Чтение онлайн

— С одним не вышло, решил попытать счастье с другим? — язвительно спросил Кот. — Думаешь, я адекватнее ученика твоего ученика?

— Я слышал ваш разговор с мальчишкой, — не стал скрывать Мельхиор. — Невольно. В этом доме невозможно что-то утаить от меня. Ты мне показался благоразумным.

— Тогда ты должен быть доволен, что обыграл всех и каждого. Что тебе ещё от нас нужно?

— Я перенёс тебя с напарником сюда не только для того, чтобы обуздать нового главу совета…

— Ты шантажировал моего ученика? — Кот нехорошо прищурился.

— Конечно, — Аист насмешливо склонил голову. — Я же цайар. А мы, по вашему всеобщему мнению, только шантажом и дышим. Не хотелось вас разочаровывать.

— Тебе копыт не хватает.

— Для чего?

— Для полноты образа. И хвоста свечкой. Рога и бородка есть.

Мельхиор застыл с непонятным выражением лица, видимо, обдумывая слова куратора.

— Кое-кто, — певуче растягивая гласные, заговорил Хозяин Острова после недолгого молчания, — уже обещал мне поработать над моим образом. Пожалуй, стоит заняться этим на досуге. Трепет. Вот чего я давно не видел в глаза смертных.

— Я не смертный.

— Ты трудноубиваемый. С бессмертием это не идёт ни в какое сравнение.

— Вы тоже умираете.

— У нас единый эгрегор. Мы выходим из него и в него же возвращаемся. Меняется только окраска. Наше бессмертие в нашем единстве.

— Пф!

— Не завидуй. Иногда у меня возникает эгоистичное желание стать уникальной личностью, вроде тебя. Но я вспоминаю вашу похоть, жажду наживы и власти, ваше лицемерие. И помутнение проходит.

— Что тебе надо?

— Зеркало. Я подсунул его тебе, чтобы оно отыскало моего племянничка. А теперь ты подсунешь ключ от одной из дверей внутри Зеркала своему ученику.

— Зачем мне это делать? И почему ты сам не подкинешь ключ Михею?

— У цайаров слишком много ограничений на «сам», дорогуша. Правила Игры строги, но без них наша созидательная сила давно бы привела миры к Хаосу. Слышал такое: благими намерениями выстлана дорога в Ад?

— Ад придумали вы.

— Да, но тем не менее. Я не буду угрожать тебе, Ньярхайд. Ты и сам понимаешь, что я своего добьюсь. Только более жёсткими методами. У тебя сейчас есть шанс подложить подушку под зад своего чересчур деятельного ученика. Ну, и в качестве бонуса… я могу вернуть твоему напарнику способность к продолжению рода. Ах, да что я такое предлагаю!? — Мельхиор жеманно взмахнул руками. — Тогда ведь он может сбежать от тебя к какой-нибудь девахе, чтобы плодиться и размножаться! Нет, нет, прости! Я оговорился.

— Почему бы тебе не предложить это Иватарну? У меня нет прав решать за него.

— Он отказался меня слушать.

— Рука у него тяжёлая, — Кот прикрыл веки.

Его напарнику частенько не хватало такта, чтобы выразить гнев без рукоприкладства. Ив считал, что порою честно съездить по физиономии гораздо лучше подлых уколов словами.

— За полвека совместной жизни ты уяснил только это?

— Хватит пытаться вывести меня из себя, цайар.

— Никакого почтения! — вздохнул Хозяин Острова с притворной грустью. — Фаахи совсем вас разбаловал. Что ж, моё дело — предложить.

Он положил на стол маленькую колбочку, закупоренную сургучом, с розоватой жидкостью внутри и серебристое перо.

— Двери в Зеркале заперты на генетический код. Моё перо — ключ к одной из них. Ты можешь оставить его на столе, и тогда твой ученик поранится, пытаясь взломать двери самостоятельно. Или же ты подложишь ключ в Хранилище так, чтобы Михей обязательно его нашёл. И тогда ничего страшного не случится. А это, — Мельхиор ткнул когтистым пальцем в колбу, — для твоего напарника. Принимается внутрь. Идёт мягче с чем-нибудь алкогольным. Отличный подарок на день рождения, как считаешь? Или на свадьбу…

Кот не ответил. Он словно превратился в статую: холодный, отстранённый, недвижимый. Только зелёные искорки вспыхивают под полуопущенными ресницами.

— У меня ещё много плюшек осталось, — улыбнулся Хозяин Острова, не обращая внимания на отчуждённость куратора. — Я выгодный наниматель. И сильный протектор. Вдруг понадобится? Подумай.

Мельхиор вышел из комнаты, которая негласно на три дня стала местом сбора главы Совета и его команды. А Кот думал. Тогда, и сейчас, сидя в кресле второго пилота.

— Ив?

— А?

— Ты бы хотел иметь детей?

Кот спросил и сам смутился своего вопроса под удивлённым взглядом жёлтых глаз.

— Я в общем, — быстро поправился он, стремительно обрастая колючками и каменея лицом. — Жена, соски, пелёнки?

— Э-э-э… — Иватарн качнул головой. — Ты же знаешь…

— А если бы мог?

— Почему ты спрашиваешь? У нас опять кризис отношений?

— Это просто вопрос! — колючки Кота стали почти осязаемыми. — Так трудно ответить?

Иватарн какое-то время смотрел на напарника, размышляя. Вздохнул. Снова покачал головой.

— Может быть, но не сейчас, — ответил он.

— Почему?

— Я не готов к семейным отношениям.

— А когда будешь готов?

— Наверное, когда надоем тебе, — Иватарн улыбнулся.

— Какой-то принцессе придётся очень долго ждать.

Воображаемые колючки Кота обмякли, превратились в шерстинки. Белые и пушистые. Иватарн вскинул и опустил брови, умиляясь. Улыбнулся шире, вернулся вниманием к Глисту. Он не заметил, как его напарник спрятал обратно в карман колбочку, которую мусолил в ладони с начала разговора.

Лурвэ застенчиво обвивала хвостом затянутую в чёрную блестящую кожу узких брюк ножку и обнимала себя за плечи крыльями. Маленькие и кожистые, «застёгнутые» под горлом на крючочки-коготки, крылья походили на готическую пелерину, накинутую поверх огненно-красной блузы, и весь вид демонессы был бы достаточно агрессивным, если бы не смущённое трепетание ресниц и румянец на серых щеках. Принцесса Ада наблюдала, как младенец смеётся, булькает и забавно причмокивает губками в руках счастливого Михея.

— Она прекрасна, Лу! — Михей подлетел к демонессе и чмокнул её в щёку. — Такая красивая!

— Не серая, — кивнула Лурвэ.

— Ну что ты! Я даже немного расстроен по этому поводу! — Михей поднял дочь на вытянутых руках, восхищённо разглядывая. — У неё твой цвет волос! И рыжая прядь, ты посмотри!

— И твои глаза.

— Ангелочек!

— Да ну?!

— Ой! Демонёнок! Наша Лана, Лань.

— Я хотела назвать её… Лувэй.

— О! Я только за! Но ведь нужно оставить её что-то от себя прежней, м?