Чтение онлайн

— Лисёнок шокирован? — Саартан усмехнулся. — Ирония судьбы, правда?

— Но так даже в сказках не бывает! — Михей уставился на него круглыми глазами. — Это… уже слишком! Ты то дракон, то не дракон, то радужный, то красный, то чёрный, то вообще не пойми кто! И… О! Вот про что ты говорил! Вот чего я не понимал! Ты-Саа и ты-Миф — одно и тоже! И там, в твоём сознании, ты не подслушивал, ты просто никуда не уходил! И убил меня… дважды. И… как же мне теперь тебя называть? Ты ведь… ты ведь мой Саа, понимаешь?!

— Твой Саа, — Саартан кивнул. — Так было. Так будет. Если ты во мне ещё не разочаровался, конечно.

— Я? — Михей искренне удивился. — Ох, Саа! Да я в тебе души не чаю! Ты же…

— Ах, ну хватит уже! — Мельхиор выпрямился. — Пора с этим заканчивать. Пророчество должно оставить этот мир.

Эрих открыл глаза. Глефа снова оказалась у него в руках. Он шевельнул крыльями, сделал шаг навстречу Хранителю. Бэт подхватила сына на руки, прижала к себе и скрылась с ним за живой изгородью высокого кустарника. Михей, не долго думая, выхватил из кармана шприц-ампулу, вывернулся и в подскоке всадил его в шею Саартану. Не успели пятки Михея коснуться земли, а ампула упасть на мраморные плиты, как кинжал с рубином в оголовке по самую рукоять вошёл в сердце Хранителя.

Мельхиор вскинул брови и жестом остановил им сотворённого Спасителя. Саартан пошатнулся, крылья за его спиной взметнулись чёрными лентами, рванули к ойкнувшему Михею, спеленали его в кокон. Маска на лице Хранителя ожила, потекла, потянулась извивающимися струйками к испуганному мальчишке, чтобы выпить его, высушить. Где-то вдалеке послышался громкий детский плач. Эрих заморгал, приходя в себя, его белые крылья опали и рассыпались снежным пухом. Глефа растворилась в ладонях. Эрих ошалело завертел головой.

— Элис! — он бросился сквозь кусты на плач.

Струйки тьмы развеялись дымом перед самым носом Михея, чёрные крылья обмякли, повисли безвольно на поникших плечах Хранителя. На его потемневшие губы легла тень усмешки. Он последний раз вздохнул, медленно осел на мрамор и уронил голову на грудь. Михей опустился перед ним на колени, согнулся, уткнулся лбом в плечо, аккуратно вынул кинжал и осторожно обнял. Мельхиор цокнул языком.

— Смелый ход, — сказал он и спрыгнул на бортик фонтана. — Однако, дорогуша, ты упустил важные детали.

Михей промолчал. Только сильнее прижал к себе своего бездыханного Саа.

— Во-первых, — Аист принялся расхаживать по парапету, заложив руки за спину. — Нельзя отдать душу тому, кто не сможет её принять. Мало кто из существ Шельйаара способен управиться с таким подарком. Неужели тебя это не насторожило? Ты же умненький мальчик… Во-вторых, умирая в тварной оболочке, цайар лишается всех накопленных душ, если он не успел их вложить во что-нибудь дельное и красивое. Даже цайар-полукровка. Даже если он умер лишь для того, чтобы переродиться во что-то другое. В вампира, например. Хм… Душа моего Фаахи свободна и теперь в Суушире, я найду её и заберу на Остров.

Михей скрипнул зубами.

— В-третьих, — Мельхиор довольно улыбнулся. — Отец твоего Саа — таки дракон. Даже — Дракон. Из самых первых, Высших. Как ты думаешь, дорогуша, придётся ли по вкусу драконьей сути твоего друга безумие вампирской жажды? Между прочим, обращение условно бессмертных рас в кровососов — страшное преступление с высшей мерой наказания. Одному куратору придётся ответить за твоё безрассудство. И ты сам, как глава Высшего совета, подпишешь ему смертный приговор.

Аист перестал расхаживать и обернулся на Михея, ожидая реакции. Михей хмуро глянул на Хозяина Острова.

— Ты хочешь, чтобы я что-то сделал для тебя, — проговорил он.

— Правильно, — Мельхиор удовлетворённо кивнул. — Я закрою глаза на обращение в вампира моего непутёвого племянника в обмен на твою душу.

— Зачем тебе такая безалаберная душа?

— Пригодится.

— А что будет со мной?

— Будешь жить как прежде. И работать на меня. Эрих Кофман будет твоим заместителем в Высшем совете и лицом кураторской организации перед моей семьёй. Это обезопасит Совет и Фаахи. Иначе всем кураторам конец: их не просто разгонят — раздавят. Потом я заберу тебя к себе.

— А Саа?

— Оставь его себе. Я получил от него всё, что хотел. Он больше не Хранитель Менкара. Саартан не смог поглотить своего друга, вонзившего кинжал в его сердце, решил пожертвовать собой. И ключ от менкарских ворот перешёл к его сыну. А мой племянник… с тобой он будет всегда у меня на виду. Ведь ты уже согласился стать моей собственностью, не так ли?

— Так ли, — Михей закусил губу.

— Вот и замечательно.

Хозяин Острова шагнул с бортика бассейна на землю. Михей вздрогнул, когда окружающий их с Мифлецетом сад сменился развевающимся над кроватью, размером с маленькую комнату, светлым балдахином, и как эхо Аиста голос Кота произнёс:

— Замечательно.

Михей бережно уложил Хранителя на подушки. Помедлил, собираясь с духом, и прыгнул на шею куратору:

— Учитель!

Кот, до этого расслабленно сидевший в углу кровати, проворчал что-то неподвластное интуиту, обнял своего ученика. Потрепал по рыжей макушке.

— Рассказывай, — вздохнул он. — Я уже полдня жду хоть каких-то объяснений.

— Ох… — Михей замялся, не зная, с чего начать. — Саа, наверное, проснётся дико голодным.

Куратор бросил быстрый взгляд на неподвижного Саартана.

— Что ты сделал?

— Ввёл твою кровь и… убил.

— Чем ты думал?! — Кот отпихнул от себя мальчишку. — Для нормального обращения ему нужна живая кровь! А не замороженная пакость!

— Если бы я этого не сделал, то Саа сразился бы со Спасителем, тем самым приняв пророчество, и погиб бы! И Мельхиор заполучил бы его вместе со всеми потрохами! А пока Саа в смертном теле… ну, или в почти смертном теле… этот недоптиц не имеет над ним власти! Цайары же не могут просто так калечить смертных своими руками, да? О… только не злись, учитель! Но я ошибся насчёт того, что дракон — всего лишь форма Саа. Саа — полукровка…

— Замечательно, — мрачно повторил Кот.

Он перебрался по кровати к Саартану, пощупал отсутствующий пульс, поводил ладонью над его грудью, прислушиваясь к ощущениям.

— А на вторую половину он кто? — спросил куратор.

— Цайар, — невинно ответил Михей.

— Кто?!

— Он сын сестры Мельхиора, — Михей на всякий случай отполз от своего учителя подальше. — И какого-то крутого Дракона.

Кот вперился в него недобрым взглядом, угрожающе приподнял верхнюю губу, обнажая клыки. Михей с несчастным видом пожал плечами: