Чтение онлайн

— Серебрушка с человека, — важно подтвердил представитель местной власти, — И не забудь пять золотых за размещение повозок с лошадьми. Повезло тебе, мужик, что рядом постоялый двор для приезжих обозов пустует. А не то с каждой повозки пришлось бы по золотому отвалить.

Арух от жадности аж с лица спал.

— Да-да, конечно.

Он трясущимися руками на три раза пересчитал вынутые из кошеля золотые и серебряные монеты, отдал бородатому и смотрел тоскливым взглядом, как страж небрежно ссыпает деньги в суму, прикреплённую к поясу.

— Да, ещё одно. Всем девкам, которые в твоём караване едут, передай, чтобы завтра на площадь Тёмного к девяти утра пришли. Досмотр будет. Невесту Тёмного принца ищут.

В Даргус я вошла в числе первых.

Остальные взрослые путешественники топтались у повозок, наверное, опасаясь оставить без присмотра своё добро, а дети канючили и дёргали родителей, желая поскорее сменить надоевшую обстановку на что-нибудь новенькое.

Показав проездной билет, который был пропуском, поскольку вход оплатил владелец каравана, я миновала высокие железные ворота и впервые за долгое время ступила на дорогу, вымощенную аккуратной округлой брусчаткой.

По улице шла, прислушиваясь к оживлённым городским звукам и восхищённо озираясь.

Даргус буквально утопал в зелени и цветах. Все дома были построены из камня песчаного цвета, их крыши обвивал мелкий плющ, а стены и окна украшали глиняные горшки, из которых или торчали, или свисали живыми гирляндами цветы самых разных оттенков. Возле каждой двери на манер часовых стояли две кадки с аккуратно подстриженными кустиками.

В какой-то момент я почувствовала, что воздух становится всё более влажным и свежим, и через несколько минут вышла на городскую набережную, окаймлённую каменным парапетом. Парапет традиционно был украшен цветами в горшках, а возле одного из домов, расположенных вдоль реки, стояли три столика, накрытые яркими красными скатертями. За столиками сидели респектабельные горожане и вкушали разносолы, которые подавали юркие официанты.

Похоже, я догуляла до весьма богатого квартала…

Зайдя на каменный мост, остановилась. Мой взгляд притянул симпатичный домик с редкими для Даргуса балконами, которые были сплошь увиты мелкими цветочками нежных пастельных оттенков. Я облокотилась на перила, разглядывая эту красоту, и замерла, услышав разговор двух взволнованных девушек.

— Сегодня нашу половину города проверяют. Я страху натерпелась! — тараторила одна высоким писклявым голоском, — Урцаки стоят с топорами, маг злющими глазами так и зыркает, в каждой невесту Тёмного подозревает — того и гляди, заклятьем каким швырнёт, не встанешь потом. А когда ко мне Тень приблизилась, я чуть в обморок не свалилась, вот честное слово!

— Ой, бедная, — сочувственно всхлипнула её товарка, — а мне завтра идти.

— Ты смотри, чтоб Тень-то тебя не задела, а не то, говорят, всё. Уж никогда замуж не выйти — самая верная примета!

— Да что ты!

Продолжая обсуждать наболевшее, собеседницы прошли мост и направились дальше, вдоль набережной. Я же враз потеряла радостное настроение, которое до сей поры навевал этот милый городок. Значит, с посланниками Тёмного принца прибыла Тень! А эти твари могут меня вычислить! Что же делать?

Любоваться местными достопримечательностями расхотелось, так что я отправилась искать, куда поселиться, заодно размышляя, идти завтра на площадь или попробовать спрятаться. Вряд ли кто-то нарочно донесёт, что некая Эйвери пропустила всё веселье, верно?

Шла, куда вели ноги, и через несколько поворотов оказалась в узеньком переулке, который полностью состоял из бесконечной каменной лестницы, уходящей далеко вверх.

На лестнице сидела девочка лет двенадцати с раскрытой толстой книгой в руках. Длинное белое платье стекало по ступенькам на манер разливающейся реки, а сама она, с кудрявыми светлыми волосами на фоне сияющего за спиной солнца выглядела феей из доброй сказки. Завершая удивительный образ, вокруг неё прыгали и порхали маленькие разноцветные птички.

— Здравствуй, здравствуй, Эйвери, — с улыбкой пропела девочка, — Или лучше Айрис? — она кокетливо склонила голову набок, разглядывая офигевшую меня, — Или всё ещё предпочитаешь, чтобы тебя называли Мариной? Так пора бы уж и позабыть имя из другого мира.

— Э-э-э…

Сказать что-то более вразумительное я была не способна.

Юное создание залилось волшебным смехом, к которому охотно присоединились переливчатые трели птичек.

— Не вздумай завтра пропустить приглашение Тёмного принца, — сказала девочка.

— К-какое п-приглашение?

— Утреннее. То, что состоится в девять часов на главной площади города.

Говорит так, что создаётся ощущение, будто это я маленькая неразумная девочка, а она — вся такая из себя взрослая женщина, умудрённая как минимум столетним опытом.

— Но вдруг они… — начала я и замолчала, внезапно испугавшись, что чудесная не-совсем-девочка вполне может быть подослана моим врагом — принцем.

— Не бойся, — она правильно поняла мою заминку, — Тёмный — не друг мне. Я представляю другие силы. И эти силы знают, что бояться тебе нечего. Смело иди, никто не догадается, кто ты есть на самом деле.

— Они прям уверены? — недоверчиво переспросила я.

В ответ девочка лишь одарила меня лучезарной улыбкой.

— С кем ты разговариваешь? — раздался позади удивлённый голос Хэча, и я, вздрогнув, обернулась.

— В смысле, с кем?

Посмотрела назад… Ни птичек, ни лестницы, ни девочки… Обычная улица с каменной мостовой и песчаными домиками в облаках цветов.

— Здесь сидела девочка, — растерянно прошептала, а маг понимающе покивал.

— Видишь невидимое? — чёрные глаза засияли так мрачно, что я даже слегка испугалась, — Ещё один признак помехи, Эви. Что тебе сказала эта девочка?

Слово «девочка» он выделил, будто нецензурное ругательство.

— Ничего важного.

— Значит, ничего важного…

Кажется, он хотел как-то ещё прокомментировать мои слова, но передумал.

— Почему ты ушла одна?

— А тебе-то что? — ни с того ни с сего взъярилась я, — Опять нашёл меня по лучу? Ищешь её, а можешь найти только меня? Ненужную?

Ревновать к самой себе, конечно, ужасно глупо, и я вовсе не понимала, зачем несу эту чушь, но остановиться не могла.

Хэч вздрогнул, будто получил невидимый, но вполне чувствительный удар, и лицо его стало жуткой маской — глаза сузились, превратившись в беспросветно чёрные колодцы, заострились скулы, губы сжались в злую тонкую полоску. Он выглядел настолько опасным, что я невольно сделала шаг назад, а в солнечном сплетении тревожно завибрировала магическая нить.