Чтение онлайн

– Какой для вас пончик? – уточнил бариста, но я не могла отвести взгляд от Михаила.

Каждое его движение, каждое слово разжигает во мне неистовую страсть. Он был так красив в этот момент…. В мыслях были еще свежи слова Рейна о нем… мне нужно было выйти из тени, забраться на колени к Михаилу прямо перед его братом, чтобы он знал… что я хочу смотреть только на Михаила. Я хочу думать только о Михаиле. Чувствоать и касаться только его. Мои мысли… вчера, сегодня и завтра заполнены лишь им.

– Какой пончик, чертенок? – Михаил спросил, касаясь моей руки, чтобы привлечь мое внимание, потому что кажется я совсем не реагировала на слова. Но его прикосновение заставило мое сердце забиться чаще. Я не могла собраться, его присутствие поглотило меня целиком. Никакие слова не могли выразить тех эмоций, что разрывали меня изнутри.

– Шоколадный нам, пожалуйста, – Михаил ответил баристе, как будто озвучивал приказ, а не просьбу.

Через несколько минут наш заказ был готов. Михаил вручил мне мой кофе, его пальцы слегка касались моих, электрический разряд пробежался по моему телу, пока он забирал свой стакан и крафтовый пакет со сладостями.

– Куда? – спросил он, когда мы вышли на улицу.

– Через дорогу есть парк, погуляем? – чуть с опаской предложила я. Все мое тело напряглось, будто струна. Я чувствовала себя уязвимой рядом с ним сегодня, словно каждая моя мысль была выведена наружу.

Михаил, не сдвинувшись с места, уверенно стоял, его глаза сияли неописуемой глубиной. Он переложил кофе и пакет в одну руку, а другую протянул мне.

– Если ты мог подумать, что я откажусь, то ты сильно ошибаешься, – широко улыбнувшись я вцепилась в его руку, как в спасательный круг и мы вместе перешли дорогу.

Мы шли в парк, и каждый шаг рядом с ним был как огонь и лед, что сливались воедино.

Как и обещала в самом начале, я молчала, не задавая вопросов, сохраняя тишину, будто оберегая хрупкий момент.

– Давай присядем, – предложила я, указывая на лавочку в тени уличного фонаря, подсвеченную его мягким сиянием.

Михаил лишь кивнул. Когда мы подошли к кованной железной лавочке, я поставила свой пластиковый стакан на её холодную поверхность, чтобы застегнуть пальто. Температура внутри меня, казалось, поднималась, вопреки прохладному воздуху, мелкая дрожь пробивала мое тело. Пусть лучше я упаду в обморок, чем уйду отсюда по собственному желанию.

– Возьми, – сказал Михаил, снимая шарф с шеи и протягивая мне. От неожиданности я немного растерялась, но вскоре приняла вещь, будто это был драгоценный подарок.

– Спасибо, – прошептала я, укутываясь в теплую ткань, которая словно обнимала меня. Намек на аромат Михаила окружал меня облаком чарующего спокойствия.

– Иди сюда, – позвал меня он, садясь на холодные железные прутья.

– А ты не плохо справляешься со своей ролью, – усмехнулась я, чувствуя, как в груди закипает волнение, и подошла ближе.

Я уже собиралась сесть рядом, как он резко перехватил меня за талию и притянул к себе, усаживая на свои колени. В этот момент мы оказались лицом к лицу… так близко, что наши дыхания смешались. Все, что разделяло нас, были лишь пару миллиметров, и я могла бы коснуться его губ, прочувствовать эту долгожданную близость. В его глазах я видела отражение своих собственных эмоций – страсть, волнение, азарт.

Мир вокруг нас исчез, и существовали только мы, сердце билось так быстро, что казалось, оно может выпрыгнуть из груди. Этот момент был нашим, и каждый миг был наполнен ожиданием, детонатором моих чувств, готовым взорваться в любой момент.

– Ада, ты говоришь так, будто я тебя ненавижу или ты мне противна, но я никогда этого не говорил. Я просто хочу, чтобы ты поняла, я не тот, о ком ты мечтаешь… Не летай в надеждах на нас, потому что это невозможно, – прорычал он, и его голос будто дрожал от внутренней борьбы.

– Почему? – тихо прошептала я, ощущая, как сердце сжимается от боли.

– Потому что, Ада… ты и я это… ты не знаешь меня, – произнес он, снимая очки и всматриваясь в мои глаза. Его крепкие руки обвили мою талию, и я чувствовала, как его тепло проникает в меня, несмотря на всю преграду между нами. Он произнес слова, которые ранили меня горьче всего, оставляя резаные следы на сердце.

– Я хочу узнать тебя. Знать о тебе все… – выдохнула я, забираясь ближе к его губам. – Я знаю, ты что-то чувствуешь ко мне, – шептала, испытывая, как мир вокруг теряет смысл. – Не говори, что это не так. Я не поверю, Михаил. Ты возбуждаешься рядом со мной, – прошептала, проводя рукой по его манящим, сильным рукам. – То, что я почувствовала под столом это доказательство.

Мои слова резали тишину, и я ощущала, как его внутренний конфликт яростно накаляется.

– Я слышала ваш разговор с Рейном в библиотеке. Да, я подслушивала… – продолжала я, чувствуя, как в глазах Михаила сверкает недоумение. Его бровь приподнималась, задавая молчаливый вопрос. – Ты согласился пойти со мной сюда…

– Честно, я не знаю, что ты делаешь со мной, чертенок, и почему я иду на твои провокации, – Михаил глубоко вздыхает, словно пытается подавить бурю внутри. – Но хочу, чтобы ты знала, я уеду, Мириада… через несколько месяцев меня не будет в этом городе. Я не семейный человек. За сорок два года моей жизни у меня никогда не было отношений и не будет, потому что я не создан для этого.

– Почему Рейн называет тебя сумасшедшим? – на мой вопрос, вынесенный болью наружу, казалось, он не захочет отвечать, но я продолжаю смотреть в его глаза, полные тьмы.

– Потому что я такой, Ада. Я убивал людей, не одного человека, а тысячи. Военная служба никого не щадит… может, хотя бы зная это обо мне, ты одумаешься и поймешь, что я не тот, кем тебе кажусь.

– Ты ничем не сможешь меня от себя отвернуть, Михаил, – мой голос твердый и серьезный

Он был на войне… он убивал людей. Но он был вынужден это делать. Он не преступник и не бандит, который лишил жизни невиновного человека… если Михаил думал, что после такого я побегу в ужасе от него… он сильно ошибался.

– Ты получил их там? – я подняла руку и почти невесомо коснулась его шрама на щеке… Вопрос висел в воздухе, тишина обволакивала нас, как тягучий, страшный сон. Моя душа кричала от боли его страданий, которые я жаждала разделить. Но Михаил молчал…

– То, что сказал Даллес в библиотеке… – начала я, стараясь не потерять нить мыслей. – Я никогда не думала о тебе так, как он говорил. Ни твой холод, ни молчание, ни шрамы на твоем лице, и, возможно, сердце, не оттолкнут меня. Я никогда не хотела никого узнать, как тебя и стать ближе… я не знаю как описать это, это я просто чувствую. Это внутри меня и я не хочу этому противится.