-XVII вв.) и т. п. См.: Петрушевский И. П. Ислам в Иране в VII-XV веках. [Л.], 1966, с. 352-360.

22 Становление и укрепление суфийских братств оказали на руководителей этих братств необратимое воздействие, зачастую изменив их социальное лицо. Суфизм в целом по-прежнему рекрутировал в свои ряды (уже через братства) многочисленных представителей средних и низших городских слоев, однако с течением времени руководство во многих братствах стали осуществлять наследственные руководители, превратившиеся в духовных и земельных феодалов. Одновременно происходила смена социальной базы самих братств. Последнее обстоятельство привело к классовой переориентации: суфийские братства становятся в значительной мере проводниками идей правящего класса. Подобная метаморфоза постигла братство чиштийа в Индии (с середины XIV в.), мавлавийа в Малой Азии (с середины XIV в.), ни'маталлахийа в. Иране (с начала XVI в.), накшбандийа в Мавераннахре (с 20-х гг. XV в.) и, Восточном Туркестане (с середины XVI в.), сафавийа в Иране (с середины XIV в.) и др. Все они на раннем этапе своей деятельности активно выступали. в защиту трудящихся масс, составлявших их основной контингент, а в дальнейшем пошли на союз с власть имущими. Некоторые же братства действовали более гибко и тонко. Они не отказались открыто от проведения в жизнь. основных принципов своего учения, привлекших к ним симпатии масс. Эта принципы исправно провозглашались, но их содержание искусно выхолащивалось методами социальной демагогии.

В отмеченном выше кроется еще одна из причин многоликости, пестроты и неоднородности феномена мусульманского мистицизма, отмечаемых его исследователями.

23 Мы не видим необходимости приводить библиографию, поскольку все эти работы (около двух десятков) отмечены в последней вышедшей по времени: Исматов Б. Пантеистическая философская традиция в персидско-таджикской поэзии IX-XV вв. Душ. 1986, в которой тоже отдана дань указанной тенденции.

24 Обильно цитируя в качестве подтверждения своего историко-материалистического подхода к проблеме известные положения из работ классиков. марксизма, авторы как-то проходят мимо методологического указания. В. И. Ленина, что необходимо "смотреть на каждый вопрос с точки зрения того, как известное явление в истории возникло, какие главные этапы в своем. развитии это явление проходило, и с точки зрения этого его развития смотреть, чем данная вещь стала теперь". Ленин В. И. О государстве.- Полное собрание сочинений. Т. 39, с. 67.

25 Среди составляющих исключение работ лучшими, еще сохранившими свое научное значение являются: Позднеев П. Дервиши в мусульманском мире. Оренбург, 1886; Шмидт А. Э. Абд ал-Ваххаб аш-Шараний (973/1565) и его "Книга рассыпанных жемчужин". СПб., 1914; Lane Е. W. The Manners and' Customs of the Modern Egyptians. Vol. 1-2. L., 1836 (доступна в сокращенном русском переводе: Лэйн Э. У. Нравы и обычаи египтян в первой половине XIX в. М., 1982); Rinn L. Marabouths et Khouan. Etude sur 1'Islam en. Algerie. Algiers, 1884; Le-Chatelier A. Les confreries musulmanes du Hedjaz. P., 1887; .Depont 0., Coppolani X. Les confreries religieuses musulmanes. Algiers, 1897; Brown J. P. The Dervishes or Oriental Spiritualism. L, 1868; Birge I K. The Bektashi Order of Dervishes. L., 1937.