Чтение онлайн

— Они развеваются, как флаги на ветру, — пробормотала я. — Я же не корабль, чтобы в таком выходить замуж!

Из угла раздался фырк. Сара сидела, скрестив ноги, на диване, её блокнот с заклинаниями лежал на коленях, но она явно была больше увлечена нашим «модным показом».

— Двенадцать, — сказала она, не поднимая глаз от записей.

— Что?

— Ты обещала примерить двенадцать платьев. Это только третье.

Я закатила глаза и попыталась повернуться, но метровые рукава тут же запутались вокруг моих ног.

— Осторожно! — вскрикнула Лиза, но было поздно.

Я споткнулась, рухнула на кровать и утащила за собой половину драпировок. Жемчуга рассыпались по полу, как слёзы моих надежд на нормальное свадебное платье.

— Всё, — я зарылась лицом в подушки. — Я передумала. Давайте сожжём все эти платья и скажем, что это древняя ведьмовская традиция. «Очищение огнём перед свадьбой» — звучит убедительно, да?

Лиза ахнула так громко, что, кажется, её услышали даже в соседнем королевстве.

— Ты с ума сошла! Это же платья от лучших портных пяти королевств!

— Именно поэтому их нужно сжечь, — пробормотала я, но в этот момент в меня прилетела подушка.

Сара, не отрываясь от записей, метнула её с убийственной точностью.

— Следующее платье! — сказала она, и в её голосе прозвучала сталь.

Я застонала, но поднялась.

Боги, почему я согласилась на эту пытку?

Я замерла перед зеркалом, ощущая, как дрожат мои пальцы на складках шелка. Воздух в комнате вдруг стал густым, сладковатым от аромата цветов за окном. В отражении стояла незнакомая девушка — изящная, воздушная, с таинственным блеском в глазах.

— Ты выглядишь… как ты, — прошептала Сара, и в её обычно ровном голосе дрогнули нотки чего-то тёплого.

Она медленно закрыла блокнот с заклинаниями, будто признавая, что никакая магия не способна создать такое чудо.

Я сделала шаг ближе к зеркалу. Платье… Оно было простым, лишь на первый взгляд. Шёлк, цвета морской пены на самом деле переливался сотнями оттенков — от нежно-зелёного до глубокого бирюзового, будто вобрав в себя все краски океана. Кружева на рукавах, такие лёгкие, что казались сотканными из утреннего тумана, при каждом движении оживали, образуя замысловатые узоры — то ли паутину, то ли магические руны.

— Это… — Лиза замерла с булавками во рту, её глаза неожиданно блеснули влагой. Она, всегда такая болтливая, не могла подобрать слов.

— Это идеально! — закончила за неё Сара, и в её голосе звучала редкая уверенность.

Я повернулась, и платье заструилось вслед за мной, как живое. Ткань пела тихую песню — едва слышный звон, похожий на перезвон хрустальных колокольчиков. В этот момент я увидела в зеркале не просто отражение. Я увидела себя — настоящую. Не ведьму, не невесту дракона, а просто Викторию. Ту самую, что когда-то бегала босиком по лесу и смеялась под дождём.

— Только… — Лиза вдруг оживилась, как будто вспомнив что-то важное. Она бросилась к резной шкатулке на туалетном столике, почти опрокинув флакон с духами. — Ему не хватает одной детали!

Шкатулка открылась с лёгким щелчком. Внутри, на тёмно-синем бархате, лежало нечто невероятное. Фата. Но не простая вуаль, а словно сотканная из самого лунного света. Она переливалась серебристыми бликами, и при ближайшем рассмотрении я разглядела — в ткани действительно были вплетены крошечные звёздочки, мерцающие собственным светом.

— Это?

— Подарок от твоего дракона, — Сара ухмыльнулась, поправляя очки. — Принёс сегодня на рассвете. Говорит, эльфийские мастерицы ткали её три лунных цикла из нитей, собранных в их садах, где растут цветы, пьющие лунный свет.

Я осторожно прикоснулась к фате. Ткань оказалась тёплой, как живая, и в пальцах защекотали крошечные искорки. Вдруг мне показалось, что звёздочки в узоре сложились в знакомые очертания — силуэт дракона в полёте.

— Он знал… что я выберу именно это платье? — голос предательски дрогнул.

Подруги переглянулись. Лиза вдруг смахнула непрошеную слезу, а Сара улыбнулась той редкой улыбкой, которую приберегала для особых моментов.

— Он знает тебя, — просто сказала Сара, и в этих словах было больше понимания, чем в любых длинных речах.

Когда дверь за подругами тихо закрылась, я осталась одна в кольце лунного света. Комната, еще минуту назад наполненная смехом и болтовней, теперь дышала тишиной. Я медленно подошла к зеркалу, ступая босыми ногами по прохладному паркету, чувствуя, как шелк платья нежно обнимает мои бедра при каждом шаге.

Перед зеркалом я замерла, вдруг осознав — это последние минуты, когда я просто Виктория. Через три дня… Через три дня я стану женой дракона. Мои пальцы непроизвольно сжали складки фаты, и в груди что-то болезненно сжалось.

— Через три дня его мать попытается меня сжечь, — прошептала я своему отражению.

Губы дрожали, но глаза… глаза горели. Я видела в них ту самую ведьму, что когда-то грозилась превратить дракона в головастика.

Я подняла руку, касаясь зеркальной поверхности. Холодное стекло вдруг стало теплым под пальцами. И тогда… тогда я увидела. За моим отражением поднялась огромная тень — очертания мощных крыльев, изгиб длинной шеи, мерцание золотых глаз в темноте. Сердце бешено застучало, но не от страха.

— Марк? — вырвалось шепотом.

Я резко обернулась, фата взметнулась волной серебристого света. Комната была пуста. Только лунный свет лился через окно, рисуя на полу причудливые узоры. Только шелест шелка нарушал тишину — будто невидимые крылья медленно складываются за моей спиной.

И тогда я почувствовала. Тепло. Тепло, которое не шло от камина. Оно разливалось где-то под ребрами, мягкое и уютное, как драконье крыло, укрывающее меня в холодные ночи. Где-то далеко мой дракон… мой Марк… улыбался. Я знала это так же верно, как знала биение собственного сердца. Он чувствовал. Чувствовал, что его подарок лежит именно там, где должен — на плечах его строптивой ведьмы.

Виктория

Я все еще стояла у зеркала, когда камень напомнил о себе.

Он лежал в потайном кармане, который я специально пришила к подолу — плоский серый осколок, казавшийся таким невзрачным в руинах. Но сейчас… сейчас он жёг. Не обжигал кожу, нет — скорее, пульсировал тёплыми волнами, будто второе сердце, зашитое в ткань. Я медленно достала его.

— Что…

Слова застряли в горле. Камень изменился. Раньше он был просто серым, с тусклыми прожилками. Теперь же его поверхность переливалась, как поверхность озера под луной, глубокое, живое мерцание. А внутри… внутри, если приглядеться, плавали крошечные звёзды. Нет, не просто звёзды, целые созвездия, медленно вращающиеся в глубине камня.