Чтение онлайн

– Если ты об этике...

– Дело не в этике, а в рейтинге. Нашим читательницам не интересна жизнь уборщиц. Мы просто потеряем аудиторию.

– Нет, Галя, не потеряем, наоборот. Знаешь почему? Ты видела, как ее слушали! Беата умеет рассказывать так, что это всем интересно, будь то про уборщиц или про шахтеров.

– Возможно, ты и прав. Но эксперименты по хождению в народ придется прекратить. У меня тут есть письмо от девушки – администратора ресторана...

– И в ресторане ей трудно найти жениха? Не смеши меня.

– Представь себе. Работа до позднего вечера – никуда не пойдешь, ни с кем не встретишься. Ей уже за тридцать, а ресторан молодежный, там все – и посетители, и коллектив – моложе ее лет на десять. Она в тридцать с небольшим чувствует себя старой девой. Вот это тема – и тема как раз для Беаты.

– Почему? Разве Беате уже за тридцать? Ты вообще знаешь, сколько ей лет?

– Нет, и никто не знает. Какая разница. Пусть она на этот раз сыграет возрастную роль.

– Кстати о ресторанах – может, сходим куда-нибудь вечером?

– Отличная идея.

После того как Беата вернулась из дома престарелых, Игорь вроде как успокоился. Рассказ о племяннике из Японии стоил ему нескольких седых волос, но он понял главное: Беата никогда не смешивает работу и личную жизнь, следовательно, во время задания замуж не выйдет. А если она будет находиться на задании с утра до позднего вечера, то... Потому он был так благодарен Гале за ее девушку из ресторана.

Галя тоже осталась довольна. Если Игорь мог поверить в сказки про тяжелую женскую долю ресторанного администратора, то она-то все прекрасно понимала. Девушка просто пиарит свое заведение, не исключено, что она не просто наемный работник, а совладелец. Но Гале это было на руку – пусть Беата окунется в новый бизнес, который имеет свойство затягивать навсегда. Галя в этом разбиралась, не зря она изучала менеджмент. Никого не удивит, если популярный журналист вдруг увлечется ресторанным делом и окончательно сменит профессию.

Галя не была ни злобной стервой, ни ревнивой дурой. Она желала Беате всяческих благ, но подальше от журнала «Ажур».

Писать поучительную статью Беата не стала. Вместо этого она сочинила рождественскую сказку о Золушке, которую судьба вынудила зарабатывать на жизнь мытьем полов – и далее, по сюжету, с вкраплениями литературного вымысла. Этот номер «Ажура» расхватали моментально, и рейтинг журнала сразу подскочил чуть ли не вдвое. Ни одно из Беатиных интервью с известными политиками в приснопамятной «Гордой газете» не вызывало такого ажиотажа. Ванечка из клуба «Пресс-папье» даже загорелся продать эту телегу каким-нибудь продюсерам под сериал, но знающие люди ему объяснили, что история слишком невероятная, а зритель требует хотя бы подобия жизненной правды.

– Много они понимают, эти продюсеры! – фыркнула Татка. – У меня на работе бабы читают и плачут: «Все как в жизни!»

Но Беата не расстроилась. Ее вообще мало волновала судьба уже вышедших материалов. Тем более что теперь все ее время занимал ресторан с романтическим названием «Годзилла».

Красные стены и черный подсвеченный потолок, разномастные столики, кислотная музыка и технодизайн. По стенам – контурный рисунок первобытных растений и небоскребов с вылезающими из-за них динозаврами. Фотографии из культового фильма. На первый взгляд место казалось стильным, но, проторчав здесь полный рабочий день, нормальный человек чувствовал, что съезжает с катушек.

«Годзилла» представляла собой не один, а сеть ресторанчиков, которые располагались неподалеку от престижных вузов. Такова была маркетинговая стратегия, и она оправдывалась. Студенты-мажоры стаями забегали сюда в обед, а по вечерам дым стоял коромыслом и от мелькания цветных софитов болели глаза.

Коллектив в «Годзилле» был молодой, все говорили друг другу «ты», и взрослого человека это, понятно, задевало. Но то был принцип, заимствованный у западных компаний. Когда на черном лимузине приезжал толстый волосатый хозяин всех «Годзилл» для обхода своих владений, к нему тоже обращались на «ты».

Ну и, конечно, шум. Громкая музыка, громкие голоса посетителей, их бесцеремонность, их глупые наивные лица, откровенный кадреж, временами граничащий с непристойностью. Запахи еды, звон посуды, зрелище жующих, кусающих, глотающих физиономий. Беата тщательно суммировала все, что может вызвать раздражение. Уж больно унылым и озлобленным выглядело письмо девушки-администратора.

Лично ей нравилось все, особенно веселые галдящие студенты, которые заваливались в «Годзиллу» большими компаниями или парочками. Она любила встречать их у входа и широким жестом хозяйки предлагать место у окошка, или за колонной под плакатом с динозавром, или у стены, поближе к розетке для ноутбука. Люди приходили в ресторан с разными целями, в разном настроении, и это навело Беату на идею, которую она решила воплотить попозже. Пока же надо было разобраться с рутинными обязанностями.

Обязанности были не такими уж сложными. Следить, чтобы все вовремя приходили на работу и не филонили, составлять расписание, затыкать дырки при чьих-то болезнях и прогулах. Наблюдать за порядком в зале. Иногда обсуждать с поварами меню – когда надо что-то добавить или убрать.

Татка побывала у нее и осталась довольна персоналом.

– Хорошие, профессиональные, исполнительные ребята. Вежливые. И еда неплохая. Ты их береги. Удачный коллектив – это большая редкость.

Но Беате не терпелось похвастаться главной достопримечательностью своего заведения.

– Ты лучше посмотри на народ. Где еще найдешь столько красивых девушек, столько умных глаз, столько энергии!

По поводу посетителей и их энергии Татка была настроена более скептически:

– Красивых девушек, я бы сказала, даже перебор. А ты себя не чувствуешь среди них бабушкой?

– Фигушки! – воскликнула Беата и сделала нахальный молодежный жест. – Наоборот! Я чувствую себя моложе.

– Врешь! И ни капельки не комплексуешь?

– Ни в одном глазу! Я же знаю, что я лучше всех.

– Ты, царица, всех милее... Смотри, общение с молодыми – это тяжелое испытание.

– Вот еще! А мы с тобой не молодые, что ли?

– Мы для них уже почти ископаемые. Как вот эти динозавры.

– Да ну, брось, Татка! Они нам завидуют.

– Чему завидовать? Вот если б ты была женой олигарха...

– Ой, да оставь ты своих олигархов. Думаешь, все молодые девки только об этом и мечтают? А нам они завидуют, потому что я, в моем возрасте, ужевыгляжу классно. А с ними еще неизвестно что будет.

– Ты оптимистка, Беатка, – вздохнула Тата. Она была в грустях после неудачной попытки возобновить отношения с адвокатом Витей. Тот со свойственной ему четкостью объяснил, что нуждается в более молодой подруге жизни. Поскольку молодые еще не набрались опыта и гонора и готовы слушаться старших. Неудивительно, что после такого облома молодежь вызывала у Таты только отрицательные эмоции.

– У него представление о молодых девушках, наверное, по советским фильмам, – фыркнула Беата. – Ты бы ему хоть «Маленькую Веру» дала посмотреть.