Чтение онлайн

За несколько дней до этого, шаман, тайно поделился с ним видением, в котором предсказал, что из-за его ребенка умрет весь клан. Кветан не умел слушать и переводить то что духи оставляли для них на небесном полотне, не умел вызывать их, слушать и разговаривать, но он был непобедимым лефкаром и вождем, занимавшим свое место по праву. Но эти качества никак не могли помочь его сыну предстоящей ночью.

Кветан выждал, когда шаман наконец остался один:

– Что ты видел Асинкрит?

– Я видел, что духи очень голодны вождь, – шаман поднял взор к небу. – Чтобы насытиться они выбрали твоего сына.

– Я бы мог напоить их так, что они купались в ней! Но ты увидел на небесном полотне Дюн-Хан.

Больше всего Кветан хотел сейчас напоить духов кровью шамана, хотя знал его с самого раннего возраста и вместе с ним прошел через многое.

– И не я один. Весь наш клан видел, как твой сын призвал их. А еще я видел, как наш род будет лежать мертвым на снегу, и ты знаешь кто окажется причиной всему этому. И я не не рассказал об этом никому, кроме тебя Кветан. Помни об этом вождь, если когда-нибудь решишь сомневаться во мне.

Мимо них прошла старуха Эдейне и ненадолго их разговор прекратился. Кветан никак не мог смериться с тем, что духи порой были так не предсказуемы и кровожадны. Но ещё больше ему не нравилось то, что он не мог изменить их решение.

– Ты мог и ошибаться.

– Я может и могу ошибаться вождь, но мои видения никогда.

– Мой сын – говорящий с духами и если он не вернется это будет большая утрата для всего клана, и ты это не меньше меня понимаешь.

– Дюн-Хан – это наш древний обычай. Каждый сын севера проходит через него и становится мужем.

– Он слишком юн, и ты должен был обучать его, как и своего сына Морескарта. Уверен ему ты уготовил Дюн-Хан намного позже, хотя он на две зимы старше Хакона.

– Ты можешь мне не верить вождь, но я говорю правду. Так велели духи. А еще они мне сказали, что они сами придут к Хакону и наступит это, когда он будет готов, – Асинкрит поморщился и открыл свой чум, перед этим взглянув на небо. Дюн-Хан в полнолуние всегда предвещал много крови, и они оба это знали. – Может быть после того, как он пройдет испытания, я смогу наконец-то заняться им.

Шаман пропал в чуме, а вождю больше ничего не оставалось, как возвращаться к сыну и сказать последние слова перед его первой самостоятельной охотой.

*****

Елане крепко обняла Хакона. Времени на слезы больше не оставалось. За совсем короткий промежуток времени она пыталась успеть подготовить его одежду к охоте.

Чум открылся и в него вошел старший брат:

– Хакон, что это было? – Неко находился в небывалом восхищение. – Как ты смог пробудить духов? Такого пламя я не видел никогда!

– Неко, ты забыл? – тут же подключился в разговор Йико, – Он рожден стать говорящим. Но его же духи этой ночью видимо решили утолить жажду волков и Вергардов, а не Нума.

– Духи благоволят мне. Так было всегда, – огрызнулся брату Хакон. – И поверь к утру я принесу не пару леммингов, как ты!

Рядом засмеялся Неко, но Елане тут же одернула его. Йико с утертым носом повернулся к костру, лишь пробурчав что-то невнятное.

– Время уходит, Хакон, – позади всех раздался суровый голос отца, зашедшего в чум. От неожиданности Неко даже чуть не пролил чай и едва смог удержать чашу в руке.

Вытащив охотничье снаряжение, вождь сел к огню.

– Подойди сын, – позвал Кветан.

Хакон послушался. Остальные не приближались к костру. Этот разговор предназначался только для них двоих.

– Ты еще очень молод, Хакон, – начал он. – И мало, что понимаешь, что такое Дюн-Хан.

– Я справлюсь отец. Ты меня обучил всему для этого.

– Выслушай меня, то что я скажу может спасти тебе жизнь – вождь вытащил точильный камень, топоры и стрелы и только после этого продолжил: Дюн-Хан, Хакон, это день, когда ты должен доказать своему клану, что ты стал мужем, охотником и лефкару. Ты должен доказать в первую очередь самому себе, что в тебе больше нет места страху, трусости и сомнениям.

Вождь развернул младшего сына и надел на него свой пояс.

– Ты отправишься в свой путь на этот раз один. Тебе будет не на кого надеяться этой ночью. Если ты заблудишься никто тебе не подскажет дорогу. Если дикий зверь учует твой запах и решить напасть – помощи не жди.

В ножны на поясе вошли два отцовских топора. Хакон был безумно рад, потому что такая честь – выйти на охоту с оружием вождя доставалась далеко не каждому.

– Не заходи далеко на северо-восток. Но если все же окажешься там не вступай в бой с кланом Вергардов. Это сильные и безжалостные лефкару, с жестокими и кровавыми обычаями.

Хакон вспомнил, как Йико рассказывал ему, что они едят людей еще живыми, а чумы покрывают человеческой шкурой. Но сколько правды было в словах его брата он точно не знал.

– Но самое главное ты не должен заходить в Тусклый лес на востоке. В твоем возрасте это верная смерть.

Кветан передал ему свой лук и закинул за спину колчан с наточенными стрелами.

– А теперь ты должен идти, время уходит. И помни о том, что я тебе сказал.

Поблагодарив отца и мать, Хакон вышел из чума. Его Дюн-Хан начался.

*****

Дом остался позади и лишь кострища вдали напоминало об уюте и теплом чуме. Этой ночью он станет мужем или больше не вернётся в клан. Но если у него получится, то с ним будут считаться, как с лефкару. С тем, кто прольет кровь каждого посягнувшего на земли Хагартов.

Хакон спешил – любое промедление могло стоить очень дорого. Духи оставались голодными, а клан ждал его возвращения. Граница, после которой все изменится в его жизни – восход солнца. Время достаточно, чтобы выследить и убить крупного зверя. Но юный Хагарт знал и об обратной стороне Дюн-Хана – если он не сможет напоить духов ему придется уйти. Слабые и бесполезные никому не нужны.

Через ночную пелену, освещаемую лишь полной луной, Хакон шел вперед, не сбавляя темпа. Он искал следы, сломанные ветви, запах – все, что могло вывести его на зверя. Но толи он ушел раньше времени на север, толи слишком долгая зима сделала свое дело.

С запада послышался вой. И это был мерзкий знак. Одному ему точно не отбиться от стаи голодных волков, а ждать пощады от них бессмысленно. Разорвут и даже отцовские топоры не помогут. Но если он их еще не учуял, значит и они его тоже. Скорее всего стая, как и он ищет следы, а может быть уже идёт по ним.