Чтение онлайн

— Ух ты, — сказал Макс. — Мама дорогая, народу-то сколько!

— Еще бы, — очень самодовольно ответил Славик, как будто такое количество народа — его личная заслуга. — Мировой центр развлечений.

— А где шлюхи? — спросил Макс. — В подворотнях толкутся?

— Обижаешь, — Славик буквально надулся от гордости за местных шлюх. — Это Европа, старик! Тут шлюхи в лучшем виде!

— А, блин, точно, — сказал Макс, показывая пальцем в сторону ближайшего к ним здания. — Вот они, голубы! Стоят в упаковке, как куклы Барби…

Лелик посмотрел туда, куда указывал Макс, и действительно увидел «кукол Барби»… С проститутками в Амстердаме все было поставлено в лучшем виде. Их квартирки для приема клиентов занимали почти все первые этажи зданий квартала красных фонарей и перемежались только кофишопами, ресторанчиками и стриптиз-клубами. Каждая проституционная квартирка заканчивалась небольшой стеклянной витриной с ярким освещением, выходящей прямо на улицу. В витрине, если в этот момент не было клиента, стояла или сидела проститутка в нижнем белье, приманивая прохожих. Рядом с витриной располагалась дверь, в которую можно было зайти, чтобы спросить о ценах или сразу получить весь комплекс услуг.

— Вот это я понимаю — Европа, — довольно сказал Макс. — Товар налицо. Не то что у нас…

— Ты хочешь сказать, — спросил его Лелик, обидевшись за родину, — что на Тверской не девок выставляют, а их дублерш?

— Я Тверской не пользуюсь, — с достоинством сказал Макс. — Я через Интернет заказывал на братовом компьютере. А там — беда. Все время обманывают честных клиентов. Один раз такую цыпочку нашел… Физиономия, правда, не фонтан, но зато тело — совершенно роскошное! Заказал. Приезжает. Звонит. Открываю дверь — мама дорогая…

— Что, совсем не та? — спросил Лелик.

— В том-то и дело, что та, — ответил Макс. — Физиономия как раз такая, как в Интернете. А тело на пять размеров побольше. Они просто взяли фотку какой-то модели и прилепили к ней рожу этой шлюхи. Понадеялись, что если клиент будет пьяный, то разницы не заметит. Но я был не пьяный. У меня денег на пьянку не было.

— Значит, на пьянку у него денег не было, — сказал Лелик Славику, — а на шлюх пожалуйста? Хорошо живет наш милый друг, как я посмотрю…

— На шлюх мне братец стольник подарил, — объяснил Макс. — Причем с условием, что я их именно на шлюх и потрачу. Желание брата — закон.

— Ну и чем дело кончилось? — поинтересовался Славик. — Что ты сделал с этим котом в мешке?

— Да выгнал к чертовой матери за обман клиента, — пожал плечами Макс. — Сказал, что можно без ее физиономии, но зато с тем телом, которое на фотке. А наоборот — я не согласен.

— И что ты делал дальше? — полюбопытствовал Лелик. — Как вышел из положения?

— Да очень просто, — ответил Макс печально. — Пошел на улицу, купил бутылку водки и «Пентхаус».

— Какая пошлая правда жизни! — захохотал Славик.

— Дальше было еще веселее, — признался Макс. — Я пришел, напился, сел смотреть журнал, нашел там интересное интервью, зачитался и заснул. Вот такой был сексуальный вечер.

— Не боец, — сказал Лелик.

— Точно, — подтвердил Славик.

— Сегодня посмотрим, кто тут боец, — обиделся Макс. — И вообще, прибавили шагу! Плететесь, как черепахи!

И Макс быстро-быстро засеменил вдоль витрин с «куклами Барби». Лелик со Славиком последовали за ним.

Что интересно, Макс во время движения практически не останавливался. Он быстрым шагом проходил мимо витрин, лишь искоса кидая взгляд на проституток, и целеустремленно шел дальше. Лелик со Славиком за ним уже и не поспевали.

— Ты глянь, как загребает, — восхищенно сказал Лелик Славику. — Сразу видно — идет человек, который знает, что ему нужно.

— Да что-то ни черта он не знает, — ответил Славик. — Несется как угорелый. Ты посмотри, какие девки классные выставлены. Что ему еще нужно-то? Что он ищет?

— Что ищет он в краю далеком? — высокопарно процитировал Лелик. — Что кинул он в краю родном?

— Правильно говорить «кого кинул», а не «что кинул», — поправил его Славик.

— Пушкину было виднее, — назидательно сказал Лелик.

— Согласен, — подтвердил Славик. — Но стихотворение написал Лермонтов. Тебе, как поэту, этого не знать — просто позор из позоров.

— Я знал, что это Лермонтов, — начал выкручиваться Лелик, который почувствовал себя очень неудобно. — Имелось в виду, что этим великим — Пушкину, Лермонтову и Кюхле — было виднее, что кидать и кого кидать.

— Не оправдывайтесь, — сказал Славик. — Мы прекрасно поняли, что в поэзии вы не разбираетесь. А еще поэт. Позор!

— Разбираюсь я! — разозлился Лелик. — Вот спроси меня что хочешь! Спроси!

— Пожалуйста, — ответил Славик небрежно. — Какова валентность углерода в органических соединениях?

Лелик от неожиданности даже остановился. Ближайшая к нему проститутка приняла его временный столбняк за некую заинтересованность, поэтому стала усиленно двигать бедрами и призывно махать рукой.

— Я вообще-то имел в виду спросить что-нибудь из поэзии, — объяснил Лелик.

— Хорошо, — кивнул Славик. — Как называется трехсложная стопа с ударением на последнем слоге?

Лелик снова остановился.

— Ты издеваешься? — спросил он.

— Нет, — пожал плечами Славик. — Ты просил спросить что-нибудь из поэзии, я и спросил. Лех, ну признайся, что в теории ты не силен. Это же и так понятно.

— Я не понимаю одного, — сказал Лелик. — Откуда ты-то этого идиотизма набрался? Что я не знаю эти валентности и название анапеста — это как раз понятно. Непонятно, откуда ты это знаешь. Ты же Тимирязевскую академию заканчивал. Вам там амфибрахии с анапестами преподавали, чтобы вы озимым стихи читали, что ли?

— Все очень просто, — объяснил Славик. — Мне нередко приходится сидеть в конторе и ни черта не делать. Поэтому я смотрю по телевизору всякие викторины и набираюсь ума-разума. Память-то хорошая.

— Теперь все понятно, умник, — облегченно вздохнул Лелик. — Ума-разума он набирается. На самом деле это просто свалка совершенно бесполезных знаний, понял?

— Ну почему же бесполезных? — пожал плечами Славик. — Тебя-то я уел, правильно?

— Интересно, — сменил тему разговора Лелик, — а где это наш Максимка? Где наш непутевый друг? Что-то я его не вижу.