Чтение онлайн

Заметив, что я открыла глаза, Туся гаркнула, призывая к порядку, и все дружно угомонились. Даже Снежка застыла, уже наполовину засунувшись в шатер. А через секунду и вовсе исчезла за пологом.

–  Как ты?
– подруга склонилась надо мной, пытливо вглядываясь в лицо.

–  Жить буду, - проворчала я, пытаясь сесть прямо, - кусаться и дерзить тоже.

–  Верю, - ухмыльнулась она, - уже хамишь.

Приятно все-таки чувствовать себя героиней. Бережно приподняли, соорудили настоящее лежбище из подушек, аккуратно прислонив к опорному столбу шатра, на серебряном подносе подали полную тарелку и бокал вина. Киран лично перебазировал столик и все сидушки поближе ко мне. Выглядел он уже лучше и двигался свободнее. На месте раны остались лишь тонкие нити шрамов, вынуждая задать себе вопрос, пока еще риторический: а откуда такие умения? Альвиан ничего подобного мне не показывал.

Впрочем, как все риторические вопросы, этот тоже мог подождать с ответом. Организм настоятельно требовал пищи, сигнализируя об этом самым однозначным способом. И плюнув на все правила приличия, я поспешила отдать должное содержимому своей тарелки, не дожидаясь, пока присутствующие присоединятся ко мне.

Присутствующие же с умиленными улыбками наблюдали за мной. Не спеша расселись, с церемонными экивоками определились, кому наливать. Победил Киран, как единственный мужчина в нашем курятнике.

Налили, чокнулись.

У каждого на морде написана разная степень задумчивости, в зависимости от понимания ситуации. Точнее у Кассандры - вообще никаких дум, кроме жажды активной деятельности по обольщению одного отдельно взятого демона. У меня - тоже не густо. А вот двое оставшихся собутыльников радовали глаз глубокой и основательной погруженностью в размышления.

–  Благодарю тебя, - вдруг произнес ночной, обращаясь к моей наставнице.

–  За что?
– неподдельно удивилась Туся, отнимая бокал от губ и ожидающе глядя на демона.

–  За то, что узнала и привела ко мне моего сына. Я не знал о его существовании и ничем не мог помочь. А если бы узнал Азаир - не сносить бы мальчику головы.
– Киран говорил совершенно серьезно, чуть грустно, без тени былой иронии в голосе.

–  Он знает, - перебила его наставница, - и это он сообщил Маркусу, кто его отец.

–  Знает?
– Буре эмоций, оживившей совершенный камень лица, можно было лишь удивиться, - И не убил его?

–  Нет, как видишь, - тон Туси был издевательски спокоен, - лишь назначил моим телохранителем.

–  Что почти одно и то же, - съязвила я, протягивая стакан, - Наливайте!

После очередного чока я решила, что могу прояснить некоторые, не дающие мне покоя моменты.

–  Когда ты узнал, что Маркус - твой сын?
– на 'ты' я перешла самым естественным образом, даже не заметив этого.

–  Увы, слишком поздно.
– Киран вновь выглядел отстраненным и задумчивым, и… чуть виноватым, - лишь когда его кровь смешалась с моей.

Описание этой сцены я помнила. Маркус, принявший на себя первый удар катара, предназначавшийся моей подруге, ее контратака и… в результате то, что мы сейчас имеем: два тяжелораненых, доверительно беседующих о том, как они друг друга едва не убили.

–  А в крепости я вновь ощутил его присутствие. Это ведь он разрушил Северную башню?

–  Он, - кивнула Туся, - способный мальчик. Почему де'Харн тебе ничего не сказал? Ведь он сразу понял, кто такой Маркус.

–  Де'Харн был моим единственным реальным преемником. До его появления.

–  Все как всегда, - философски резюмировала Кася. Она на время оставила свои попытки соблазнить Ночного, очевидно, поняв, что пока животрепещущая беседа не закончится, на его внимание рассчитывать ей не приходится.

–  В любом случае, сегодня удачный день. Я обрел сына и нашел вас, - взгляд Кирана утратил задумчивость, вновь зажигаясь нездоровым энтузиазмом.

–  Ну, с этим можно поспорить, - съязвила я, подавляя очнувшуюся тревогу, - Маркус от вашего родства, знаешь ли, не в восторге. Как и мы - от этой встречи.

–  Зато я безмерно рад, - показал клыки предводитель местного демонства, - теперь у меня есть наследник и три ведьмы.

–  Ну, насчет 'Есть' ты явно преувеличил, - от вновь проснувшегося страха я оскалилась не хуже него, - ты нас поймай вначале.

–  Непременно, моя леди. И очень скоро. Разве я могу позволить себе заставлять вас ждать?
– многообещающе улыбнувшись, он вновь завладел моей рукой, провоцируя, скользнул губами до запястья. Хам! Я выдернула ладонь из нежного, но властного захвата и вцепилась в вилку, как в последнюю надежду. А что? Ежели ее грамотно использовать…

Туся поспешила прервать наше милое общение и вкрадчиво поинтересовалась, уводя разговор от нежелательной темы.

–  Зачем тебе три ведьмы? И почему именно мы?

–  Не просто ведьмы, а три Дара - Жизнь, Кровь и Прорицание. Это величайшая редкость среди людей. Прорицание еще встречается, а два других Дара - практически никогда. Вы уже слышали о пророчестве?

Мы молча кивнули. Уж очень хотелось услышать интерпретацию этого шедевра местной словесности в исполнении противостоящей стороны. Увы. Демон сразу перешел к изложению своего взгляда на способ его осуществления.

–  Я объединю вас собой, своей кровью и исполню пророчество.
– Застарелая боль и ярость, отчаянье и надежда бешеным вихрем рвались за оковы самообладания. Их еще нельзя было увидеть на непроницаемо решительном лице, но невозможно было не почувствовать.

–  А ты уверен, что его результат тебе понравится?
– от непроизвольного страха, вызванного его притязаниями, я начала грубить, - И ты сможешь сохранить власть?

–  Мне понравится результат, - категорично отрезал Киран, но безупречные губы дрогнули в горькой усмешке, а ресницы опустились, пряча выражение глаз, - особенно если условием его достижения является общество таких милых дам, - резкость сменилась мягкой иронией, достаточно отстраненной, чтобы вызвать сомнения в ее объекте. На мгновение мне показалось, что он иронизирует над самим собой.

–  Оно уже исполняется, - возразила Туся, стоически пропустив последнюю реплику мимо ушей, - разве ты не видишь?

–  Да, исполняется, - дикая смесь боли и радости плескалась в голосе.
– Двести лет я ждал этого, и сейчас никому не позволю помешать.

Странно… не может же он не понимать, что исполнение пророчества будет означать конец клана Ночных, как государства. И власть он сохранить не сможет. Хорошо, если отправится только в изгнание, а не прямиком на плаху, или куда тут у них отправляют государственных преступников. Или его самонадеянность простирается до уверенности, что он объединит оба клана под своей рукой, свергнув Азаира? Непохоже. Не предвкушение торжества, а готовность к самопожертвованию звучит в каждом его слове.