Чтение онлайн

— Это… — Лиза прикрыла рот ладонью. — Это не просто заклинание.

Она была права. Там, где фиолетовый огонь касался пола, оставались выжженные узоры — точные копии тех, что я видела на фресках в тайном храме. Они светились изнутри, как раскаленная проволока, испуская едкий запах озона и горячего камня.

Четвертая руна.

Боль пришла внезапно — острая, пронизывающая, будто кто-то вогнал мне под ребра раскаленный клинок. Я закричала, но не остановилась. Камень в ладони вспыхнул ослепительно ярко, и вдруг…

Тьма.

Когда зрение вернулось, передо мной предстала сюрреалистическая картина.

Пол лаборатории теперь напоминал древний манускрипт — покрытый сложными обугленными символами, которые еще дымились в полумраке. Лиза и Сара прижались к дальней стене, их лица были бледны, а глаза широко раскрыты — в них читался чистый, животный ужас.

И только Феникс оставался невозмутим. Он сидел прямо посреди магического круга, его рыжая шерсть переливалась в призрачном свете уцелевших магических ламп.

— Ты не контролируешь это, — произнес он, и его голос звучал странно объемно в опустевшей лаборатории. — Ты сражаешься с этим. Как дикий зверь с цепью.

Я тяжело дышала, чувствуя, как пот стекает по спине. В зеркале, что я повесила пару часов назад на стене, отражалось мое отражение, оно было почти неузнаваемым — глаза светились сплошным фиолетовым светом, как у ночного хищника.

— А что если… — я облизнула пересохшие губы, ощущая вкус крови и пепла. — Что если я должна не сражаться?

Феникс медленно моргнул, и в этот момент сверху, из жилых покоев, донесся оглушительный грохот. Дом содрогнулся, с полок посыпались склянки, разбиваясь о камень. Кот усмехнулся, обнажив острые клыки.

— Тогда, Ведьма, тебе придется сдаться. Но готово ли твое сердце к такой цене?

В соседних комнатах снова раздался гул — на этот раз явственно различимый как звук падающей мебели и треск ломающегося дерева.

Виктория

Воздух в лаборатории внезапно стал густым, словно пропитанным свинцом. Я замерла, почувствовав, как по спине пробежали ледяные мурашки. Где-то в нашем маленьком домике, раздался оглушительный грохот — будто массивный шкаф опрокинулся вместе со всем содержимым. Дребезжали стекла в оконных рамах. Я затаила дыхание, прислушиваясь.

Шаги.

Тяжелые. Медленные. Методичные. Они раздавались, переходя из комнаты в комнату, сопровождаясь треском ломающейся мебели и зловещим скрежетом — будто каменные когти царапали деревянные полы.

— Марк? — мой голос прозвучал неестественно высоко, почти детским шепотом.

Но я тут же поняла ошибку. Мой дракон никогда… Он бы не…

До меня донесся рык — низкий, гортанный звук, от которого задрожали стены. Он не был похож ни на что живое — скорее напоминал скрежет валунов в горном обвале, смешанный с шипением раскаленного металла.

Феникс внезапно выгнул спину, его обычно пушистый хвост превратился в ершистую щетку. Шерсть встала дыбом, обнажив бледную кожу под ней. Его зеленые глаза расширились до невозможного.

— Стражи, — прошипел он, и в этом слове было столько первобытного ужаса, что мои руки сами собой сжались в кулаки.

Стражи Лунного Пламени?

В памяти всплыли обрывки знаний из фолианта — древние существа, высеченные из самого камня мироздания. Они не жили и не умирали. Они были. Вечные стражи запретных знаний, каратели тех, кто осмелился прикоснуться к тому, что не должно было быть потревожено.

— Но как… — Сара прижалась к Лизе, ее пальцы впились в подругу так, что побелели суставы. — Как они нашли нас? Здесь же защитные круги…

Я посмотрела на свои руки. Фиолетовые искры в глазах. Выжженные узоры на полу, все еще тлеющие зловещим сиреневым светом. Тень за моей спиной, которая двигалась сама по себе, будто живое существо. Озарение ударило, как молния.

— Я сама их позвала, — прошептала я, ощущая, как в горле пересыхает. — Каждая попытка… Каждая вспышка магии… Это был сигнал. Как маяк в ночи.

В комнатах что-то грохнуло снова — на этот раз прямо рядом с нами. С потолка посыпалась штукатурка. Дверь в лабораторию затряслась в раме, петли завизжали под невидимым натиском.

Феникс прыгнул мне на плечо, его когти впились в кожу сквозь тонкую ткань рубахи. Боль была острой, почти приятной — единственное, что казалось реальным в этом кошмаре.

— Они пришли за Камнем, — прошипел он прямо в ухо. — И за той, кто осмелился носить его.

Лиза резко выпрямилась. В ее глазах читалась паника, но голос не дрогнул.

— Что будем делать?

Я разжала ладонь. Камень пульсировал, как второе сердце, его сиреневое свечение освещало лицо Лизы мертвенным светом.

— Бежать нельзя, — пробормотала я. — Они уже окружили дом. Чувствую… Их много.

— Тогда сражаемся! — Сара сжала кулаки, но я покачала головой.

— Самоубийство. Они… — Дверь треснула под очередным ударом, в дереве появилась глубокая щель. — Они не из тех, кого можно победить заклинаниями.

Дверь треснула снова. Щель превратилась в зияющий разлом. Сквозь него пробивался свет — не теплый желтый свет ламп, а холодное, мертвенное сияние, похожее на лунный свет в морозную ночь.

— Тогда что?! — закричала Сара. В ее голосе слышались нотки истерики.

Я закрыла глаза. В темноте всплыли слова пророчества, будто написанные огнем на внутренней стороне век.

«Когда последняя ведьма полюбит последнего дракона…»

— Я должна сдаться, — сказала я, открывая глаза.

Но не Стражам, а той силе, что зовет меня.

Дверь разлетелась в щепки с оглушительным грохотом. Обломки дерева разлетелись по подвалу, один из них оставил кровавую царапину на моей щеке.