Свеча на ветру
Шрифт:
— Он ничего не натворил. По крайней мере, до нашей поездки в Шотландию, — перебила Крисси, почувствовав внезапное изменение его настроения.
— Но он не назвал настоящую причину, по которой взял деньги, — холодно возразил Джеррад. — Ни про ваше путешествие, ни про твое состояние на тот момент. Не упомянул ни про твою депрессию после второго аборта, ни о своих огромных долгах, хотя я спрашивал его о денежных и личных проблемах. Поэтому мы позволили ему уволиться по собственному желанию. И я не догадывался ни об истинных причинах его ухода, ни о твоей прерванной беременности.
Кендал припомнила, что Крисси не сказала об этом даже Ральфу, поделившись известием только со старшей сестрой, потому что опасалась дурных последствий. Но в конечном итоге они не замедлили проявиться.
— Поэтому ты забрала Мэтью, Крисси? — голос Джеррада немного смягчился. — Чтобы отомстить мне за потерю своего ребенка? Ты считала, что я несу за это ответственность?
Кендал вздрогнула, крепче прижав к себе Мэтью, когда он попытался слезть с колен. Ребенок протянул ручонки вниз, желая вернуться к своим кубикам, и вдруг громко заплакал. Милостивый Боже! Этим утром Кендал обвиняла Джеррада в том же самом! Этот мужчина, думала она, чьего ребенка я держу на руках, казался мне таким жестоким, потому что избавился от Ральфа, свидетеля его измены с Лорен. А выясняется, Ральф сам совершил неэтичный поступок.
Конечно, для Ральфа, бухгалтера фирмы, было совсем просто решить свои финансовые проблемы за счет компании. И Джеррад всегда подчеркивал, что для его увольнения имелось много причин. Но Кендал не верила этим словам, считая их отговоркой. Сейчас, хотя Лорен никуда не исчезла, так же как и измена Джеррада, Кендал почти уверилась в том, что Джеррад не предавал их семью и брак.
— Нет, я вовсе не мстила тебе, Джеррад. — Слова Крисси вернули Кендал к реальности. — Ты всегда нравился мне. Я верю и всегда верила, что у тебя были веские основания расстаться с Ральфом. Да, Кендал, вопреки твоим сомнениям, я верила в правоту Джеррада. Но когда Ральф рассказал, что он сделал, я не смогла поверить. Ральф утверждал, что это — для меня. Я не осознавала, что мое желание иметь ребенка толкнет его на ужасные поступки, которые будут стоить ему работы. Я хотела сделать все возможное, чтобы наладить отношения, но потом пошли эти споры насчет усыновления... Если бы я могла... — Крисси опустила голову. — Знаете, когда я вернулась, то чувствовала себя такой несчастной и никому не нужной. У других женщин есть дети, а я... Единственное, что я хотела, это заботиться о ком-то, чувствовать себя нужной. И тогда я подумала, что Мэтью нуждается в человеке, который будет с ним постоянно. Я подъехала к городу в тот день со стороны дома Кендал. Не знаю, случайно так получилось или нет, но я заметила дом, в котором, как я знала со слов Кендал, живет Валери. Я надеялась, что Мэтью там и можно будет взглянуть на него. Он и впрямь играл в саду. Тогда я припарковала машину, вернулась и окликнула Мэтью. И не поверила своим глазам: он протянул руки, чтобы я его взяла. Няня стояла к нам спиной и говорила с другим малышом, она не видела меня. Не отдавая себе отчета в том, что делаю, я схватила его. Это было так просто. Я не думала о будущем, о завтрашнем дне, даже о ближайших часах. Только оказавшись здесь, я испугалась по-настоящему. — Крисси подняла взгляд на Джеррада. Ее темные глаза молили о снисхождении. — Оставалось только надеяться на ваше понимание. Я не знала, что... — Крисси умолкла. На ее лице отразился панический ужас. Виной тому был зазвонивший сотовый телефон Джеррада.
— Митчелл слушает.
Кто это? Сотрудники? В состоянии ли Джеррад сейчас думать о работе?
— Да. Она в порядке. И Мэтью тоже. — После короткой паузы Джеррад добавил: — Нет, нет. Мы отвезем ее домой.
— Это... это полиция? — спросила Крисси, испуганно наблюдая, как Джеррад прячет телефон.
— Нет. Ральф.
— Ральф? — одновременно переспросили сестры.
— Он только что прилетел. Сейчас еще в аэропорту, но собирается ехать домой к Крисси. Я сказал, чтобы он ждал нас там, — мягко пояснил Джеррад жене.
— О нет! — в отчаянии воскликнула Крисси. — Он не захочет меня видеть, когда узнает, что я наделала.
Джеррад обернулся к ней.
— А ты думаешь, он до сих пор не в курсе? — Кендал показалось, что Джеррад с трудом удерживается, чтобы не нагрубить. — Как ни странно, но Ральф все знает.
Крисси уставилась на свои пестрые брюки, на измятую ткань, истерзанную ее пальцами.
— Меня посадят в тюрьму? — Ее вопрос был обращен к одному Джерраду, хоть она и не смотрела на него. Кендал подавила вздох, готовый сорваться с губ. Сегодня утром Джеррад сказал: «Она получит то, что заслужила».
Что он сделает? Не в силах думать об этом сейчас, Кендал прикрыла глаза и бессознательно прижала Мэтью к себе. Малыш уже перестал плакать и играл роскошными волосами своей мамы. Не веря собственным ушам, Кендал слушала слова мужа:
— Я постараюсь, чтобы этого не случилось, Крисси. Я не могу выдвинуть обвинения против сестры моей жены. Но тебе необходима помощь, и я буду настаивать, чтобы ты ее приняла. Любой суд, который рассматривал бы твое дело, пришел бы к такому же решению. Я помогу тебе всем, чем могу. Но ты должна обещать мне, что сделаешь все необходимое для нашего сотрудничества.
Крисси кротко кивнула и снова разрыдалась. Но это уже были слезы облегчения, а не страха. Кендал же, не отрываясь, смотрела на Джеррада, не в силах поверить в такое великодушие после полного безразличия к судьбе Ральфа.
Глаза супругов встретились, и Кендал заметила, что пресловутая мужская выдержка покидает Джеррада. Он держался до последнего, ведь ему следовало быть сильным и служить опорой своей жене. Теперь он мог расслабиться, но долгое напряжение оставило свои следы на его лице. Черты заострились и придавали глубину и без того суровому взгляду.
— Спасибо, — вот и все, что смогла прошептать Кендал, пока ее сестра спускалась по лестнице. Джеррад просто пожал плечами в ответ, так как смотрел в это время на Мэтью. Взгляд его смягчился. Малыш, устав сидеть на месте, начал подпрыгивать на коленях матери.
— Дай мне подержать его. — Легкая дрожь в голосе мужа заставила Кендал бросить на него быстрый взгляд.
Джеррад, взяв ребенка, поднял его к своему лицу. Мэтью что-то тихо бормотал, неожиданно узнав руки отца. Но Кендал смотрела не на сына, а на Джеррада, наблюдая у него проявление таких чувств, о существовании которых даже не подозревала.
Глаза Джеррада были закрыты. Руки, державшие мальчика, неподвижно застыли. Джеррад покачивался.
Невероятно, но он плакал. У Кендал перехватило дыхание. Она подошла к мужу, обвила руками обоих и тоже заплакала.
Все эти дни, пока она сходила с ума от беспокойства, Джеррад не терял самообладания и был надежной опорой для нее. А потом нашел Мэтью и решил мягко обойтись с Крисси.
«Я люблю тебя! — хотела сказать Кендал, склоняя голову к его плечу. — Я люблю вас обоих».
Но она и прежде говорила это, а Джеррад отверг ее любовь, изменив ей с Лорен. И все эти дни не уничтожили факта измены Джеррада.
Возможно, Кендал сама подтолкнула его к этому. Кто знает? Кендал равнодушно подумала, что причиной неверности Джеррада могла быть работа, поставленная ею на первое место. Даже Крисси упрекала ее в том, что она всегда слишком много работала. И как оказалось, именно она виновата в проблемах сестры и развале собственной семьи.
Рассуждая таким образом, Кендал все же понимала, что не совсем справедливо обвинять одну себя во всем случившемся...
Не проронив ни слова, она стояла, обнимая мужа и сына, пока не ощутила, как расслабляется сильное тело Джеррада.
— У тебя на самом деле чуткая душа, Кендал. В тебе есть сострадание к человеку, которого ты ненавидишь. — Джеррад поднял голову и скривил губы в ироничной усмешке. — Чем же я вдруг заслужил твою благодарность?
Он опять овладел собой и стыдился собственной слабости. Кендал опустила руки. Но тут Мэтью возмущенно захныкал и начал вертеться, пытаясь дотянуться до матери. С благодарностью Кендал опять обняла сынишку. Он вовремя отвлек на себя внимание и избавил ее от необходимости отвечать Джерраду. Она просто не знала, что ответить.