Супруга для покойного графа
Шрифт:
И граф кивнув, отвёл свои руки в стороны. Я поспешила к ближайшему стулу и, скинув туфли, встала на него. И сверху наблюдала за тем, как граф Хартман берет в правую руку трость и, опираясь на нее, хромает, до моего стула. Он разглаживал складки на юбке с одной стороны, и я поворачивалась, чтобы ему было удобнее привести в идеальный вид следующую сторону.
Даже лучшие фирменные утюги не гладили так идеально и быстро. Спрыгнув со стула, я чуть ли не прыгала от радости.
Я бы так и продолжала кружиться по комнате, если бы часы не пробили восемь часов.
– Уже восемь? Мы же опаздываем!
– Я посмотрела на графа, который пристально смотря на меня, повязывал шейный платок.
– Надо спешить, ваше сиятельство!
Он кивнул, а потом напомнил мне, что волосы мои хорошо бы собрать в прическу.
– Чепчик я не надену!
– Категорично заявила я.
– И не надо. Вы слишком молоды для такого убора.
– А прическу делать долго, - уже снова начиная унывать, добавила я.
Граф, стараясь хромать незаметнее, прошел до гардеробной комнаты и принес оттуда деревянную шкатулку. Открыв ее, он показал содержимое мне:
– Алиса, выберите себе все необходимое.
Я с деловым видом порылась в лежащих там драгоценностях. И выбрала две золотые заколки с рубинами. Ими можно было просто заколоть волосы с двух сторон и не мучиться с прической. Ещё я взяла браслет с маленькими камешками, очень похожими на бриллианты, и большим рубином в центре. И жадность не позволила мне не схватить ещё два колечка. Одно подходило под уже выбранные мною украшения с рубинами, а другое было вырезано из янтаря. Оно казалось простеньким на фоне рубиновых украшений, но мне янтарь всегда нравился.
– Прекрасный выбор. У вас замечательный вкус. Как у истинной аристократки.
– Заметил граф.
– Правда?
– Любуясь своими руками, украшенными браслетом и кольцами, спросила я графа.
Приятно стало, что меня не одернули, и не сказали вернуть половину украшений в шкатулку.
– Я готова!
– Наконец я действительно была готова предстать перед обитателями замка. На часы я старалась не смотреть.
Граф Хартман достал из шкатулки золотую цепочку с уклоном из рубиновой капли и одел на меня. А потом протянул мне согнутую левую руку, и я оперлась на нее. Мы медленно шли по коридору и, если бы граф не хромал, опираясь на трость, я бы сняла туфли, чтобы быстрее добежать до обеденного зала.
– Алиса, вы нервничаете? – Остановившись, спросил граф.
– Немного. – Ответила нетерпеливо.
Нам бы спешить, а не тратить время на разговоры.
– Могу я поинтересоваться причиной?
– Можете.
– Нахмурившись, на выдохе ответила ему.
Граф хмыкнул.
– В чем же причина вашей нервозности, Алиса? – Я нахмурилась еще сильнее.
– Ваше сиятельство, я не люблю опаздывать.
Обычно я всегда была самой болтливой в компании, я и не думала, что разговоры могут так мешать жить окружающим.
– Это все, что беспокоит вас?
– Пока все. – Ответила так только из вежливости и уважения к возрасту графа. Вообще-то, меня еще беспокоили бесконечные вопросы графа.
– Алиса, это ваш замок, и, как моя жена, вы просто не можете здесь опоздать.
– Правда?
– И я с облегчением выдохнула. В монастыре я всегда опаздывала на всевозможные работы. Монахини вслух посмеивались, что на прием пищи я не опаздываю, а о работах забываю или явлюсь на них мамой последней.
Я уже с хорошим настроением развернулась, чтобы продолжить путь, все-таки, я не хотела начинать завтрак в обеденное время.
Но граф задержал меня еще одним вопросом:
– Алиса, вы заметили, что я произношу ваше имя без ошибки?
– Сразу заметила. – Я и вправду это заметила.
– Как думаете, когда вы научитесь обращаться ко мне по имени? – По-моему, я начинала врастать в ковер.
– По какому имени?
– Граф приподнял вопросительно бровь. И я уточнила.
– У вас их целых два. Как к вам лучше обращаться: Аластэйр или Алви.
– Как вам будет удобнее.
– Я подумаю и решу.
– Граф только кивнул на это мое заявление. И мы, наконец, продолжили путь к дожидающейся нас еде. Если ее, конечно, уже не успели съесть.
Графу, скорее всего, было сложно спускаться по лестнице, но виду он старался не подавать. Однако я почувствовала, что он создал у своей больной ноги облако, подобное тому, каким он вчера удержал меня от падения.
Но мы, все-таки, добрались до нужного нам зала.
За длинным столом в обеденном зале уже сидели и даже ели немало людей. И все они обернулись, как только мы вошли в помещение. Я узнала принца Максимилиана, сидевшего с одного края стола и Кларка сидевшего по правую его руку. Они оба кивком поприветствовали нас.
С другого края, во главе стола, сидела графиня Хартман. Места по правую руку от нее пустовали, но приборы там стояли. Слева же сидела златокудрая девушка в нежно-розовом платье с бантиками, ленточками, жемчужинами. Очень ее платье по фасону было похоже на сиреневое, которое принесла мне горничная. В общем, я поняла, с какого барского плеча мне пожаловали детское платье.
Следующей за этой девушкой сидела женщина значительно ее старше, но внешне очень на нее похожая. А ее сосед по столу, мужчина лет пятидесяти встал и обойдя стол, приблизился к нам:
– Аластэйр, я рад, что ты вернулся, - чопорно проговорил он и неловко дернулся в сторону графа Хартман. И граф, выпустив из правой руки трость, протянул ее для рукопожатия этому мужчине:
– Я тоже рад снова вас видеть, граф Белл. Не на своих похоронах.
– Смех разрядил явно напряжённую обстановку в зале.
– Алиса, познакомьтесь: граф Белл.
Улыбнувшись, этот аристократ стал намного привлекательнее, так что я улыбнулась в ответ. А мой супруг недовольно заметил:
– Странно, что вы не познакомились с моей супругой, графиней Хартман, на свадьбе.
– Аластэйр, свадьба, на которой будущий муж уже покойник, не такое веселое мероприятие. Поэтому меня на свадьбе не было.
– Все также улыбаясь, ответил граф Белл и уже мне сказал:
– Рад знакомству, графиня Хартман, - граф Белл с лёгким поклоном протянул ко мне свою руку. Наверняка, я должна была протянуть и свою ладонь, чтобы он в светском жесте поцеловал ее или, нагнувшись, только сделал вид, что ее целует. Только Аластэйр перехватил руку своего знакомого и, пожав ее второй раз, ответил за меня, что я рада знакомству.